Чтение онлайн

— Воровка! — крикнула Ева, и вдруг вспомнила тот вечер — твой суженый явится, Никитка прознает. Лесные помогут, а он нет…

Значит ли это воспоминание, что Мите угрожает опасность?

Определённо — да.

Все-таки ему здесь не место. Но он же такой упрямый. Не послушает, не уедет. Докопается до правды, найдет друга, избавит местных от миражей…

Да ей и самой уже не терпелось во всем разобраться.

Ева подошла к окну, отдернула штору, посмотрела на стекло, а точнее на свое отраженье в окне. Глаза испуганные, круглые, блестят от волнения. А за окном все также накрапывает дождь — мелкая приставучая морось, делающая одежду мокрой и липнущей к телу, а Митя всё также сидит на лавочке в сквере.

Ева выдохнула. В голове навязчивым писком голос мавки — пригласи его на чай, он же замерз!

Ну что он, маленький мальчик? Взрослый парень, должен понимать…

Мотнула головой, собрала волосы в хвост и задернула плотно шторы. Села на разложенный ко сну диван, окинула взглядом комнату — скромная и не уютная, по-спартански расставленная мебель — безликая и серая: диван, комод, письменный стол и стул, небольшая плазма на стене и высокий цветок на полу. Она не любила оставаться в этой квартире. Она напоминала ей бесконечные придорожные мотели, по которым ее когда-то таскала мать…

И в ту же секунду в глазах потемнело, в нос ударил запах гари и пота.

Ева и не заметила, как осела на пол и попыталась расстегнуть верхнюю пуговицу кофты, руки дрожали, дыхание сбилось. Она почти задыхалась, а пуговица все не подчинялась.

— Ева, детка, иди к нам!

Отчетливо услышав мужской голос, Ева испугано обернулась. Перед глазами все поплыло, и вот она уже видит себя в восьмилетнем возрасте, сидящую на потрепанном кресле и испуганно смотрящую на гостей. В ее больших глазах отражается не детский страх и ненависть.

— Ну что ты детка, не бойся! — вновь звучит хрипловатый мужской голос. — Мы тебя не обидим! Разве мы тебе обижали когда-нибудь? Делали тебе больно?

Из глаз брызнули слезы, из души вырвался крик. Ева упала на спину, опрокинув красную табуретку, глаза застилала пелена.

— Да! — она кричала, но не слышала своего голоса. Перед глазами замелькали образы из прошлой жизни: расплывчатые силуэты — её собственное испуганное лицо и пьяное матери, образы, сменяющихся любовников той, многие из которых не ленились лапать ее или бить. Как щенка. Ненужную собачонку. А мать лишь смеялась, слезы дочери её никогда не трогали. Но бывали и недели затишья, когда мать отрывалась по кабакам, а ее закрывала в номере. Без еды и воды.

Но она не боялась. Темная тень уже тогда сопровождала каждый её шаг.

И только в интернате она смогла понять кто это, когда в отражении озерной воды, наконец, рассмотрела, кто стоит за её спиной. То была девица — худая и угловатая, с копной серебристых волос. Длинные руки, длинные волосы, длинный нос, на худом теле лохмотья, связанные в подобие платья. Облик почти не менялся, а вот наряд и по цвету и по длине частенько. Да она модница, эта нежить.

Вот и сегодня, спустя столько лет, эта девица все еще была рядом. Только теперь она, видимо, станет щеголять в Евиной кофте. Сюр, да и только…

***

Рано утром следующего дня, Ева рванула в общину. Она уже приняла решение, но все же решила немного подстраховаться. Послушать лесных, собрать вещи. Ведь неизвестно как отреагируют знакомые на её выходки.

Лес одобрял. Нового ничего не сказали, но и не отговаривали.

Соседка Галина Петровна странно смотрела ей в след, но молчала. Казалось, всё вокруг притаилось, даже ветра не было.

Собрав рюкзак со своими пожитками, взяв дневник и лесную книгу, она вышла со двора, уже отчего-то зная, что не скоро сюда вернется. Осталось решить вопрос с Котиным, от которого можно ожидать чего угодно. Теперь, с этого дня он ей точно не компаньон.

Уже на подходе к машине, после трех часов пешего шага по тайге, она вдруг нащупала в кармане записку. Сложенный вдвое листочек в клетку, а на нем, как когда-то в лагере, красивым подчерком выведено: За библиотекой в восемь? Я буду очень ждать. И адрес.

Ева усмехнулась, счастливо улыбнувшись, и ускорила шаг.

Ева сбросила скорость до шестидесяти, опустила окно. Впереди уже маячили огни небольшого города — несколько высоток и множество одноэтажных домов, потонувших в вечернем тумане. На часах еще восьмой час вечера, а город уже погрузился во тьму. Ева остановила машину на светофоре, оперлась локтями о руль, посмотрела по сторонам. Казалось, ничего не изменилось — те же приземистые дома вдоль дороги, мерцающие огнями, те же огромные трубы, извергающие черный как смоль дым, те же желтые и красные листья на деревьях…

Светофор загорелся зеленым, сзади кто-то торопливо просигналил, и Ева надавила на газ, проехала еще немного и остановилась аккурат напротив блеклой единственной вывески в округи. Здесь в этом сером пятиэтажном здании располагалась единственная приличная на весь город гостиница. Ева заглушила мотор, собрала разбросанные по заднему сиденью вещи и вышла на улицу. Несмотря на придорожную пыль, она ощутила уловимый запах жженых листьев и вечерней прохлады. Несколько раз вдохнула полной грудью, осмотрелась по сторонам и вошла в здание.

Небольшой номер в темно-голубом цвете устроил Еву.

Она одобряюще окинула взглядом комнату, поставила на пол сумку с вещами, захлопнула за собой дверь. Темно-синие шторы на окне — задернуты, большая кровать в углу застелена голубым покрывалом из шерсти, еле слышно под потолком работает вентилятор.

Ева, не разуваясь, прошла мимо приоткрытой двери в ванную комнату, бросила на прикроватную тумбочку ключи от номера и машины и, не раздеваясь, упала на кровать. Голова гудела, все тело ломило от усталости, но спать не хотелось, хотелось перекусить чего-нибудь и выпить горячего чаю. А еще сходить на свидание, о котором думала постоянно. Но еще не время — с грустью решила она и прошла в ванную, включила воду и бросила клубничную бомбочку — она их просто обожала.

Вода забурлила, набираясь. Ева скинула с себя вещи и, оставшись в одних трусиках, провела ладонью по запотевшему зеркалу.

Фигура чуть угловатая, все еще как у подростка. Скулы острые, ноги, руки тонкие. Но бедра крутые, а талия озимая. Зеленые глаза светятся ярким пламенем в полумраке ванной, темные волосы липнут к лицу. Облизнула полноватые губы и стянула оставшееся белье. Аккуратно ступила в ванную и опустилась, выключая воду. Откинулась назад и прикрыла глаза. От воды горячий пар и запах клубники с мороженым. Перед глазами его лицо.

Какой он красивый.

Всё такой же любимый.

Как быстро она тогда в него влюбилась. Как попала-пропала!

И теперь снова тонет в своих к нему чувствах. Жаль только что обстоятельства против них.

Телефон пиликнул.

Ева не открывая глаз, нащупала его на полу и подняла. Разблокировала дисплей — сообщение от неизвестного номера: Привет, как ты? я весь вечер тебя прождал…

Закусила губы.

«Привет. Я не успела, много дел было. Но я обязательно приду».

«Рад слышать! Спишь уже?».