Чтение онлайн

– Язык мой – враг мой. Право, не думал сомневаться.

– Покойная бабушка Маргариты – урождённая княжна Лопухина, – заметил между тем Олег Александрович.

– Это не имеет никакого значения, – вмешалась я. – О своих корнях я узнала недавно. Мама рассказала бабушкину историю только перед смертью.

– Какая скромность! – Анна Семёновна сладко посмотрела на меня и обхватила руками уже не шею, а полные щёки.

– Думаю, в своём молчании Елена Павловна была абсолютно права, – проговорила Татьяна Леонидовна. – Разве вы забыли, в какое время мы жили?

– Как же, как же… Меня, например, при поступлении в институт просили заполнить анкету… – Валерий Алексеевич округлил глаза и сделал паузу. – Одним из пунктов было: «ваше социальное происхождение».

Анна Семёновна перевела взгляд с тарелки на мужа:

– Тоже мне вспомнил! В каком году ты поступал в институт?

– Сразу после войны.

– После войны от дворян и памяти не осталось. Те, кто остался в России, сменили фамилии и постарались забыть о своём происхождении.

– А те, кто не забыл, очутились в ГУЛАГе, – добавила Татьяна Леонидовна.

– Слава Богу, сейчас другие времена.

Валерий Алексеевич выпрямил спину и обвёл присутствующих блестящими глазами.

– В наше время благородное происхождение в моде. Я читал, что появились Российское Дворянское Собрание и Геральдический совет.

– Да-да, – перебила Татьяна Леонидовна. – Моя знакомая даже заказала составление своего генеалогического дерева.

– Интересно, – улыбнулась Анна Семёновна. – Вы тоже изучаете генеалогию?

– Я? Нет, у меня и других дел достаточно. – Татьяна Леонидовна бросила на Анну Семёновну взгляд кобры и обиженно замолчала.

– Что говорить, проблема существует, – не замечая пикировки дам, заявил Олег Александрович. – Однако, если ею заняться, родственников Маргариты можно найти.

– К сожалению, у меня нет в России родных, – вздохнула я.

– Откуда ты знаешь? Может, кто-то и остался, – возразил Олег Александрович. – Не здесь, так за границей.

Не скрою, внимание к моим корням было приятно. Я с симпатией взглянула на людей, сидящих вокруг стола, и благодарно улыбнулась.

– Отыскать родственников – ваш долг, Риточка, – сказала Татьяна Леонидовна. – Долг перед предками.

Она встала с кресла и заходила по комнате. Её полная фигура излучала такую решительность, что я подумала:

«Несмотря на рыхлость, она энергична».

– Надо пораскинуть мозгами, – продолжала Татьяна Леонидовна. – Если постараться, можно найти тех, кто имеет отношение к поиску родственников.

– Вот это правильно! – вскочил со своего места Валерий Алексеевич. – Тогда Маргарита Владимировна будет не так одинока.

– По-моему, Рита не одинока, – одёрнула мужа Анна Семёновна. – У неё есть Олег Александрович.

Я смутилась и покраснела.

– Очаровательно! – рассмеялся Валерий Алексеевич. – Будто тургеневская барышня. – Внимательно посмотрел на меня и добавил: – Какие у вас тонкие черты лица! Сразу видно благородное происхождение.

Олег Александрович прижался ко мне, а Татьяна Леонидовна с гордостью посмотрела сначала на меня, затем на сына.

С тех пор прошло тринадцать лет. Мои родственники так и не нашлись, Олег Александрович по-прежнему жил у меня, а я, забросив учёбу в аспирантуре, стала работать в лицее преподавателем литературы. За это время Олег защитил докторскую диссертацию, написал множество научных статей, возглавил отдел института теоретической математики. Казалось, всё хорошо. Однако на подсознательном уровне я понимала: в моей жизни, что-то не так. Мир, окружавший меня, был зарегулирован и размерен. Дом, лицей, ежедневное общение с Олегом Александровичем, подруги – Лялька и Нюта. Я чувствовала, что чего-то не хватает. Тысячу раз задавала вопрос: «Чего?» Сначала думала, не хватает собственных детей и официального статуса жены. Затем поняла – эти проблемы вторичны. Первична другая – нет любви. Настоящей мужской любви.

Как только я это поняла, восторженность куда-то улетучилась, подобострастие испарилось, а вместе с ними исчезло желание открывать душу и что-то объяснять. Олег Александрович отреагировал мгновенно. Его взгляд стал напряжённым, а критика, направленная в мой адрес, приобрела ядовитый оттенок. Между нами повисла напряжённая тишина. Тягучие мысли обвились вокруг моей шеи, и я почувствовала, что задыхаюсь в собственном доме.

– Взрослеешь, – выслушав меня, сказала Анюта.

Лаконичный вывод подруги навёл на мысль, что изменения, происходящие во мне, ведут к неизбежному семейному кризису. Я стала по-другому смотреть на собственную жизнь, видеть то, чего не видела раньше. В голове появилось бесчисленное количество мыслей, они жужжали, как разбуженный улей, и давали многочисленные советы. Слушая их, я погрузилась в меланхолию и думала о своей пресной, одинокой жизни: «Детей нет, с мужем в гражданском браке, впереди старость».

Однако не говори «никогда». Второе предсказание старухи стучалось в дверь и было готово разворошить мою семью и многолетние привязанности.

Чудеса начались за неделю до Нового года.

Серый рассвет ещё вставал над Москвой, за окном были видны только ветки каштана и контуры соседнего дома. Я проснулась в полном миноре и побрела на кухню. Настольная лампа освещала круглый стол, большой холодильник слабо урчал под никелированной поверхностью, в кресле сидел Олег Александрович и просматривал утреннюю газету.

– Как настроение? – спросил он.

– Ничего, – вяло ответила я и поставила на плиту кофейник.

– Выглядишь, прямо скажу, неважно.

– Наступила зима.

– Давно пора. Теперь можно вздохнуть с облегчением – свежий морозный воздух, скрипящий снег под ногами…

– Грязь, перемешанная с солью, ветер, пронизывающий до костей, – продолжала я.

– По-моему, ты не выспалась.

– Зимой холодно и грустно. Наверное, я баропат.

– Хм… Думаю, тебя нужно отнести к другой категории.

Я застыла и вопросительно посмотрела на Олега.

– Боюсь, к категории психически неуравновешенных людей, – неожиданно сказал он и пружинисто встал.

Ничего себе заявление. Впрочем, как ему угодно.

Противная слабость разливалась по всему телу, и доказывать, что я психически уравновешенный человек, мне было лень. Грея руки о чашку, я задумчиво смотрела в окно.

Вот и каштан замёрз. Расставил обледеневшие ветки в разные стороны и просит о помощи.

– У меня сегодня напряжённый день. Заседание в Академии наук, пара встреч. По всей вероятности, домой приду к семи.

– Поняла, – наливая вторую чашку кофе, отозвалась я.

– Приготовь, пожалуйста, к ужину какое-нибудь мясное блюдо.

– Я собиралась сделать антрекоты.

– Вот и хорошо. Зимой надо лучше питаться. В нашей полосе, чтобы согреться, требуются большие энергозатраты.

– ???

– Думаю, зимой не случайно варят щи на жирном бульоне.

– В твоём возрасте не надо злоупотреблять жирной пищей.

– Что ты имеешь в виду?

– Сам понимаешь, сосуды.

– С сосудами у меня всё в норме, – с раздражением сказал Олег Александрович. – Лучше со своими сосудами разберись. Посмотришь на тебя утром…