Чтение онлайн

Шли молча, слушая шарканье своих ног и вдыхая сухой пыльный воздух. Никто не осмеливался заговорить, оба знали — делают что-то не хорошее, и потом это неприятное воспоминание еще долго будет всплывать в их памяти, а мозг будет показывать страшные картинки перед глазами.

Оно показалось — заброшенное и молчаливое. Старые силуэты крестов и надгробий, были в запущенном, удрученном состоянии. Кладбищенские осины зашевелили листьями и ветвями, хотя ветра почти не ощущалось. Они словно поприветствовали их, развернули к ним свои ветви. Вот они, многолетние души, растущие здесь с незапамятных времен, свидетелей всех событий, что здесь происходили.

Ребята остановились одновременно, как по команде. Оба стояли и смотрели вперед. Оба одновременно закурили.

— А может, мы не первые идиоты, кто решается такое совершить? — затягиваясь, спросил Стёпа. — Может у местных жителей такой обычай — издеваться над приезжими? Не зря же у них столько сказок про это место!

— Да, брось, ты! Они, конечно, верят во все это, но это действительно смахивает на их страх и веру, а не на выдумки. Ты видел, как они шепчут, когда говорят об этом? А страх, что загорается в их глазах?

— Да. Этого не отнимешь. Но самовнушение страшная штука!

Бросило в жар, то ли от духоты, то ли от маленького страха, который зарождался внутри каждого, но никто не выдавал своих эмоций, а напряжение тем временем нарастало.

— Грех на душу берем, — тихо прошептал Митя.

— Да, — согласился Степан, голос его тоже был тих. — А, вдруг, он и вправду там?

Митя сначала хотел сказать — будем надеяться, но, поняв, весь ужас своих мыслей, промолчал. Если он там, то вернется. Если в лесу — столько дней! — то пропал. Они продолжили ход.

Погост появился, когда они спустились с холма и прошли вдоль кромки леса и свернули на поле.

Высокие осины и черные надгробия навевали леденящий душу ужас.

Тумана не было. Природа замерла, с любопытством за ними наблюдая.

— Вот дураки! — прошептал Стёпа.

Митя ухмыльнулся, напевая под нос:

— …в ночном лесу костёр горел, а у костра усталый дедушка сидел…

Через несколько минут, они уже стояли над той самой могилой, которой не было в первый раз, и которая появилась позже.

— А, ты уверен, что ее не было? — неуверенно спросил Митя и в ожидании ответа посмотрел на друга.

— Да, — на удивление твердо ответил Стёпа. — А ты?

— Вроде бы тоже. Но, согласись, она же старая, — Митя присел на корточки, и потрогал землю рукой, немного разрыхлив ее.

Степан присел рядом.

— Да, твердая, — согласился он. — Но, ее точно не было.

Степан встал, огляделся и решительно взял в руки лопату.

— Ничего нам за это не будет, — успокоил он сам себя. — Мы из благих целей, да? — спросил он у друга, немного испугано глядя ему в глаза.

— Естественно! — воскликнул тот и тоже взял маленькую лопату. — Как разроем, так и обратно зароем.

— Действительно.

Парни начали копать.

Сначала было трудно: земля твердая, почти окаменевшая, совсем не поддавалась, но потом, стало легче. Спустя какое-то время, их лопаты наткнулись на остатки гроба, который от времени почти развалился.

— Черт! У меня сейчас инфаркт будет! — выругался Митя, вытер лоб, на котором выступили испарины, и откинул в сторону старую деревяшку.

— Я готов прибить этого деда! Я так и думал, что он больной! Верят во все эти сказки, и мы еще — молодцы, так легко поддались на его уговоры! — воскликнул Стёпа, показывая другу пальцем на кости. — Это не он! Этому скелету сотня лет!

Митя промолчал, наклонился, чтобы лучше рассмотреть кости.

— Да, и у этого скелета рыжие волосы.

— Что?!

— Вон, смотри, — Митя показал на прядь рыжих волос, торчащую из земли. У обоих от увиденного побежали мурашки по телу и неприятно заныло под ложечкой. Футболки, мокрые от пота, прилипли к спине.

— Черт! — выругался Стёпа. — Блин, и что теперь делать?

— Закапывать, — зло сказал Митя. — И чем быстрее, тем лучше.

Степан уже поднял лопату с землей, чтобы бросить в могилу, как вдруг, на заходящем солнце что-то блеснуло.

— Постой, я кажется, что-то увидел!

И он спрыгнул в могилу…

С улицы ничем не примечательное здание из красного кирпича, обнесенное наглухо, тем не менее, железным кованым забором, хранило в себе немало тайн.

В этом доме со скромной табличкой на дверях «Охрана окружающей среды» на самом деле располагался архив совсем уж нескромного управления по надзору за природными аномалиями. Вроде бы община в тайге, а кабинеты здесь с кодовыми замками…

Уже очень много лет эта контора работала под строгим контролем главных и отвечала за все дела, так или иначе связанные с паранормальными явлениями, коих в их краях было несчетное количество.

И хоть Ева и считалась всего лишь волонтером для всех жителей, кто ее знал, училась она в общине не для этого. Вот именно сюда ее периодически и вызывали и даже выделили для таких приездов отдельный кабинет.

Теперь в её распоряжении было дело о миражах, дело о той самой «Катеньки». А это означает, что местные были правы. Не всё так просто…

В кабинете еле слышно гудел компьютер, на рабочем столе лежала папка с документами, ручка, ее блокнот и раскачивался взад-вперед маятник в форме листочка — вечный двигатель, подаренный ей на прошлое день рождение Котиным.

На окнах закрыты жалюзи, высоко под потолком прямо над ее головой горит старая люстра и небольшой светильник справа на столе. Тихо, несмотря на то, что сейчас самый разгар рабочего дня. Ну как рабочего…в здании помимо нее и Котина находилось еще от силы человек десять, таких же волонтеров, как они, и таких же скрытых свидетелей потустороннего. Так называемое начальство она видела редко, и где был офис у них — не знала. Слышала только, что в районе таёжных озер в одной из заброшенных деревень раньше был куда более обширный архив и лаборатории, от которых впрочем, уже ничего не осталось. Но это не точно.

Ева сидела в кабинете за столом и просматривала отчеты. Она листала аккуратно подшитые листы и размышляла. Папка была толстой, даже изрядно пухлой. Обычно дела закрываются, а папки сдаются в архив — вдвое меньше этой. Конечно, столько лет ведется уже наблюдение, сколько всего накопилось! И не счесть!

Ева вновь перевернула несколько страниц.

Так называемое «дело» о миражах, первые записи, были написаны еще в далеком шестьдесят первом году, когда была еще другая эпоха, жили другие люди, была другая страна — Советский Союз. И с тех пор сменилось много «наблюдателей» и ни один из них не довел это дело до конца, не закрыл его, и не сдал в архив. Закрыть и сдать — значит понять суть и причину, восстановить баланс…