Мир Падшего. Дилогия
Шрифт:
Ну почему же лично ей так не везет. Кому - что, дается в этой жизни. Одним, легкость в манипуляции мужчинами, другим в получении знаний. Нейлита ей то же завидует. Подруга решила попробовать поднять меч, пусть учебный. Ей, конечно, не отказали. Но Нейла тут же уронила его себе на ногу. У Вейга началась истерика, Ролд бросился за врачом, а Шлоз метался по залу так, словно ему подожгли брюки. Ну почему все так несправедливо!
Лика занималась принудительным самоанализом. В конце концов, есть над чем задуматься, ей тридцать шесть и настоящей женщиной ее назвать трудно. Почему, за что, кто виноват? Где толпы поклонников, отчего-то никто не бросается к ней на помощь, даже когда она падает в обморок. Что в ней не так. А рыцарей оказывается полно. Вот они, рядом. Мышка задумалась, качаясь как Ванька-встанька, в обнимку с подушкой. Совершенно необходимо с кем-нибудь посоветоваться, решила Хейлин, например с Мраком. Вот, Мрак, ты мой опекун, ты меня любишь, рассуждала она про себя.
– Конечно, глупый выползок.
– Сильно?
– М...м...м...
– А мог бы смотреть на меня как на женщину?
– Зачем?
– Чтобы влюбиться.
– Вопрос, по-видимому, показался Мраку столь неожиданным, что он пропал надолго. Ладно, решила Лика, попробуем что-то попроще, для начала. Она повернула на пальце парэморское кольцо. Поискала в нем Стрэсса.
– Стрэсс? Ты меня слышишь?
– Конечно, солнышко.
– Ты бы мог в меня влюбиться, теоретически?
– Теоретически да, только сначала меня нужно было бы чем-нибудь тяжелым по голове ударить. Сильно тяжелым, иначе не получиться.
– Сволочь, ты Стрэсс!
– А ты заноза, легче влюбиться в извержение вулкана.
– Конечно, легче, оно красивое!
– Ты то же, и такое же смертельное, как оно.
– Ну, не всегда.
– Но когда да, тогда очень, хмыкнул Стрэсс и исчез с ликиного мысленного горизонта. Мышка вздохнула сильнее нескольких предыдущих раз. Ну почему, мне так не везет?
– Эй, выползок, - раздался в голове голос Мрака.
– Чего ты хочешь?
– Сейчас?
– Вообще, к чему ты стремишься в своей жизни? Этап, ступеньки, самое заветное желание?
– А, ну пока, я собираюсь учиться в Альвэ, стать настоящим магом, потом владетелем Пар-э-Мора, хотя бы...
– А потом?
– Удивился Мрак.
– Геранта.
Дракон мысленно покачал головой, задумался, шевеля роскошным бархатно-черным хвостом с мерцающими мелкими чешуйками.
– Тебе бы с Пар-э-Мором справиться. Но причем здесь мужчины? Их совершенно не интересует Пар-э-Мор.
– Дракон снова пропал. А Лика снова вздохнула. Конечно, в этих рассуждениях был какой-то смысл, но вот какой? И потом, не сейчас же она собирается быть владетелем. Сейчас ей хочется флирта, легкого, ничего не обещающего, но приятного флирта. И чтобы ее понимали. Хочу, чтобы меня любили мужчины, подумала Мышка.
Вот именно, почему всех женщин мужчины любят по-разному, ведь устроены все одинаково? Лика задумалась над своей природой, отчего все-таки она другая? Вспоминала детство, юность, подруг. У всех ее подруг была одна цель в жизни - создание семьи, и они ее добивались всеми возможными способами. Иногда Лика сравнивала своих подруг с женскими ипостасями божеств. Наверное, потому что для себя выбрала богиню как-то давно и сразу. Еще в детстве она сравнивала себя с Кали. Может быть потому, что родилась в то время, когда в Индии празднуется праздник Шивы, ну почти в это время, ее день рождение приходится на праздник введения богородицы во храм. А вот Нейлита, она скорее Ланкшми, Ленчик - Рыжий хвост, напоминает ей Гестию, Яна - Диметру с хлебными колосьями. Все люди как люди.
Кларисса - Селена в чистом виде. Все они такие милые, домашние и Кали. Отчего-то она представляла себя в виде белокурой женщины без возраста в черном платье, танцующей на спине бешено мчащегося тигра. Тигр проносится сквозь времена и цивилизации, вокруг пылают войны и пожары, позади остаются человеческие смерти. Она смотрит на людей впереди себя, а видит лишь переплетение линий их жизни. Нитей, которые так легко порвать, запутать, рассечь... Может быть мужчины чувствуют такое отношение к ним? Но что же делать, ведь и ей то же хочется обычного женского счастья? Где же взять Шиву? А Ка Май ей очень понравился. Вопрос лишь в том, насколько бы им хватило их отношений, если бы он остался? Тьфу, надо же, как заело. А впереди Новый год. Ау, рыцари, без страха и упрека, вы где?
Вставать не хотелось, но сегодня должны привезти елки. У нее будет четверо гостей, поэтому нужно купить подарки. Лика с сожалением откинула подушку и заставила себя встать. Позаниматься бы нужно, все же сессия. Она одевалась и причесывалась, когда поймала свой взгляд в зеркале. Откровенно оценивающий и циничный. Сколько же в тебе этого, со злостью подумала она о себе, и не завтракая ушла в зиму.
На улице оказалось холодно, ниже двадцати, особо не погуляешь, пришлось брать машину. Ей вспомнился, принявший ее клан. Как дорого они заплатили за ее силу. Никого не осталось. Она заплатила за мимолетный комфорт и уют большими потерями. Машина неслась сквозь заснеженный пригород. Проносились тополя, обрезанные пилами и расчлененные чужой волей, как она обрезана своей. Может плюнуть на все? Бог с ним, с институтом, с Альвэ. Пусть будет Земля-Лейда, семья, дети-полукровки с вечной жаждой власти и благ. Можно подумать, она об этом не мечтает. Домик у моря, Кипр или Испания, а она будет писать фантастические книжки о том, что могло бы быть, сделай она другой выбор. Интересно, к какому же берегу вынесет меня река жизни. Чего же я добьюсь как женщина? Воспитаю ли детей, буду ли работать, например, учителем. Буду рассказывать, как живет, и чем дышит планета этих людей. Оставят ли меня тогда в покое?
– А. Мрак, оставят?
– Если ты сама откажешься от власти, выполнишь предназначенное и уйдешь со сцены, чтобы никогда ни во что не вмешиваться...
– А буду ли я счастлива?
– И ты, и твои дети.
– Какой ты добрый, Мрак! Почему же я тебе не верю. Не верю совсем?
– Чего ты хочешь, женщина?
– Если бы я знала, что ответить?
– Ты колеблешься...
– Если бы я была не за рулем, то расплакалась бы.
– Нельзя сидеть на двух стульях...
– Легко дракон, легко, если стулья стоят рядом и они одинаковы.
– Я так не думаю.
– А я хочу добиться всего в жизни по максимуму. Хочу добиться наибольших успехов для себя в этом и любом другом мире. Я никому не желаю зла, но хочу подняться на свою вершину, какой бы печатью она не была отмечена. Успех, слава, власть. Я хочу сама выбирать мужчин на своем пути. И не знаю, через смирение или вопреки ему. Мне все равно, но я этого добьюсь. А сейчас я хочу, чтобы в меня влюбился тот, кого смогу полюбить и я.
– А если, получив желаемое, ты его потеряешь?
– Как это? Брось, Мрак, я хочу найти женское счастье, а не терять его.
– И что ты готова для этого сделать?
– А что нужно?
– Откажись от своей силы и гордыни.
– Да, а зачем, все это слишком подозрительно, опекун, отказавшись единожды, смогу ли я их обрести снова? Не знаю, не знаю. Но я готова работать над этой проблемой. Кали, Дурга... дай мне силы и удачи в достижении успеха. Пусть весь мир повернется ко мне другим боком. Пусть придет весна, мир, счастье и удача. Если нужно, пусть мчится тигр навстречу другим временам. Холод отступит, и сердце зазвучит в унисон другому сердцу, как два колокольчика. Где ты Сарасвати? Дай мне зазвенеть. Лика затормозила у цветочного магазина Лаэрсиса. Тормоза пискнули от такого напора. Зазвенели колокольчики над дверью. Лика остановилась на мгновение, посмотрев на них, и вошла.
– Привет девочки!
– Выкрикнула она с ходу.
– С наступающим Новым годом, как дела?
Удивленные эльфийки переглянулись.
– Здравствуйте, Хейлин Кер.
– Ответила синеглазая. Новенькая молча присела в реверансе.
– Всего вам хорошего. Мы счастливы вас приветствовать. Ваши покупки вам сегодня привезут. Простите, но почему для вас так важен этот праздник.
– О..., - удивилась Лика.
– Наверное, это праздник рубежа, невидимой границы всего, что сделано тобой за год. Это праздник, когда подводятся итоги и загадываются желания, праздник будущей жизни. А у вас, есть такие?