Мир Приключений 1990 г.
Шрифт:
Чарльз Уоллес высвободил руки и влез на стул.
— Давайте поедим, — сказал он. — Если это отравлено, ничего уж не поделаешь, но, по-моему, все без подвоха.
Кэльвин тоже подсел к столу. Только Мэг продолжала в нерешительности стоять в стороне.
Кэльвин взял в рот кусочек, прожевал, проглотил, посмотрел на Мэг:
— Если это не настоящая еда, то очень хорошая подделка.
Чарльз Уоллес откусил кусочек, скривился и выплюнул:
— Так не честно! — закричал он человеку.
Тот рассмеялся:
— Ешь, ешь, мой милый.
Мэг вздохнула и села.
— Мне лично кажется, что есть нельзя, но раз вы едите, то я тоже буду. — Она набила полный рот и протянула Чарльзу кусочек индейки: — Вкусно! Попробуй у меня.
Чарльз Уоллес попробовал, скорчил гримасу, но проглотил.
— Мне все равно, на вкус это песок… Почему так? — спросил он у человека.
— Сам знаешь. Ты наглухо закрыл от меня свой мозг, а эти двое не могут. К ним внутрь я могу проникнуть через щелочки. Не очень глубоко, но достаточно, чтобы угостить их индейкой. Теперь ты видишь, какой я добрый старичок?
— Ха, — хмыкнул Чарльз Уоллес.
Человек раздвинул губы в улыбке. Ничего страшнее Мэг в жизни не видела.
— Почему ты мне не веришь, Чарли? Почему не хочешь попробовать узнать, кто я такой? Я несу мир и покой. Я освобождаю от обязанностей. Проникни в меня, и ты преодолеешь последнюю трудность в жизни.
— А после того как я проникну в вас, я смогу вернуться назад?
— Конечно, если захочешь. Но ты вряд ли захочешь.
— А если я проникну на время, с возвратом, ты скажешь нам, где папа?
— Обещаю. Я слов на ветер никогда не бросаю.
— А можно мне поговорить с Мэг и Кэльвином, чтобы ты не подслушивал?
— Нет.
Чарльз пожал плечами.
— Послушайте, — обратился он к Мэг и Кэльвину, — мне обязательно надо понять, что он такое. Вы сами понимаете, что надо. Я изо всех сил постараюсь сохранить хоть чуточку собственного “я” и вернуться. И на этот раз не удерживай меня, Мэг.
— Но ты не сможешь, Чарли! Он же сильнее! Ты сам это знаешь!
— Надо попробовать.
— Но миссис Что предупреждала тебя!
— Надо попробовать ради папы… Мэг, пожалуйста! Я хочу знать о папе. И потом, Мэг, есть еще Область Мрака, и миссис Что просила нас… Помнишь?
— Кэльвин, — обратилась к другу Мэг, но Кэльвин покачал головой:
— Он прав, Мэг. Но что бы ни случилось, мы останемся с ним.
— А что может случиться? — закричала Мэг.
— Хорошо, — сказал Чарльз Уоллес, глядя на человека, — я согласен. Давай!
Казалось, красные глаза человека втягивали глаза Чарльза — так быстро стали сужаться у него зрачки. Когда исчезла последняя черная точка, Чарли обернулся к Мэг и ласково ей улыбнулся, но это уже была чужая улыбка.
— Давай, Мэг, — сказал он, — доедай вкуснятину.
Мэг схватила тарелку Чарльза Уоллеса и грохнула ее об пол. Тарелка разлетелась на мелкие осколки, разбрызгав все, что в ней было.
— Нет! — закричала она пронзительно. — Нет! Нет! Нет!
Из мрака выступил человек в черном и поставил перед Чарльзом новую тарелку, полную еды. Тот с жадностью набросился на индейку.
— Что с тобой, Мэг? — дивился Чарльз Уоллес. — С чего ты развоевалась? Где твоя коммуникабельность? — Голос Чарльза был тот же самый и в то же время чужой, бесцветный. Так мог звучать голос на двухмерной планете. От ярости Мэг вцепилась в Кэльвина и завопила: — Это не Чарли! Куда он делся?!
Глава VIII
ПРОЗРАЧНАЯ КОЛОННА
Чарльз Уоллес с таким аппетитом поедал индейку, будто никогда в жизни не ел ничего вкуснее. Все осталось без изменения: и одежда, и внешность, те же песочного цвета волосы, то же круглое детское личико. Только чисто-голубые глаза без зрачков стали чужими. И что-то подсказывало Мэг, что это не ее брат, а какой-то робот. Она всхлипнула.
— Где он? — потребовала она ответа у Красноглазого. — Что ты с ним сделал? Где Чарльз Уоллес?
— Зачем такая истерика? — удивился человек. — Вот он, твой брат, перед тобой, здоровый, счастливый. Заметь, впервые в жизни здоровый и счастливый.
— Сам знаешь, что это не Чарльз! — закричала Мэг. — Ты его украл!
— Замолчи, Мэг. С ним бесполезно говорить, — прошептал ей на ухо Кэльвин. — Теперь нам надо изо всех сил удержать то, что осталось от Чарльза. Помоги мне, Мэг. Не распускай нюни. — И он твердо взял за руку Чарльза Уоллеса.
Перестав всхлипывать, Мэг взяла его за другую руку.
— Мне больно, Мэг, — сказал Чарльз Уоллес. — Отпусти.
— Нет, — ответила Мэг.
— Мы просто ошибались, сестра. — Голос Чарльза звучал как магнитофонная запись. В нем отдавались металлические нотки. — Он совсем нам не враг! Он наш друг.
— Чушь! — отрезал Кэльвин.
— Ты не понимаешь, Кэльвин, — сказал Чарльз Уоллес. — Миссис Что, миссис Кто и миссис Которая все перепутали. Им на самом деле нельзя было доверять.
Он рассуждал очень спокойно и разумно, с той интонацией, от которой близнецы приходили в ярость. Он говорил, глядя на Кэльвина, но Мэг чувствовала, что его пустые голубые глаза ничего не видят. Через глаза Чарльза на них смотрел кто-то чужой.
И вот эти холодные, чужие глаза повернулись к Мэг.
— Пусти меня, Мэг. Я должен тебе объяснить.
— Нет, — ответила Мэг, еще крепче стискивая руку брата.
Чарльз Уоллес с несвойственной для него силой принялся выдергивать руку, и Мэг не смогла его удержать.
— Кэльвин! — позвала она на помощь.
Но спортсмен Кэльвин, мальчик, который рубил для мамы дрова, сильный и тренированный, тоже не сумел удержать Чарльза. Он обхватил его, и они покатились по полу, как футбольный мяч. Мэг сгоряча бросилась на Красноглазого, чтобы ударить его, как Чарльз, но люди в черном успели схватить ее и выкрутить руки.
— Советую тебе выпустить меня, — раздался голос Чарльза из-под Кэльвина.
Но Кэльвин не ослабил хватку. Красноглазый кивнул, и трое в черном, правда с большим трудом, оттащили Кэльвина и скрутили ему руки, как и Мэг.
— Миссис Что! — в отчаянии позвала Мэг. — Где вы, миссис Что?
Но миссис Что не было.
— Мэг, — сказал Чарльз Уоллес, — послушай меня.
— Слушаю!
— Мы все ошиблись, поверь мне. Мы сражаемся против нашего друга и друга нашего отца.
— Если сам папа скажет, что это его друг, тогда я, может быть, поверю. Если только этот робот не заколдовал папу, как и тебя!