Чтение онлайн

– Соляра. Мирай. Как же я виноват перед вами, что не доглядел, не уберег.

Стоя на коленях, он повторял одну и ту же фразу, не сводя глаз с «безумной парочки».

Подошедший дядька Сима и один из наемников, подняли бедолагу под руки, и повели в Пансион. За ними последовал Бирон, за ручку ведя метрессу и хиленького метра. Они шли безропотно, лишь оглядывались и глупо всем улыбались. Черт, как же паршиво на душе. Как же низко должен пасть человек, чтобы мстить своему обидчику через его родных и близких. Стряпчий до конца жизни будет корить себя за недосмотр.

Чуть позднее здесь появятся Высшие, надо попросить феникса осмотреть болезных, ведь должен быть способ вернуть им разум.

Постепенно наступило затишье, подводы ушли. А рабы, сообразив, что никто их не собирается третировать, а наоборот сейчас будут кормить, несмело шли под навес, где уже стоял длинный накрытый стол. Все одновременно поместиться там не могли, и кто мог поесть стоя, брали тарелки, ложки, хлеб и отходили в сторону. Мы присоединились к последним.

Сибилл и я, сидя на крыльце, активно работали ложками. Похлебка закончилась уж как-то очень быстро и Бирон, с улыбкой глядя на нас, передал тарелку с мясом.

Согревшиеся и поевшие люди были готовы узнать о своей дальнейшей судьбе, и управляющий поместьем – дядька Бирон, по-военному коротко и понятно объяснял, кого для какой работы купили, а после начал распределение.

Подлеченные и накормленные наемники, переговорив с ним, отправились на постой в таверну. Я решила, что он сразу снимет рабскую метку и вернет им свободу. Трех травниц с детьми определили на постой в Лавку зелий Пакса. Метрессам предстояло пройти обучение и приобрести навыки торговли. А Паксу и Элии необходимо было к ним присмотреться и определить, подходят они для будущей самостоятельной работы или нет. Хотя думаю, что конкретно эти метрессы сделают все возможное. Им пообещали защиту, бесплатное жилье, обеспечение и работу. Попробуй, найди сразу такие условия для жизни.

А вот Дядюшка с Тетушкой нас немало повеселили. Они подошли к Бирону с вопросом нельзя ли им оставить себе одного повара. Пока они ходили по рынку, эта мысль не пришла им в голову, а вот сейчас задумались. Мясные лавки Дядюшки стали пользоваться популярностью и они вдвоем уже не справлялись с все увеличивающимся объемом продаж. Да и дочь подросла, стала меньше спать и требовала все большего внимания.

И вот тогда Бирон, рассмеявшись, сдал меня с потрохами. Покупка двух поваров была не случайна, один – в поместье, другой – Дядюшке, им только и надо что выбирать из двух имеющихся пар.

В первой паре повар – низкий круглый метр с неисчезающей улыбкой на лице и высокая, строгая, сухопарая метресс, вылитая домоправительница. И, если глядя на метра, тянуло улыбнуться ему в ответ, то глядя на его жену, хотелось сознаться, что только что, совершенно случайно стащил с кухни вкусный пончик.

Вторая пара состояла из повара, крупного громогласного метра и его племянника, юнца лет 13. Племянник как раз постигал основы поварского искусства и уже мог самостоятельно печь кренделя и хлеба.

Свой выбор Дядюшкино семейство остановила на первой паре. Уезжая к себе, они помимо поварского семейства забрали и стряпчего. Его напоили успокаивающим зельем, и сейчас он был ко всему ровен и равнодушен. Оставшихся рабов расселили по комнатам в Пансионе.

Мы под навесом остались вчетвером: Сибилл, Бирон, я и неизвестный маг. Он не спешил уходить, внимательно наблюдая за происходящим вокруг, а я смотрела на него и никак не могла понять, чего меня дернуло его купить. Ведь не просто из-за жалости обратила на него внимание. Его руки все еще оставались неприятного синюшного цвета, и он их постоянно потирал. Я, открыв кошель, достала банку с мазью и протянула ему:

– Нанесите на руки и тщательно вотрите мазь, должно помочь.

– Не поможет, - в летний пристрой, как раз заходил дедушка Салим. – Веревки оказались слишком тонкие, а связали руки туго. Они пережали и нарушили кровотоки, а так же магические каналы. Ему повезло, что его вовремя развязали, и он не остался совсем без рук.

– И что нужно сделать? Как ему помочь?

– Мне надо подумать, - был его ответ.

 Решение дедушка Салим, озвучил вечером. Он пришел в гостиную, где я привычно полулежала на полу в подушках, перед теплящимся камином и в очередной раз перечитывала тетради ведьм. Салим, подтвердил мои опасения, что нашу «безумную парочку» опоили ведьминым зельем, и сейчас я искала ответы на свои вопросы.

– Мариэль, я не смогу помочь купленному магу. Я могу сохранить ему руки, убрать рубцы от веревок, но пользоваться магией в полном объеме, он больше не сможет.

– Печально, он еще совсем молодой.
– Я отодвинула тетради в сторону и посмотрела на феникса. – Может, есть какой-то магический способ?

Мне на самом деле было жалко молодого метра. Знание, что у тебя есть сила и невозможность ей пользоваться, постепенно изъест душу и сведет его с ума. Человек зачерствеет, станет злее, нетерпимее. Кто знает, как будет вести себя маг в таком состоянии.

– Если бы мы были на моей родине, то отвели бы его в «Священную пещеру». Наш жизненный цикл короче, чем у Драконов и Эльфов, Но мы нашли возможность продлевать его и излечивать тело с помощью магического обряда.

Из всего сказанного я уцепилась за словосочетание «излечивать тело». Излечивать тело…

Решение лежало на поверхности, а я его не видела.

– А магическая «возрождающая комната» подойдет?

– Что это такое? Никогда о таком не слышал и не видел.

Естественно, под землю отправились в полном составе: я, Салим, Нара и Тир. А вот вернулась обратно в дом только с Тиром, который за собой в магическом аркане тянул Стряпуху. Мне надо было продолжить просматривать тетради, в надежде найти нужное зелье и вернуть разум парочке, а маленький эльф решил, что один голем нам просто необходим в хозяйстве.

Салим, своей магией зарядив комнату, решил провести эксперимент, и остался в ней на ночь, а Нара задержалась, чтобы присмотреть за фениксом и порыться в старых свитках. Завтра днем в «возрождающую комнату» решено было доставить сонного мага, и будем надеяться, что его магические каналы восстановятся.

Утро началось с хорошей новости.

– Илька, Илька, просыпайся! Сколько можно спать!

– Нафаня… - протянула я сонным голосом, - как же я по тебе соскучилась «маленькое чудовище». Ты ни разу не навестил меня и не прислал «птичку», где ты и чем занят. А я, между прочем, волновалась.

Глаза еще были закрыты, но на лице появилась улыбка.

– Если ты за меня волновалась, значит, ты меня любишь и не прогонишь?

Рассуждения Низшего насторожили, я открыла глаза, внимательно на него посмотрела, а затем поинтересовалась:

– И за какие грехи я должна тебя выгнать?

– Ну, - он закатил свои маленькие глазки и неуверенно пошаркал ножкой, - я недоглядел за Беляшом.

– Угу, это я ужу знаю. Еще?

– Я не отдал тебе письмо от твоего Учителя.

– Давай его сюда, - я протянула руку и в него сразу вложили замызганный, местами порванный конверт. – Еще что-то есть?