Чтение онлайн

Гилберт бросил на него убийственный взгляд и сжал побелевшие губы. Сионий, не обратив внимания, продолжил:

— Предлагаю вам сохранить этот настрой для бала.

— А ты приглашён? — поинтересовалась Пайпер.

— Я отказался от приглашения, — немного подумав, ответил Сионий. — Её Величество меня прекрасно поняла.

— Почему ты не пойдёшь?

— Я продолжаю расследование гибели Элиота Баурона. На нём был оставлен след Движения, и я должен разобраться с этим. К тому же, я присутствовал на всех семнадцати балах в честь наследников Сердца фей.

Пайпер в очередной раз подавилась омлетом. Кит сочувственно похлопал её по плечу, пробормотав:

— Ничего, это ещё цветочки.

— Семнадцать?! У Сердца фей семнадцать наследников?!

— Уже восемнадцать, — поправил Гилберт, пожав плечами. — Бал устраивается каждый раз, когда Сердце выбирает себе ещё одного наследника.

— А на скольких балах был ты?

— Девятнадцати.

Пайпер непроизвольно сжала край своей кофты.

— Я, отец и старшая сестра были в стране фей, когда Сердце выбрало наследника. Королева устроила в честь этого бал, и пригласила нас, так как мы были важными гостями в её стране. Буквально через месяц, за несколько дней до нашего отъезда, Сердце выбрало ещё одну наследницу. И мы снова были приглашены на бал, — он произнёс это таким тоном, словно второй бал в честь наследницы был настоящей пыткой. Пайпер успела поверить, что устраиваемый бал вполне может превратиться в скучное мероприятие, ничего не значащее, когда Гилберт добавил: — Оба этих наследника погибли, защищая свою королеву во время Вторжения.

Пайпер проглотила вязкий комок слюны. Магия затаилась, но перед этим проникла в кончики пальцев девушки, вынуждая её прятать руки на коленях.

— На самом деле, — тряхнув головой и натянув кривую улыбку, продолжил Гилберт, — балы — это весело. Если не обращать внимания на привычки фей, можно неплохо повеселиться.

— Что за привычки?

Гилберт покраснел и бросил на Сиония молящий о помощи взгляд, но мужчину интересовал только кофе, который вот-вот мог закончиться. Кит, когда Пайпер посмотрела на него, принял возмущённый вид и послал Гилберту недовольный взгляд. И только Данталион, рассмеявшись, кое-как выдавил:

— Малыш Гилберт… он стесняется говорить об этом! Боги, в которых я не верю! — практически пропищал Данталион, всем телом сотрясаясь от смеха. Несколько капель крови тёмных созданий выплеснулось из бокала и попало на рубашку вампира, но тот не обратил внимания, продолжая смеяться: — Он… стесняется! Боги! — простонал под конец Данталион, едва не свалившись со стула.

Пайпер в замешательстве посмотрела на Гилберта. Лицо того и впрямь было красным, а глаза косили в сторону, к двери, ведущей на кухню, словно Гилберт обдумывал план побега и уже собирался его реализовать.

— Детка, — начал Данталион, качнув в сторону Пайпер бокал и расплескав ещё несколько капель, — знаешь, что для фей самое важное? — и, не дав ей даже подумать, сам дал ответ: — Душа. Душой они накладывают чары, душой творят другую магию. Все их клятвы исходят от их души. Это значит, что у них немного другое понимание любви. Для них любовь — это клятва одной души, произносимая для другой души.

Гилберт начала сползать под стол, отчаянно пытаясь закрыть лицо руками.

— Это значит, что физическая близость для них не так важна. Иными словами, отношения у большинства фей полиаморные.

Глаза Гилберта оказались на одном уровне с поверхностью стола.

— К чему я веду: феи любят шумные развлечения. И они любят встречать на них кого-то, с кем можно весело провести время. На любом празднестве есть феи, которые отвечают за самые… я бы сказал, экстравагантные развлечения. Конечно, никто их не принуждает. Они сами идут на это, потому что хотят этого. Я понятно объяснил?.. Оу, да вы два сапога пара.

Гилберт грохнулся со стула, и Пайпер удивилась тому, как он так долго держался в таком неудобном положении. Смех Кит очень быстро перешёл в кашель, будто он чем-то поперхнулся и пытался отчаянно исправить ситуацию. Сионий продолжал изучение своей чашки. Данталион, улыбаясь от уха до уха, дождался, пока Гилберт начнёт подниматься и садиться на своё место, после чего продолжил:

— На таких празднествах вокруг малыша Гилберта постоянно вьются парни и девушки, но я ещё ни разу не видел, чтобы он уединился хотя бы с одной из фей. Думаю, Гилберт до сих пор девственник.

Гилберт свалился со стула во второй раз. Кит, не выдержав, начал громко смеяться.

— Так что не удивляйся, если тебя там окружат красавицы и красавцы, — закончил Данталион, отхлебнув из бокала. — Для фей это совершенно нормально.

Пайпер залпом выпила весь свой чай и откинулась на спинку стула. Она поняла, что сильно ошиблась, подумав, будто её уже ничем нельзя удивить. Ей следовало изучить все народы до того, как соглашаться присутствовать на празднике одного из них. Впрочем, её согласия-то и не спрашивали, но Пайпер вполне могла заупрямиться или найти подходящую причину, чтобы никуда не идти.

— Есть ещё что-то, о чём я должна знать? — выдавила она, исключительно из упрямства смотря прямо в глаза Данталиона.

— У таких фей на запястье будет золотая лента.

— Ещё что-то?

— Эльфы на такие развлечения не падки, так что всё внимание феи переключают на других фей и людей. Поэтому внимание может показаться повышенным.

— Спасибо, что предупредил, — проскрежетала Пайпер. В ответ Данталион лучезарно улыбнулся.

Пайпер твёрдо решила: весь вечер крутиться либо рядом с Гилбертом, либо рядом с одним из его рыцарей. Может, фей такая преграда и не остановит, но Пайпер хотя бы будет чувствовать себя в безопасности.

— Итак, — кашлянул Сионий, наконец оставив свою чашку в покое, — до бала ещё есть время, так что предлагаю провести несколько уроков.

— Отличная идея, — поспешно согласилась Пайпер, буквально подскакивая на ноги. — В библиотеку?

— Да, туда, — согласился мужчина. Он медленно поднялся и, кивнув смотрящему перед собой Гилберту, направился вслед за Пайпер.

Когда двери столовой за ними захлопнулись, она услышала, как Гилберт рявкнул на Данталиона и приказал ему свернуть себе шею на лестнице.

***

Путь в библиотеку прошёл в гробовом молчании. Пайпер слышала крики Гилберта до тех пор, пока не поднялась по лестнице в холле и не оказалась на втором этаже. Там Сионий позволил себе пробормотать: «Всё как обычно», после чего воцарилась тишина. Им встретилось несколько слуг, которых Пайпер никогда раньше не видела. Она хотела остановиться и познакомиться с ними, но быстро поняла, что хочет этого не из-за своего желания узнать всех, кто её окружает. Она хотела забыть об идиотской выходке Данталиона и криках Гилберта, в красках описывающего, как вампиру лучше всего прикончить себя.

Определённо, это было самое странное, что могло с ней произойти.

Здравомыслящей частью себя она понимала, что такова культура фей, и ей, Пайпер, с этим ничего не поделать. Феи нужны ей в качестве союзников, а ещё они были крайне важной частью коалиции, так что один вечер в их обществе можно и потерпеть. Да и что такого в том, если феи любят себя развлечь, пусть даже так? Это их дело, и Пайпер оно никак не касается.

«Ага, как же, — возражала та часть, что наряду с Гилбертом возмущалась выходке Данталиона. — Нужно попросить кого-нибудь себе в рыцари. Да даже Энцелад сойдёт! Его хмурое лицо отпугнёт даже демона…»