Мир, покинутый богом
Шрифт:
было, ничего не успело произойти. Мы подошли к отелю, поднялись на третий этаж, где наш номер был 312. Я достала ключи, которые я предварительно взяла с собой, и ими открыла дверь… Тишина.
— Шай, Макс? Кристофер? — Никто не отвечает.
Аскель и я вошли в номер, закрыв за собой дверь. Я пошла в гостиную, ведь именно там эти двое и сидели в последний раз, как я их видела. И когда я вошла в гостиную, они действительно были там. Они спали… втроём, на одном диване. На Максвелле лежала Шай и Крис, и… в обнимку.
— Хорошо же им тут, — усмехнулся Аскель, положив сумки на пол. — Разбери пока продукты, пожалуйста. А я уже пойду.
— Пока, Аскель, — я обняла его на прощание, но макушкой доставала ему только до груди. Тот усмехнулся и обнял меня в ответ:
— Пока. Не скучайте. И ничего алкогольного не пейте!
Я тихо засмеялась:
— Хорошо! Не будем.
И Аскель ушёл, оставив меня наедине с тишиной. Было неуютно и как-то… ну совсем одиноко. И поэтому, я решила написать очередное стихотворение в своём блокноте. Достав его из своего рюкзака, а также свой карандаш, я приступила к работе. Может, написать свою собственную книгу, когда-нибудь? Именно когда-нибудь…
Я уселась на диван рядом с остальными… они так мило спят. Если не знать, что они только что пили чай с водкой.
"Не знаю я, что будет завтра,
Не знала, что было вчера, И чувство душит меня яро,
Оно скоро убьет меня.
И льются слезы сквозь ресницы,
Будто сглотнуть страх не могу,
Вода заполнила глазницы,
И думаю: я ведь умру?
Иду для всех я веселиться Игнорируя страх, беззаботно шутить
Все хорошо, мне не грустно, я — птица
Оставь одного, меня не поразить.
А я так хочу лежать на траве,
От яркого солнца прячась в теньке,
Я так хочу ни о чем не думать,
И от удовольствия прозу придумать.
Мысли съедают меня, не могу
Быть беззаботной, как раньше,
Хотя, как хотелось пройтись по песку
Вернуться бы в детство вновь наше."
Вроде как, вышло неплохо… Даже в рифму иногда попадаю! Я зевнула. Неужели и меня начинает клонить в сон?
Вдруг я услышала, как кто-то зевнул. Когда я обернулась на звук, то увидела, что это был Максвелл. Взгляд его был мутный и сонный. И сколько же они выпили?
— Привет, Макс, — сказала я, смотря на него.
— Ага, привет, — он снова зевнул. — Хочешь в бар сегодня?
Какой неожиданный вопрос… Я опешила:
— Максвелл, какой бар? Кто нам алкоголь продаст? И вообще, мы не должны тратить деньги на эту ерунду.
— Скоро у нас будет много денег, поверь, — он загадочно улыбнулся. Что-то мне это не нравится… — Кстати, Шай тоже пойдёт.
— Шай? — я не перестаю удивляться, как сильно Шай попала под влияние Макса.
— Да. Надеюсь, что после того, как ты узнала, то точно пойдёшь.
Я зарычала. Ну что ж такое? Ему действительно нравится манипулировать всеми нами? Хотя, на то он и полудемон, что любит заниматься этими вещами.
— Максвелл, ты такой козёл.
Он усмехнулся.
— Мне Аскель сказал, что ты умеешь готовить. Это правда?
— Да.
Удивительно, что он не соврал.
Я не могу согласиться, ведь… я же пообещала Аскелю не заниматься таким, буквально несколько минут назад. Но я не хочу оставлять Шай наедине с этим… кретином! Но кто знает, когда вернутся Аскель в номер…
И тут у меня созрел план.
— Давай так. Ты приготовишь что-нибудь из продуктов, что купил Аскель. Для всех. Заодно научишь меня. Я буду помогать. А потом, если Шай не передумает, пойдём в бар.
— Условия мне ставишь? — он поднял одну бровь, и он всё ещё саркастически улыбался. — Может быть, ты мне покажешь свой стих, который ты только что написала?
— Чтобы ты снова его раскритиковал? — я нахмурилась.
— Именно так.
Я недовольно вздохнула, и протянула ему свой блокнот:
— Читай. Я жду.
Он начал пробегаться глазами по стихотворению. Я терпеливо ждала его реакции, хотя уже наперед знала, какой она будет. И на кой чёрт ему вообще понадобился мой стих? Любопытно? Наконец, он отложил блокнот:
— Знаешь что? Неплохо.
— Чего? Шутишь? — я недоверчиво сузила глаза.
— Я абсолютно серьёзно, — он, не моргая, смотрел на меня. — Думаю, если будешь развиваться дальше, у тебя будет получаться только лучше.
И что мне теперь? Восторгаться? Что его величество Максвелл одобрил мой стих? Нет уж. Если Шай повелась, то это не значит, что я тоже!
— Отлично. Тогда давай будем начинать готовку, — сказала я, вставая. А Максвелл… на котором лежала и Шай и Кристофер, не мог такого провернуть. Он, на удивление, аккуратно отложил Шай с Крисом и пошел на кухню молча.
Глава 17 — Запретный плод…
— Для начала, — сказал Максвелл, как только мы остановились у кухни. — Что мы будем готовить?
— Блинчики! — ответила я радостно. Надеюсь, что Аскель купил как раз таки то, что нужно для блинчиков. Но чтобы в этом убедиться, нужно было проверить продукты. — С вареньем!
— Любишь блины?
— Да, помню, как тётушка Роуз их пекла… это было так вкусно, — улыбнулась я, вспоминая. — Надеюсь, что у нас всё для этого есть. Вроде как там нужны яйца, мука…
— А ещё молоко, немножко соды, соли, сахара… а также сковорода. У нас всё для этого есть, — Максвелл достал продукты. Слава богу, что у нас всё есть! И наконец-то я научусь готовить! — Только не испорть ничего.
— Не испорчу, — усмехаюсь я.
— Тогда, — Максвелл взял кастрюлю и лёгким движением разбил яйцо, а затем выбросил ненужную скорлупу. — Сначала добавляем яйцо. Конечно, можно и молоко, но, учитывая, что ты это никогда не делала до этого, лучше всё-таки сначала разбить яйцо, таким образом, тебе будет проще достать скорлупу, если ты неаккуратно разбила яйцо и скорлупа попала в кастрюлю. Добавляем молока, примерно… полбутылки, — он открыл бутылку и половину содержимого вылил в кастрюлю. Затем, вспомнив про моё существование, он повернулся ко мне и спросил: — Ну что, пока всё понятно?
Удивительно, вчера этот человек угрожал мне револьвером, а сегодня показывает, как печь блины.
— Да, ты, на удивление, понятно всё объясняешь, — ответила я. Тот усмехнулся:
— А что тут может быть непонятного? Это всего лишь блины. Самое простое, что можно приготовить. Ладно. Сейчас добавляем немного соли, немного сахара, и ещё меньше соды. Потом взбалтываем, добавляем муку до того момента, как вся вот эта субстанция не станет более густой. Пробуй.
Я подошла к кастрюле. Ух, сейчас действительно главное ничего не испортить! Я взяла ложку сахара и уже хотела добавить, как Макс остановил меня: