Чтение онлайн

Последующие полчаса они старались сосредоточиться на уроке.

Когда Ева вернулась домой, Денни пил в кухне чай и курил сигарету, что вообще-то было против правил, даже если широко открыты окна.

Ей очень не нравилось, что сын курит, она считала это недостатком своего воспитания, но в этот вечер Ева не стала обрушиваться с упреками, а просто налила себе чаю и пригласила сына выйти в сад, потому что ей надо было полить цветы.

– Звонила Дженни, – сказал он. – Дед плохо себя чувствует… Ей звонил врач. Они хотят ускорить операцию.

– Господи! – запаниковала Ева.

– Дженни сказала, что поедет туда на выходные, и просит тебя тоже приехать.

– Она сообщила, что именно плохо?

– У него были небольшая одышка и сильное головокружение. Кажется, сосед позвонил доктору. Дженни очень расстроена.

– Она не просила меня позвонить?

– Нет, Дженни сама позвонит завтра утром, потому что сегодня собиралась пораньше лечь спать.

Ева наклонилась и стала медленно разматывать шланг.

– С тобой все в порядке? – спросил он.

– Думаю, да. Надеюсь по крайней мере…

Денни молча открыл кран, потом, когда она закончила поливать, они сели на скамейку в конце сада и долго сидели в темноте.

– Как у тебя дела? – спросила Ева, взяв сына за руку. – Ты выглядишь усталым.

– Да так. – Денни запустил пальцы в темные волосы, а другой рукой полез за сигаретой. – Много приходится работать, – добавил он. – Но толку пока мало. Больших чеков не предвидится.

– Денни. – Ева старалась ободрить сына. – Ты фотограф, художник и не можешь рассчитывать на такие же деньги, как у финансового директора или… юриста компании. Но может быть, надо вкладывать больше души?

Денни выпустил изо рта клуб дыма.

– Лучше вообще продать душу за презренный металл.

– Нет, если ты мой сын, ты никогда этого не сделаешь, – улыбнулась ему Ева. – Лучше быть, чем иметь, запомни.

– Мудрые слова, но ими не заплатишь за отпуск с сёрфингом.

– Хочешь уехать?

– Ну да, я предложил сёрфинг, думая поехать в Корнуолл, а Патриция имела в виду Калифорнию. Небольшая разница, не так ли?

– Да уж. – Страшно нервничая, Ева никак не могла решить, рассказывать ли Денни о Патриции.

– Может, поэтому я и получил отставку, – добавил он.

Ева не смогла прочесть выражение его лица в темноте.

Выходит, Патриция не теряла времени даром.

– Сегодня вечером?

– Нет! Я весь вечер был здесь. На прошлой неделе. Ее очаровал босс.

– О! – Ева вдруг очень заинтересовалась цветами в большом вазоне рядом со скамейкой. «Что я за идиотка!» – Ты очень переживаешь? – спросила она.

– Как тебе сказать? Конечно, грустно немного, но это не конец света. – Он бросил сигарету, и она улетела в соседний сад.

– Денни!

– Прости, мама.

– С тобой действительно все в порядке?

– Все нормально, честно. – Он мрачно усмехнулся. – Не могу сказать, что это была настоящая любовь… Просто я спал с очень привлекательной девушкой. Вряд ли такие отношения для тебя новость.

– Кого ты имеешь в виду?

– Ветеринара. Ты ведь спишь с ветеринаром?

– Денни! Я все-таки твоя мать.

– Ты понимаешь, о чем я говорю.

– У меня с Нильсом было всего несколько встреч. Это совсем другое.

Ева встала и стала искать ведро для сбора улиток, чтобы избежать дальнейших расспросов, Денни смотрел на нее со скамейки, потом достал из кармана еще одну сигарету и закурил.

– Что ты делаешь? – спросил он, когда мать включила фонарик и полезла с ним в кустарник.

– Ищу ведро, куда я собираю улиток. За ними лучше всего охотиться ночью.

– А я думал, что садоводство – безобидное занятие.

– Что поделать, природа есть природа.

– Между прочим… – начал Денни, но она перебила его.

– Ты слишком много куришь, – заметила Ева, кидая в ведро очередную улитку.

– Знаю и собираюсь в скором времени бросить.

– Что, так просто?

– Ты в самом деле не возражаешь, чтобы отец приехал на свадьбу?

– А ты? – вместо ответа спросила Ева.

– Я первый спросил!

– Наверное, нет. – Она не повернулась к нему, продолжая искать улиток. – Будет интересно опять с ним встретиться и посмотреть на его семью. Откровенно говоря, меня это не слишком беспокоит. – Конечно, ее слова были далеки от правды. – На мой взгляд, он не самый приятный человек, но, если вы с Томом хотите с ним общаться, я мешать не стану.

Денни выпустил изо рта клуб дыма.

– Я чувствую то же самое. Если этот парень хочет узнать нас получше, замечательно, нет – еще лучше… Мне очень жалко дедушку, – добавил он.

– Да. – Еще одна улитка полетела в ведро. – Вы с Томом должны навестить его после операции. – Горло Евы сковал спазм.

– Обязательно, мама, – ответил Денни.

День перед операцией Ева и Дженни провели в родном доме, стараясь не паниковать при виде похудевшего, изможденного отца.

После обеда вышло солнце, они вынесли шезлонги и столик на лужайку и сели там пить чай. Ева занималась обычными делами в саду: стригла траву, кустарник, полола на клумбах цветы.

– Мои дети, – услышала она голос Дженни, – наверное, собираются провести все выходные в гостиной у телевизора, поедая булочки с сыром, от которых только вес набираешь.

– Переходный возраст, – возразила Ева. – Еще несколько месяцев, и они начнут потреблять только вегетарианскую пищу, обещая, что больше никогда не съедят ни одного убитого животного, или заявят, что телевидение – это лицемерная эксплуатация масс, организованная правительством.

Дженни фыркнула:

– И никогда их не уложишь вовремя спать и не заставишь проснуться утром пораньше.

– Обычное дело, – улыбнулась сестра. – Все подростки имеют право подолгу лежать по утрам в постели, это закреплено Женевской конвенцией или чем-то еще. Тома ожидает ужасный шок, когда ребе…

Она замолкла на полуслове: отец не знал о предстоящем отцовстве Тома, и Ева пока не хотела сообщать ему об этом. Он недостаточно хорошо себя чувствовал.

Она прижала палец к губам, подавая Дженни сигнал, но отец, похоже, ничего не слышал.