Мир наизнанку
Шрифт:
В этом Рангар Ол, увы, не ошибся.
4
Корабль - он назывался "Ласкающий ветер" - вышел из гавани острова Курку через два дня. Все это время Рангар находился в потайной комнатке за стеной капитанской каюты и упорно штудировал письменность кварх-зурибу основного языка на Коарме. Убранство потайной комнатки было более чем скромное: лежанка, стол и стул; из "удобств" (если их так можно назвать) имелся умывальник за ширмочкой да дыра в полу, закрываемая крышкой; когда Рангару приходилось открывать крышку по надобности, из дыры тянуло запахами крайне неприятными. Но, естественно, со всем этим ему приходилось мириться. Дважды в день приходил капитан, приносил еду и рассказывал последние новости. Так Рангар узнал, что к моменту отплытия корабля искать его прекратили: после нескольких прочесывании острова и обысков в домах, столь же тщательных, сколь и безуспешных, уже никто не сомневался, что чужеземец утонул, попытавшись в одиночку бежать на рыбацкой лодке (тем более что после шторма не досчитались нескольких лодок). Знающие же правду, конечно, помалкивали и вели себя так, что ни у кого не возникло даже тени сомнения в истинности этой версии. Возможно, до правды смог бы докопаться какой-нибудь маг высшего ранга, окажись он в ту пору на острове, но из высших никого не случилось, а островному и корабельному магам не хватило для этого магической мощи.
Когда остров Курку уже тонул за горизонтом, повстречался "Ласкающему ветер" другой корабль, низкая трехмачтовая шхуна с необычно большим парусным вооружением, в очертаниях которой многим видевшим ее почудилось нечто хищное. Оба корабля обменялись положенными по Ритуалу Морского Приветствия световыми сигналами и разошлись.
Когда Дан Зортаг и Лада, оставив Рангара на борту "Ласкающего ветер", вернулись домой, у девушки начался сильный жар. Заставив ее выпить несколько глотков подогретого рн'агга и укутав в три одеяла. Дан целую ночь просидел у постели дочери, бормоча врачебные заклинания из того невеликого запаса, которым обладал, и с тревогой прислушиваясь к трудному дыханию и произносимым в бреду словам. Звать кого-нибудь из поселковых лекарей-магов и тем более Лаурика Мууна он не решился - слишком часто Лада повторяла в бреду то, что могло навести на след Рангара.
То ли скромных познаний Дана Зортага в лекарском магическом искусстве хватило, то ли силы Земли, Воды и Огня, к коим он бессчетное число раз воззвал за ту ужасную долгую ночь, все-таки помогли, то ли естественные силы молодого крепкого организма победили недуг, - как бы там ни было, к утру Лада почти выздоровела. Только осунулась девушка, побледнела, да еще тень какой-то неотступной думы затемнила голубизну глаз, наполнив их темной синевой. И взор их неотступно обращался в сторону гавани, словно обладали они могучей способностью проникать сквозь преграды, подобно глазам магов высших рангов; впрочем, как знать: любовь творила чудеса во многих мирах, не только в магическом мире Коарма... Ведь никто не говорил Ладе, когда отплывает корабль, по точнехонько в тот миг, когда наполнились ветром его паруса и он величаво направился к выходу из гавани, бросилась девушка в свою комнату, упала на кровать и зарыдала. Но более не плакала она; и поразился Дан Зортаг темному пламени в глазах дочери, когда на следующий день сообщил ей о прибытии в гавань другого корабля.
Как никто другой, пожалуй, знал жрец серой мантии Квенд Зоал, какой ужас и у простых смертных, и у магов, даже великих, вызывает его скромный наряд невзрачного серого цвета. Каста жрецов Сверкающих вообще верховенствовала среди прочих каст, жрецы были неподвластны ни власти гражданской, ни магической, и совсем особое место в их сложной кастовой иерархии занимали "серые мантии". Но знал так же Квенд, что страх особенно при первом знакомстве - чаще завязывает языки, чем развязывает их. Поэтому, когда он сошел на берег этого забытого Сверкающими острова, на нем был купеческий наряд: купцов менее всего опасались и с ними охотнее всего делились новостями.
Остров Курку был четвертым по счету, куда причалила шхуна "Добрая весть". На трех предыдущих Квенд не обнаружил ничего подозрительного, но тут ему повезло - послушав местные сплетни и пересуды, он уже не сомневался: некто, именуемый Рангаром Олом, именно тот _чужак_, на которого нацеливал его Пал Коор. Которого он должен уничтожить. И который, кажется, улизнул у него из-под самого носа.
Квенд Зоал не обладал выдающимся умом, больше полагаясь на силу, ловкость и верный клинок, однако сразу не поверил, что чужак утонул. Слишком гладко и просто все тогда получалось бы. А он знал уже (и на собственном опыте в том числе), что далеко не всегда самое очевидное оказывается верным.
Вернувшись на корабль, Квенд заперся в каюте и из потайного отделения дорожного сундучка достал Магический Кристалл. И невольно залюбовался им, как и всякий раз, когда видел его. Это было, вообще говоря, не свойственно Квенду: он оставался равнодушен и к красотам природы, и к женскому очарованию, и ко многому другому, к чему применимы были эпитеты "красивый", "прекрасный" и их многочисленные синонимы; пожалуй, лишь специфическая хищная красота холодного оружия да смертоносная грация движений великих бойцов могли вызвать у него некое подобие восхищения. Но Магический Кристалл завораживал властно и неодолимо, всегда бестрепетное сердце воина начинало биться чаще, и он с трудом мог оторвать глаза от игры света и тени в неизмеримой бездне грандиозного светоносного пространства, которое открывалось ему в глубине камня. Вот и сейчас он все глубже погружался в призрачное дрожание неясных теней и неверных бликов, сквозь паутинку, сплетенную из тончайших лучиков света, дальше и дальше, мимо удивительных, изменчиво переливающихся пурпурно-оранжево-алым глыб самой разнообразной формы... падение ускорялось, вихри радужного пламени проносились мимо, и он уже неудержимо летел прямо в центр раскручивающейся под ним гигантской огневой юлы...
Квенд смог отвести глаза от Кристалла, лишь совершив огромное усилие точно клинок из дерева вырвал. Предстояла долгая и изматывающая, но неизбежная работа. С помощью Магического Кристалла он должен был убедиться, что чужака в самом деле нет на острове.
В том же потайном отделении лежала тонкая, черная с серебряной насечкой палочка. Квенд коснулся ею Кристалла и пробормотал заклинание. Сияние камня усилилось, он словно выплеснул из себя облако бледно-розового света; облако ширилось, набирало глубину и перспективу, и вот уже оно заполнило всю каюту, поглотив не только все предметы в ней, но даже стены. Как всегда, когда он использовал Кристалл таким образом, Квенд испытал резкое головокружение, к горлу подкатила дурнота. Но неприятные ощущения быстро прошли, оставив чувство небывалой, поразительной легкости и _бестелесности_, будто бесплотный и незримый дух воспарил над шхуной, вольный и всевидящий, для которого ни стены, ни даже твердь земная не есть преграда. (Расстояние, впрочем, играло роль: если оно превышало сто лиг, видимые им картины как бы утрачивали резкость, смазывались; на еще больших отдалениях рассмотреть что-либо вообще было невозможно.)
Легким усилием воли Квенд послал свой бесплотный, но всевидящий дух к поселку. Он обшаривал дом за домом, не пропуская ни подвалов, ни сараев, ни других хозяйственных построек. Особенно тщательно обыскал он дом и подсобные помещения Дана Зортага - но безрезультатно. Хозяина дома не было, а его дочь сидела на маленькой скамеечке у порога, устремив куда-то вдаль взгляд больших синих глаз. Побывал дух Квенда и в Ратуше, и в Доме Старейшин, и даже в обители островного мага Лаурика Мууна. Тот хоть и учуял чье-то незримое присутствие, но противостоять не смог.
Закончив с поселком, дух Квенда принялся за остров. Ничто не укрылось от его всевидящего ока, побывал он и в пещере - последнем пристанище Рангара, и в заброшенной рыбацкой хижине, и во всех других местах, где только мог укрыться человек, но тщетно. Тогда, взлетев повыше, он принялся описывать вокруг острова все увеличивающиеся круги, двигаясь по разворачивающейся спирали, центром которой был остров Курку. Он увидел лодки и баркасы (в промежутках между Большими Левами островитяне промышляли рыбой) и не преминул осмотреть каждую лодку и каждый баркас; все дальше и дальше отдалялся от острова дух Квенда. Вот и ближайший соседний остров Чокдор уже показался (Квенд обшарил и его), вот два маленьких островка Бак-Нор и Бак-Нур остались позади... Глаза начали туманиться, и, отписав последний гигантский круг над океаном диаметром двести лиг, дух Квенда вернулся в тело.
...Квенд лежал на кровати, чувствуя смертельную усталость. Сердце билось тяжело и неровно, он весь был в липком холодном поту, частое дыхание со свистом вырывалось изо рта. Он знал, что состояние это будет недолгим, но даже кратковременная потеря власти над своим сильным и послушным телом страшила Квенда Зоала. Вот почему он так не любил пользоваться для поисков Магическим Кристаллом и делал это лишь в случае крайней необходимости. Как сейчас, например.
Постепенно приходя в нормальное состояние, Квенд лежал и размышлял о том, что могло произойти с чужаком. Возможностей было несколько, и он обдумал каждую. Прежде всего этот некто, нареченный Рангаром Олом, мог действительно утонуть. Тогда все в порядке, и у Пала Коора нет оснований для тревоги. И если бы Квенд подошел к заданию формально, он этим и ограничился. Но чужак таки задел его за живое, и особенно впечатлил Квенда рассказ о том, как этот Рангар голыми руками перебил шестерых головорезов ла Иф-Шоона и самого маркиза в придачу. Квенд не встречал еще бойцов, превосходивших его (разве что его учитель Агнор Сенкермарин, но тот уже глубокий старик, да и в лучшие свои годы Сенкермарин вряд ли бы одолел его, нынешнего Квенда Зоала; в отдающие же легендами рассказы о якобы непобедимых бойцах-гладиаторах Квенд не верил). И сейчас все жарче, все неистовее разгоралось у него желание повстречать чужака на узенькой дорожке и сразить в силовом (никакой магии!) поединке.
Нет, чужак не мог утонуть!
Квенд сел на кровати, сжимая кулаки. Такая банальная смерть была бы несправедливостью по отношению к нему, великому бойцу Квенду Зоалу. Но что еще могло приключиться? На острове Курку его нет, на трех ближайших островах - тоже. Хотя добраться в шторм на лодке в одиночку даже до Чокдора немыслимо. Разве что он очень сильный маг. Но Пал Коор предупреждал, что по своей природе пришелец чужд всему коармовскому, в том числе и магии. Чужд настолько, что сам, не будучи магом, может оказаться магии неподвластен. Так что, если принять правоту Пала Коора, надо отбросить и эту возможность. Что еще остается? Ну был, конечно, у Рангара Ола шанс встретить какой-то корабль, идущий мимо Курку, и его могли подобрать. Но эта возможность показалась Квенду столь неправдоподобной, что он даже покачал головой. Нет, вряд ли. Кроме всего прочего, это можно проверить. У жрецов есть способы, позволяющие им знать пути всех кораблей Коарма без исключения, даже пиратских и контрабандистских.