Чтение онлайн

отдохнуть и выспаться, а брал ружье, двух надежных собак - северных лаек и

уходил на охоту. Знал все близлежащие медвежьи берлоги и ожесточенно шел

на очередную встречу со смертью. И действительно, у них на заборе через

несколько дней висела новая медвежья шкура. Охота была удачной каждый раз,

хотя он был только с одной рукой. Еще в молодые годы медведь откусил левую

руку выше кисти. Безобразный обрубок был как-то раздвоен вдоль предплечья

и на эту култышку он хладнокровно клал ружье, когда прицеливался.

Но вот однажды ему сильно не повезло. Уйдя на очередную охоту, не

вернулся к ночи домой. Поздно вечером домой прибежали без своего хозяина

взъерошенные и скулящие собаки. Подбежали к хозяйке и стали за подол юбки

неистово тянуть на улицу. Жена сразу сообразила, что тут что-то неладно.

Сходила к своему брату, жившему недалеко. Тот быстро запряг лошадь,

трясясь по корням, поехали в тайгу по направлению, которое им показывали

бежавшие впереди собаки.

И вот вдали показалась довольно большая копошащаяся черная куча. Это

был несчастный охотник, а сверху на него навалился всей тушей огромный

медведь. Зверюга оказался уже мертвым, а сам хозяин едва показывал

признаки жизни. Медведя оставили в вечереющем лесу, а человека как смогли

быстро доставили в больницу. У него был как бы "снят скальп" и поломаны

ребра. Пролежав в больнице месяц, все-таки вышел на прежнюю работу. Все

как один - соседи были уверены, что после такого тяжелого случая, еще не

совсем окрепший, хотя бы на время оставит эту злосчастную охоту. Но, увы,

охотничья страсть и на этот раз взяла свое без остатка.

И снова - как прежде - отдежурив первую же смену после болезни он со

своими собаками ушел в коварно притихшую тайгу на медведя. Вот человек...

*

ХОЛМИКИ

В таежном поселке Многовершинном каждый год выпадает много снега

до трех-четырех метров. Поэтому двери в сени открываются вовнутрь, хотя

это опасно - медведь может выломать. Откроешь дверь, а перед тобой стена

подмерзшего снега. Сначала начинаем отбрасывать его в сени, потом - делаем

дырку вверх - наружу, чтобы можно было пролезть, а потом начинаем делать

дорожку на улицу, что в общем-то почти бесполезно, так как к обеду всю ее

занесет. Жители поселка дорожки от домов утаптывают. Тогда ветер сметет с

них лишнее - такие вот маленькие хитрости.

Геологи, отработав свои трудовые договора, уезжают. Отбывают в

длительный северный отпуск, а кое-кто переселяется в другие северные

районы. Собак с собой не берут - безжалостно бросают. Собачки эти как

могут приспосабливаются к жестоким таежным условиям.

Если вы пройдете рано утром по поселку, то увидите множество снежных

холмиков-бугорков, особенно - возле столовой. Это под толстенным снегом

спят собаки. Они вечером роют ямку и укладываются туда теплым мохнатым

калачиком. Сверху их за ночь заносит снегом. А утром, стряхнув с себя

снежинки, стаями бегут к столовой, где их подкармливают остатками пищи.

Очень жаль тех собак разных пород, которых привезли с южных мест и зло

оставили на произвол судьбы. Ведь шерсти на них мало, и поэтому очень

мерзнут. Из жалости таких собак люди берут к себе. И все же многие зимой

погибают.

* * *

Миражи Вечности ХОЛОДНО, ТЕСНО, ТЕМНО

ХОЛОДНО, ТЕСНО, ТЕМНО

Сегодня просыпаюсь рано-рано и чувствую, что лежу на чем-то довольно

твердом. Услышал совсем рядом чужие, приглушенные голоса и решил тихонько

полежать и послушать, в чем дело, что случилось. Правда, почему-то

невозможно поднять веки: придавлены какими-то железками. Не могу даже

разъять слипшихся, тяжеленных ресниц. Перед глазами прыгают радужные

кольца и круги, снопы искр - вдалеке. Совершенно явственна желто-красная

сетка кровеносных сосудов. Горячо пульсируют все более звонкие звуки.

Отчетливо слышу шарканье ног. Женские и детские неостановимые всхлипы.

Тело мое совсем затекло.

Вот суета усилилась, и вдруг весь короб резко подбросили и, неловко

перехватив, с рывками и тряской вынесли на улицу. Тягуче взвыли и

осеклись, а потом медленно вздохнули трубы лабухов. Запахло изломанной и

раздавленной хвоей. Жалко ее - жить бы ей да жить. Земля подо мной поплыла

куда-то назад. Музыка, словно зубная боль, выла и выла, казалось, целую

вечность. Потом движение замедлилось. Сняли с колес. Грохнули на что-то

твердое, но не на землю.

Чувствую, как небо внезапно скрылось. Грохот молотков, и

проникновение ржавых гвоздей. Один согнулся - и тут же зачастила дробь

поспешных и легких ударов. Началась качка: бортовая и килевая. И вот я уже

брошен всеми - как якорь на долгой стоянке. Зашуршала и посыпалась земля.

Комья глины шлепаются все чаще и чаще. Вот среди них прозвучала малая

горстка - словно какнула птичка. И вдруг обрушился "землепад". Благостные

звуки пропали. Щели закрыты для света и воздуха. На последнем полном

вздохе: "Ма-а-а-ма!" Сорвал ногти и голос. Разбил в кровь висок.

Бес-по-лез-но. Все. Холодно, тесно, темно...

*

Заживо похоронен в своей маленькой, но уютной квартире. Ногти

довольно быстро вновь отросли. И голос возник и окреп. На лице появился

вполне добродушный оскал.

Первое время была ветошкой забинтована голова, но это даже помогало

занимать сидячее место в автобусе и в метро. В общем, началась вполне

сносная жизнь среди вас.