Чтение онлайн

Что, чёрт возьми, это за магия?..

Где-то вдалеке вспыхнул и тут же погас тусклый свет, на мгновение подсветивший мутные силуэты. Зельда инстинктивно завела руку за спину и вспомнила, что меча с ней не было. Бальмунг стал проводником между её магией и умершей Сибил.

По спине Зельды пробежал табун мурашек. Тысячи ледяных игл будто разом впились в неё, и ей потребовались все силы, чтобы сдержать рвущийся наружу крик. Отвратительно, мерзко, страшно. Что-то давило ей на грудь и виски, сжимало их, прокалывая кожу острыми шипами, чьи-то голоса кричали над ней, не позволяя сосредоточиться.

Вспышки тусклого света стали появляться чаще. Зельда едва дышала, не чувствуя тела и при этом чувствуя боль, которая разрывала её. Чем ближе вспыхивал свет, тем больнее становилось. Хаос, что странно, тянулся к свету, магия же пыталась поднять Зельду на ватные ноги и увести как можно дальше.

Магия, заключённая в Бальмунге, была неправильной, искажённой. Изначально, когда Зельда только получила меч, в нём вообще не было никакой магии. Сигилы, нанесённые Фортинбрасом, превращали Бальмунг в сокрушитель, способный убивать тварей Диких Земель, но теперь эти сигилы были разрушены. Зельда тщательно, но с осторожностью изучала вернувшийся к ней Бальмунг, но ни на шаг не приблизилась к пониманию того, кто и для чего заключил в мече иную магию.

Свет вспыхнул совсем рядом, и Зельда вскинула руки, пытаясь защититься. Что-то холодное и жёсткое тут же обвило её запястья и развело их в стороны, острые шипы впились в ноги. Темнота постепенно отступала, давление на тело уменьшалось, только за спиной было что-то твёрдое и ледяное. Зельда щурилась от яркого света, направленного ей в лицо, и часто дышала. Втягивала воздух носом, но не чувствовала никаких запахов, только медный, пропитавший собой каждый уголок незнакомого пространства. Зельда попыталась дёрнуть рукой, но ничего, кроме громкого скрипа кожи, не добилась.

Она замерла, заметив несколько размытых силуэтов рядом с собой, затаила дыхание. Головой она понимала, что на самом деле находится в зале Истины, в комнате отдыха, и рядом с ней Себастьян, Алекс и Соня, но магия так не считала. Силуэты перемещались, растворялись в тенях и свете, шептали что-то нечленораздельное, и магия вопила от боли и ужаса, требуя, чтобы Зельда как можно скорее выбиралась отсюда.

Поначалу голоса звучали вразнобой, но вскоре Зельда начала распознавать отдельные слова: «магия», «кровь», «хаос», «замещение». Нечто острое скользило по её оголённым предплечьям и вспарывало кожу.

— Не волнуйся, — вдруг произнёс властный женский голос, эхом пронёсшийся по помещению. — Я найду того, кто сумеет контролировать её вместо меня.

Зельда ещё сильнее сжала челюсти. Один из силуэтов склонился над ней, и она разглядела мужчину с тёмными волосы с несколькими седыми прядками, квадратными очками и глубокими морщинами, изрезавшими лоб. Его рука, кажется, и направляла острый нож, который вспарывал ей кожу.

— Здесь нужен очень сильный хаос, — заметил мужчина.

— Есть у меня на примете кое-кто, — ответила женщина. — Потребуется пару месяцев, чтобы вытянуть Минерву из хаоса. Сумеешь до этого времени создать достаточно прочную связь?

— Это рискованно, но можно попробовать убить её и воскресить с помощью вашего хаоса, госпожа. Мы сохраним её воспоминания и магию, но она будет под вашим контролем до тех пор, пока вы не свяжите её с кем-нибудь другим.

— А что насчёт той маленькой феи?

— Хибай принёс пару вестей, говорит, что её видения становятся всё точнее.

— Это нехорошо.

Голос женщины раздался у Зельды над головой. Когтистая ледяная рука легла на лоб и остановила Зельду, когда та попыталась извернуться и посмотреть на женщину.

— Если вы поделитесь своим хаосом, госпожа, — торопливо начал мужчина, будто боялся, что ему вот-вот прикажут замолчать, — я сумею создать достаточно сильное проклятие, которое ограничит видения феи, но ни у кого не вызовут подозрений.

Мужчина отвёл взгляд от неё, ожидающе уставился на женщину. Зельда в ту же секунду почувствовала, как её кулаки сжимаются, как пальцы касаются внутренних сторон ладоней и криво движутся, будто… Будто чертят что-то. Она попыталась сосредоточиться, надеясь запомнить последовательность линий и их расположение, чтобы позже воссоздать их и понять, во что они складываются и что означают.

— Пусть будет так, — согласилась женщина после недолгих раздумий. — Принесём проклятие вместе с ней, — добавила она, постучав указательным пальцем по лбу Зельды. — Скоро король эльфов её хватится?

— Часа через два.

— Выходит, времени у тебя совсем мало. Начинай работать, если не хочешь, чтобы я и тебя убила.

Зельда внутренне напряглась, приготовилась к удару, но всё равно вскрикнула, когда острие пронзило её левую руку, задев сухожилие. Пальцы дёрнулись, скрючились, и выводимая линия прервалась. Хлынула кровь, магия завопила громче и яростнее. Чёрными грубыми пальцами мужчина надавил на её запястье и, выждав всего секунду, повёл ножом выше, к сгибу локтя.

Зельда выла от боли, прошивавшей руку, и хаоса, стекавшегося к её телу со всех уголков помещения. Пальцы правой всё ещё торопливо, рвано выводили линии на внутренней стороне ладони и запястье, пока мужчина вскрывал левую. Крики тонули в скрипе лезвия ножа о кости, звуке рвущихся мышц и бормотания мужчины, который ни на секунду не затыкался. Зельда пыталась высвободиться, мотала головой, которую уже никто не держал, видела пряди белых волос, на которые попала её кровь, и частицы хаоса, летающие вокруг.

Неожиданно всё прекратилось. Зельда вдохнула полной грудью, открыла глаза, полные слёз, и уставилась на Себастьяна, сидящего перед ней.

— Какого…

Зельда оттолкнула Бальмунг как можно дальше, сбила пламя со свечей и отшвырнула благовония. Сигилы погасли и растворились в воздухе. Метнув предупреждающий взгляд на Соню, которая зачем-то поднялась на ноги и сделала шаг к ней, Зельда вцепилась в левый рукав своего свитера и, резко выдохнув, задрала его до локтя.

Чисто. Никаких ран и жутких шрамов по всей длине предплечья.

— Э-эм, — несмело выдавил Алекс, — а что это было?

— Грёбаная магия, — выплюнула Зельда, сжав кулаки.

— Что ты видела? — спросил Себастьян.

На долю секунды Зельде показалось, что прежний Себастьян вернулся. Сейчас он скажет, что она должна немедленно утереть слёзы, — будто Зельде нравилось выглядеть такой беспомощной! — и рассказать, что произошло. Может, он даже отпустит какое-нибудь грубое замечание, которое будет звучать ещё хуже, если озвучивать его саркастическим тоном. На самом деле, это было бы просто замечательно. Зельде не нужна жалость или, что хуже, сочувствие. Она не такая уж и слабачка.