Чтение онлайн

– Хорошо, но что я должна буду делать? – спросила она обречённо.

– О, это сущий пустяк, я буду давать Вам указания прямо по ходу нашего сеанса и уверяю Вас: выполнить их будет совсем не сложно, – быстро проговорил старик и вдруг облизнул внезапно пересохшие губы.

Захар Александрович начал сосредоточенно колдовать со своими приспособлениями. Он по очереди открывал какие-то коробочки и брал оттуда по щепотке разных порошков, ссыпал их в чашу и тщательно перемешивал. Все хранили молчание, Эд, еле сдерживаясь, скептически взирал на крайне загадочные действия старика, а Кристи всё больше и больше впадала в беспокойство и со страхом ожидала, что же ей предстоит сейчас сделать. Наконец их гость попросил Кристи подать ему чистой воды.

– «Пока вполне выполнимо», – подумала Крис и протянула старику стакан. Он вылил его содержимое в чашу и начал бормотать какие-то непонятные слова. И вдруг, когда он закончил шептать и громко сказал последнюю фразу заклинания, смесь в чаше ярко вспыхнула и загорелась голубым пламенем. Супруги от неожиданности отпрянули от стола, но старик успокоил их, погасив огонь простым взмахом руки.

– Милостивая госпожа, прошу, не сочтите за труд дать мне один волос из своих прелестных локонов, – обратился он к Крис. Она смутно догадывалась, что этого делать не стоит, что ничем хорошим это не закончится, но словно под гипнозом прошлась рукой по голове и подала выпавший волос старику. Волос тут же был отправлен в чашу с гремучей смесью, и туда же старик опустил один из своих седых волос.

– А мой или нашего четвероногого друга не потребуется? – со смехом спросил Эд. Захар Александрович посмотрел на него как на досадную отвлекающую мелочь и небрежно бросил: – Ну, ваши волосы не представляют такой ценности для меня, как волосы Кристины, а собачья шерсть мне и вовсе без надобности, но если хотите – давайте сюда то, что вам удастся добыть с вашей коротко остриженной головы, – Эдуард хотел возмутиться такой бесцеремонностью, но, вспомнив, что это всего лишь представление, которое разыгрывает сумасбродный старик, молча протянул ему свой короткий светлый волосок.

Их ночной гость ещё сделал какие-то едва уловимые пасы над чашей, и вдруг из неё повалил густой вязкий дым сине-фиолетового оттенка. В считаные секунды он заполнил всю комнату, теперь молодые люди, сидевшие за столом, отчётливо видели лишь друг друга, старика, чашу, свечи да зеркало, а вся гостиная словно растворилась в этом дыму. Они будто оказались отрезаны от всего мира этим жутким странным дымом. Он не имел запаха, но прикосновение его клубов к коже вызывало неприятные ощущения, напоминающие ползающих по телу огромных жирных мерзких слизней.

– Теперь нам надо взяться за руки, чтобы не потеряться в пространстве, и заглянуть в глубину зеркала, – донёсся откуда-то издалека голос старика, и он взял в одну руку маленькую ладошку Крис, а другой схватил за руку Эда. Супруги словно в трансе соединили руки, замкнув таким образом круг, и взглянули в зеркало.

То, что они увидели, никак не вписывалось в их представление о реальности: в зеркале появилось изображение причудливой старинной двери, в центре которой была выбита спираль. Отражение было очень реальным, и через мгновение спираль стала вращаться, увеличиваясь в размерах и, что совсем невероятно, стала выпячиваться из зеркала в комнату. Вот она уже дотянулась до чаши, вот её витки побежали к краям стола. Кристина с ужасом взирала на происходящее, не в силах расцепить рук и произнести хоть слово. Эда тоже парализовало: его рациональный мозг просто заклинило от столь невероятного зрелища. А спираль уже больше походила на клубок извивающихся змей или спрута, протянувшего свои щупальца к людям. Ещё несколько секунд понадобилось этому порождению зеркала (или их гостя?), чтобы оно, ловко взбираясь по рукам сидящих за столом, дотронулось до их груди и в следующий момент превратило их в коконы, опутав своими отростками. Супругам показалось, что они задыхаются, настолько плотная масса сдавила их тела, даже крик не мог вырваться из груди. Известно, чтобы крикнуть, нужно сначала набрать в лёгкие воздуха, а этого они как раз и не могли сделать. Но это было ещё только начало терзаний. Вскоре они почувствовали, что мощная непреодолимая сила выдернула их из-за стола и куда-то повлекла. Куда именно, они сказать не могли, так как их глаза были залеплены проклятыми отростками. Они ощутили, что всё ещё не расцепили рук и составляют единое целое со стариком. Троицу потащило, вращая и бросая из стороны в сторону, по какому-то тоннелю, что угадывалось по ударам, получаемым ими при соприкосновении с твёрдыми округлыми стенами. Сколько продолжался этот чудовищный полёт или падение, сказать было трудно. Кристина и Эдуард просто потеряли счёт времени, а, быть может, там, куда их тащило, и времени-то никакого не было? Но всё имеет когда-то свой конец, закончились и их мучения. Они вывалились из коконов совершенно мокрые, измотанные и выжатые, словно бельё из стиральной машинки, и первое время просто хватали ртом воздух не в силах даже открыть глаз. Когда же им, наконец, удалось разлепить веки, то, что они увидели, вызвало у них волну паники, и Кристи в ужасе зажмурилась.

Вокруг, насколько хватало глаз, тянулось пустое пространство, заполненное лишь голубоватым туманом, стелющимся по растрескавшейся земле. Перед ними стояла дверь, которую они видели в зеркале, а сзади оказалось зеркало размером с дверь, в глубине которого смутно угадывались очертания их гостиной, затянутой непроглядной дымной мглой. Этот дым казался живым и, перекатываясь, принимал вид различных невиданных существ, очень похожих на тех, что описывал старик в своём рассказе о приключениях в Италии. Супруги валялись на сухой выжженной земле, совершенно измотанные, а Захар Александрович стоял и смотрел на них как ни в чём не бывало, невозмутимо сложив на груди руки. Его костюм был так же безупречен, похоже, это путешествие далось ему гораздо легче, чем его молодым спутникам.

Первым начал приходить в себя Эд и, с ненавистью взглянув на старика, едва смог разлепить склеившиеся губы: – Что вы с нами сделали, где мы?

– Как вы ещё не поняли, я перенёс вас ПО ТУ СТОРОНУ. Я начинаю демонстрировать столь настойчиво требуемые вами чудеса, – усмехнувшись, ответствовал Захар Александрович или кто он был там на самом деле.

– По ту сторону чего? – просипела Кристи внезапно севшим голосом, её волосы зашевелились на голове от ужаса, подобно волосам Горгоны.

– Конечно, ПО ТУ СТОРОНУ реальности, мои дорогие, – торжественно и радостно провозгласил старик.

В висках стучало, голова, казалось, готова была разлететься на тысячи осколков, и, наверное, только железный обруч боли, сдавивший лоб и затылок, сохранял её целостность. Сознание возвращалось толчками, накатывало, как волны воспоминаний из прошлой жизни. Кто я? Женщина. Где я? Похоже, что у себя дома (оказывается, у меня есть дом). Что со мною опять было? А вот на этот вопрос мне ответить сразу не удалось. Видение стояло перед глазами настолько ярко и весомо, что частично заслонило реальность. Та часть меня, что вернулась в привычное для меня окружение, ощутила пристальный печальный взгляд, и я поняла, что моя кошка сидит на мне и не отрываясь смотрит мне в глаза. Тогда как я беспомощно распласталась на диване, словно ломтик плавленого сыра на хрустящем тосте.

Кое-как согнув колени и оттолкнувшись руками от мягкой обивки, я смогла сесть. К горлу подкатывала дурнота, Нора громко замурлыкала и начала топтаться на моих коленях, слегка выпуская коготки. Усилия, затраченные мною для удержания вертикального положения, чуть было снова не вернули меня в обморочное состояние, но, схватившись за стол, я смогла удержаться на плаву. Мои зубы выбивали дробь, это была, конечно, нервная реакция на перенапряжение, так как в квартире было тепло, поэтому мой озноб был явно другой природы. Но тем не менее я покрылась гусиной кожей и, чтобы начать что-то делать для выхода из этого состояния, укуталась в плед, который, слава Всевышнему, лежал на расстоянии вытянутой руки. Дрожь постепенно начала проходить, а за ней и мысли, лихорадочно мечущиеся в моей больной голове, стали постепенно выстраиваться в логические цепочки.

Повторяющаяся случайность переходит в закономерность, не помню, кто из мудрецов это изрёк, но это факт. Поэтому то, что я увидела бредовый сон, похожий на явь, да ещё с продолжением, наталкивает на мысль о реальности происходящих в нём событий, которые каким-то образом внедряются в мою голову или их кто-то сознательно внедряет. Оба варианта мне были малосимпатичны. Если принять за истину первый, то получается, что я по каким-то причинам оказываюсь незримым свидетелем фантастических событий. А во втором варианте выходит, что кто-то ковыряется в моём мозгу, насильно наполняя его какой-то чертовщиной. Хотя я, конечно, была в принципе не против понаблюдать за развитием сюжета, мне это было даже интересно. Невероятная история, разворачивающаяся на моих глазах или в моей голове, привлекала меня, как любая мистика, но видения были настолько реальны, что мне стало страшно от возможности провалиться на самом деле в какую-то неизвестную «кроличью нору», оказавшись в роли Алисы.

Медленно приходя в себя, я взглянула на часы и опять ужаснулась: в небытие унеслись ещё 5 часов из моей жизни. Стрелки показывали полдень. За окном было светло и снежно. Наступило Рождество. Я пошла в ванную комнату, чтобы привести себя в порядок, с твёрдым намерением выйти прогуляться и глотнуть свежего морозного воздуха. Я надеялась, что холодный воздух, проникая через нос в лёгкие, прочистит за компанию и мои закипающие мозги. Мне срочно требовалось привести чувства в порядок и разобраться в произошедшем со мной.