Чтение онлайн

Порш медленно перебирался с рытвины на рытвину, успевая попутно объезжать зияющие ямы в асфальте, безжалостно раздолбанные тяжелогружеными грузовиками. Неудивительно, что настроение большинства пассажиров было под стать унылому шоссе.

Пожалуй, единственное счастливое исключение, составляла Джульетта. Удобно расположившись в пассажирском кресле, справа от водителя, она безмятежно слушала музыку в плеере. Незатейливые мелодии и ритмы отечественной эстрады, отлично поднимают настроение семнадцатилетним девушкам. Кому как не коварным продюсерам, знать об этом "секрете".

Не понаслышке знакомый с нелицеприятной изнанкой шоу бизнеса Дима, умостившийся на узеньком заднем сидении, пребывал в глубокой задумчивости. Рядом с ним сжался в комок Пусик, до сих пор не отошедший от прыжка с четвертого этажа, встречи с компьютерным персонажем и воспоминании о клинке, пробивающем стальную дверь.

К счастью, впечатлительный школьник еще не догадывался о том, что избежав одной смертельной опасности, уверенно движется в направлении другой.

На порядок страшнее и кровавее…

Ехали молча. Наконец, чтобы хоть как-то отвлечься от тревожных предчувствий, Дима не выдержав предложил.
– Включи хоть музыку что ли, а то, как в гробу едем.

Ромео послушно нажал на кнопку и из динамиков послышалось задорно-молодежное: "Триста по встречной! Нас не поймают!"

–  Бред какой то, - криво усмехнулся водитель.

–  Почему?
– в голосе скрючившегося на заднем сидении пассажира послышалась легкая заинтересованность.

–  На чем обмороженные красавицы собрались до трехсот разгоняться, на наших-то трассах? Тут шестьдесят за счастье, даже на современном Порше. И кому они вообще нахрен сдались, чтобы за ними гоняться по встречной? Это же не американский Голливуд с его роскошными хайвеями. Здесь все по-нашему, по-социалистически. Что смогли, разворовали, из остального на скорую руку чего-то сварганили и под звуки праздничного оркестра сдали в эксплуатацию на радость президенту.

–  Узко мыслишь, - когда дело касалось, шоу бизнеса, Дима чувствовал себя в родной стихии.

–  В каком месте?
– поинтересовался Ромео.

–  Практически во всех. Дороги у нас и правда - дерьмо, зато "Наколка на руке" самая удачная отечественная команда. Ее даже на западе когда-то слушали.

–  Ндаааа. Действительно удачная. И тексты грамотные, и название неплохое. Кстати, почему бы не ограничиться просто наколкой или рукой? К чему такие подробности?

–  На самом деле все очень грамотно продумано, - стал терпеливо объяснять Дима.
– Вот смотри. Сейчас все пьют колу иностранную и тоники непонятные. При этом, почти никто не освежается газ водой "Чипполино". Так?

–  Какие-то странные у тебя параллели, - удивился Ромео.
– Зачем рисковать с "Чиполиной", когда под рукой надежные, проверенные иностранным потребителем напитки. И вообще, каким боком газировка связана с нашей темой, о названии группы?

–  Самым что ни на есть прямым. Сейчас объясню.

–  Внимательно слушаю…

–  "Чиполино" это в некотором роде отказ от стереотипов, некий протест и определенный стиль. Вот представь себе. Сидит где-нибудь в ресторане сногсшибательная девушка.

Увлеченная музыкой, Джульетта не слышала разговора, поэтому Ромео мог фантазировать сколько угодно.

–  В короткой юбке с глубоким декольте?

–  Нет, - поморщился Дима.
– Речь не о проститутке, а очень красивой стильной девушке.

–  Почему если короткая юбка, то сразу же проститутка?

–  Потому что одинокая девушка в короткой юбке и вырезом до пупа, ужинающая в ресторане - либо молодящаяся старушка, с ностальгией вспоминающая пятидесятилетний юбилей, либо обычная проститутка.

–  Как скажешь, - Ромео счел за лучшее согласиться с убедительными аргументами друга.

–  К нашей героине подходит официант, чтобы принять заказ на десерт. Слышит стандартное: "Мне, пожалуйста бла бла бла и"….

В этом месте девушка делает многозначительную паузу. Официант, повидавший многое на свое веку, шестым официантским чувством понимает, что сейчас начнутся какие-нибудь эффектно-дешевые понты. Типа истеричных закидонов принести стакан с родниковой водой или глиняный кувшин с парным молоком. Или еще какой-нибудь билеберды на подобии розового шампанского со свежесорванными лепестками дикой австралийской орхидеи. Он уже морально готов ко всему этому набору изъезженных до невозможности штампов, поэтому непробиваемо спокоен.

–  И… продолжает девушка, как ни в чем не бывало, словно не замечая унылой гримасы стоящего рядом лакея.
– Пожалуйста, если можно, бокал холодного "Чиполино". Ничто другое не сравнится со вкусом знакомым с самого детства, - смущенно, как будто сказала явную глупость, добавляет красавица, застенчиво улыбаясь.

И ты, и я, и даже этот несчастный официант - понимаем, что распрекрасная красавица не внештатный распространитель "Чиполины", подвязавшаяся на общественных началах продвигать народную марку в фешенебельные рестораны. Тем более - не менеджер с завода безалкогольных напитков. Она сама по себе. Естественна и непринужденна как дикое животное. Провела детство в провинции, где и подсела на "Чиполино". В юности с родителями переехала в Москву, чтобы незаметно для окружающих превратиться из гадкого утенка в прекрасного лебедя…

–  Как модель?
– встрепенулся Ромео.
– Все время забываю ее фамилию. Ну, та, что бананами-ананасами на рынке торговала, потом вышла замуж за иностранного графа, нарожала, детей и заработала кучу денег на подиуме.

–  Сейчас речь не о модельном бизнесе, и отечественной вариации сказки про Золушку, из продуктового ларька. Повторяю это просто красивая девушка.

–  Понял. Тогда может она просто блефует?

–  Кто?

–  Лебедица твоя. Прикидывается милой пушистой зайкой, а на самом деле - злобная фурия.

–  Нет, - отрицательно покачал головой Дима.
– В данный момент времени, в данной точке пространства, географической широте и долготе…

–  Прости, я не понял. Ты о ресторане говоришь, или чем-то другом?

–  Ресторане конечно.

–  Ок. Продолжай.

–  Больше всего в жизни ей хочется "Чиполины" из далекого детства…

–  Мне бы ее заботы, - подумал Ромео, окончательно запутавшийся в хитросплетениях рассказа, но вслух произнес: "И что?"

–  А то, то официант не просто раздавлен, уничтожен и оскорблен в лучших чувствах. Бедняга в натуральном шоке. Он пытается сохранить лицо фирмы. Пробормотав что-то неразборчивое насчет исполнения заказа, быстро ретируется к директору, где сбивчиво объясняет о несчастье, свалившемся на лучший в городе ресторан.

Вникнув в суть проблемы начальство понимает, что ничем не сможет помочь родному элитному заведению. Теплое молоко, розовое шампанское с лепестками дикой австралийской орхидеи, ледниковая вода с вершины "Эвереста" все это имеется в наличии. Как говорится: "Любой каприз за ваши деньги. Только платите"…

–  Оказывается не любой, - усмехнулся Ромео.

–  Да, не любой. "Чипполины" в ресторане нет, никогда не было и не может быть в принципе. Поэтому все пропало, заведение опозорено, и…