Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Шрифт:
* * *
Прости меня, время, за ветреность чувств,За участь забыть и забыться,За то, что из всех бесполезных искусствЯ выбрал – не измениться.Прости меня, время, за поздний испугУпасть в пустоту одиночеств,Что в птичьей когорте, летящей на юг,Я больше не слышу пророчеств.Прости меня, время, что слов не ищуВ бесмертии леденящемИ в миг тишины зажигаю свечуУшедщего в настоящем.
* * *
Как насчет перерыва на вёсны?Расчехляя то крылья, то весла,Завивая, как кружево, кудри,Зависая в берцовой пудре.Как насчет перерыва на счастье?Раздувая прозрачное платье,Обливаясь духами сирени,Пряча нежное в свето-тени,Как насчет перерыва на жизни?Утро глаз изумрудных брызнет —Не захочется расставаться,Навздыхаться, нацеловаться.Как насчет перерыва на вечность?На безумной весны беспечность,На любимого взгляда пропасть,Как насчет перерыва на робость..?
* * *
Мир застрял на случайной ноте,В позе, в выстреле, в повороте,В лишнем жесте, в застывшем кадре,В каждом шаге на эскалаторе,Мир застрял, как солдат на фронте,Как хронометр на ремонте.Мир застрял – ни войны, ни мираот Гомера и до Шекспира.Что ж Аленушка смотрится в воду,Что ж Офелию сводит с ума?Несвобода всегда несвобода,Ожиданье всегда тюрьма,Что ж! Проявленный в негативеЧерно-белых краев небес,Мир застрял и в моей квартиреБез тебя, без надежды, без…
* * *
Заплелись твои волосы в летоВихрем бабочек, роем стрекоз,Задохнулись сиреневым цветомБыстротечной лаванды борозд.Твои губы обветрены зноем,Травы шепчут тебе «не жалей»Расплатиться стыдливым покоемЗа бескрайнее буйство полей.
* * *
Между нами немощь расстояний,Гул ветров, бескрайняя зима,Между нами мира изваяние —Копия, иллюзия, тюрьма.Между нами беглые эфиры,Звезд потухших и зажженых свет,Между нами все преграды мира,Но для душ границ Вселенной нет.Искры нас безвременьем объяты,Пьют свободу, метят в никуда.Им, как нам, отмерено когда-тоПолюбить друг друга навсегда.
* * *
Поднят занавес – время расплаты,Отыграть, не сорваться на фарс.Зритель помнит, как было когда-то,Зритель замер, как будет сейчас?Поднят занавес, страх испарился,Долго ль сделать неверный шаг?Я с тобой, словно с прошлым, простился,Я вступил в ослепительный мрак,Время дрогнуло, остановилось,Заполняя пробел бытия.Я отдам вам себя на милость,Но уже это буду не я.
* * *
Как ветер на соленых парусахВрывается в безлюдные широты,Как стрелка замирает на часахВ небрежном ожидании кого-то,Как буря валит одряхлевший лес,Как радуга ликует небосводу,Весна идет с судьбой наперевес,Из странных Богом потаенных мест,Любовью заступая в несвободу.

Игорь Пузырёв.

г. Санкт-Петербург / Ленинградская обл., д. Сарожа

Проживает: Ленинград – деревня на границе Вепсского леса. Окончил Педагогический институт им. А.И. Герцена, исторический факультет. Работает в коммерческой компании. Публикации в журналах «Октябрь», «Аврора», интернетиздания «МОЛОКО», Лиterraтура, «Лицей».

Из интервью с автором:

Участие в литературных конкурсах с различной степенью тяжести под девизом: «Напиши рассказ в пять тысяч знаков – или умри».

К волшебному острову

К чему привязаны концыНебесной сети? И навесНа чем же держится?И где тот «стержень полюса небес»?Цюй Юань

Стать бессмертным можно по-разному.

Можно хоть сейчас отведать персик с дерева Бессмертия, что растет в саду Си-ван-му на горе Куньлунь и одаривает плодами один раз в три тысячи лет. Съесть его – сразу стихнет ветер, а душа встретится с покоем. Или прочитать волшебную формулу, написанную на бумаге: прочитал – и стал бессмертным. Лучше вслух, но губы плохо слушаются.

Тугой поземок, приносимый дыханием Паньгу откуда-то с далекого юга, взлетает над козырьком укрывшего его тороса. Любые ветра дуют здесь с юга на юг. Идти дальше сил нет. И желания нет тоже. Чудесный покой, холод уже не просто забрался под куртку-пуховку, а живет в душе, освоившись в ней новой леденящей истиной, вытеснив никчемное тело наружу. На апрельский мороз.

Вдаль гонят ветер и воды океана белый остров, в непредсказуемое уплывают яркие трепещущиеся птицы. Флаги. Хлопают, размахивая полотнищами, не стонут – радуются своему, пусть и низкому полету на крепком древке. Всего-то в двадцати километрах отсюда. На Северном полюсе.

Можно поставить в этот ряд свой – красный пятизвездный. И тогда, может быть, тоже стать бессмертным уже сегодня – в седьмой день пути. Если разрешит Нефритовый Император.

Стяг такого далекого теперь Китая будет долго радоваться всем десяти Воронам-солнцам, сидящим на дереве Фусан, и дрейфовать в сторону пролива между Шпицбергеном и Гренландией. Нескончаема череда людских символов: вот ближний – финский государственный флаг, который никогда не догонит норвежский, стремящийся вдаль за французским. Знамена уползают извивающимся на тысячу тысяч ли драконом. А потом они тонут в пучине, у которой нет дна, но на их месте окажутся новые – неистребима вечная жажда достичь полюса славы. 90 градусов северной широты и без значения какой долготы. Полюс славы уходит – Северный всегда остается!

На месте уже второй день – метет. Вчера разбудил сильный ветер, и сегодня он, но уже с другой стороны – пришлось переставлять палатку. Получилось кое-как, но она держится за торосом, присыпанная снегом. Пуховый спальник не греет – перья сковало уходящим из одежды последним влажным теплом. Все колом, лишь руки можно погреть над легким примусом, теперь горящим постоянно, но на малую мощность. Руки покраснели, а ног почти не чувствуется, хотя бы пальцы и шевелятся под принуждением. В ожидании.

Поделиться с друзьями: