Чтение онлайн

Примерно тогда они с Йеннер начали работать над системой безопасности. Йеннер не знала, как реагировать.

Наверное, Вернер тоже это понимал:

— Можешь просто сказать, что я охрененный.

Наверное, главная героиня мелодрамы в такой ситуации долго бы отнекивалась, а потом приняла подарок со слезами на глазах. Но Йеннер в тот момент больше волновали маячившие на горизонте элементы хоррора:

— Я хочу, чтобы вы использовали этот щит сами. Хотя бы пока я не разберусь с Фелиз.

Вернер не удивился, просто пожал плечами, словно давно уже для себя все решил:

— Я сделал его для тебя. Так что или ты его надеваешь, или я его выкидываю.

Возможно, будь на ее месте героиня мелодрамы, она стала бы уговаривать. Просить и объясняться.

— Если вы откажетесь использовать щит, я суну вас в автономную спасательную капсулу и запру ее в изоляторе. Так вы точно будете в безопасности.

Этого Вернер не ожидал. Он почему-то всегда думал о Йеннер лучше, чем на самом деле:

— Какого хрена? Это вообще-то злоупотребление властью.

— У меня дипломатическая неприкосновенность.

Всплеск раздражения симбионт почувствовал даже сквозь энерго-скафандр.

— Сейчас ты действительно меня бесишь.

— Могли бы уже и привыкнуть, — Йеннер подошла ближе. Знала, что не стоило этого делать, и все же не сдержалась. И, наверное, впервые она позволила себе говорить так откровенно. — Верьте или нет, но вы стали мне очень дороги. Очень для меня важны. Я за вас боюсь, и этот страх намного опаснее Фелиз и всего, что она может сделать. Если вам хоть немного не все равно, вы используете щит.

Вернер сделал шаг вперед, и они оказались почти вплотную друг к другу. На таком расстоянии отчетливо ощущалось, насколько он все-таки выше:

— Знаешь, что меня бесит больше всего? То, что после всего дерьма, которое было, за все эти месяцы ты ни разу не попыталась нормально со мной поговорить. Объяснить, в чем твоя проблема и какого хрена с тобой происходит. И вот теперь, когда ты месяц присылала мне сраные схемы и диаграммы, я должен стоять и слушать, как я тебе охрененно дорог. За этот месяц я не получил от тебя даже вонючего «извини».

— Сейчас действительно не время для этого разговора.

— Конечно, не время. Было бы время, ты бы не пришла. Ты и дальше пряталась бы от меня по углам и накручивала бы себя. И я получал бы только твои ценные указания, где устанавливать плазмопушки. Так что возьми сраный щит. И когда ты закончишь с этой своей подружкой, приходи ко мне поговорить.

Он взял руку Йеннер и насильно вложил в нее треугольник щита.

Скорее всего, она действительно отправила бы Вернера в капсулу. Потому что не умела по-человечески, и хотела, чтобы он выжил.

Она просто не успела это сделать.

Прогремел взрыв, и станцию тряхнуло.

***

В тот первый момент, когда отключилась искусственная гравитация, и Йеннер бросило вперед, она подумала, что — все. Что Фелиз решила просто взорвать станцию целиком, и что вот именно это — смерть. Глупая и абсолютно нелепая. Что спасутся все — все, кого она предупредила, и что умрет только Йеннер, потому что она безответственная дура, которая не успела активировать собственный энерго-скафандр.

Головная плеть рванулась в сторону словно сама по себе, впилась острым наконечником имплантата в пол, стабилизируя. И Йеннер нажала на браслете энерго-скафандра кнопку активации.

Энергетическое поле окутало фигуру теплом и автономной атмосферой, глаза защипало, как всегда при активации, а потом гравитация на станции включилась снова.

Йеннер снова почувствовала вес своего тела, едва успела перехватить Вернера плетью, затормозив падение.

В воздухе зажглись виртуальные экраны аварийной системы.

Йеннер успела заметить «взрыв в шлюзовом отсеке», предупреждающие сообщения и «несанкционированный доступ».

Она активировала окно оповещения, как только почувствовала пол под ногами:

— Внимание персоналу! Внимание всему персоналу! Говорит наблюдатель Йеннер. На станции аварийная ситуация. Протокол безопасности два-ноль. Повторяю, протокол безопасности два-ноль.

Поставив запись сообщение на повтор — протокол безопасности два-ноль обязывал сотрудников собраться в главной технической зоне: рядом с сердцем станции, в самом безопасном отсеке и неподалеку от аварийных челноков — Йеннер активировала схему станции.

— Эй, — Вернер окликнул ее и указал на собственный виртуальный экран. — Они здесь.

На схеме трехмерными голограммами летели уменьшенные проекции боевых беспилотников. Хотела бы Йеннер знать, где Фелиз их достала.

Точка для первичной атаки казалась странной — слишком удачной. Взрыв случился в секторе, в котором еще не были установлены модули новой системы безопасности.

— Она знает слабые места станции, — сказала Йеннер, отслеживая маршрут беспилотников.

— Херня, — Вернер приблизил проекцию к себе. — Просто без вариантов. Только три человека знают.

— Безопаснее думать, что теперь четыре.

Йеннер включила сканирование, пытаясь обнаружить сигнал самой Фелиз, и не смогла.

Обычно сканер неплохо справлялся с определением если не посторонних на станции, то хотя бы боевых симбиотиков.

Или Фелиз не появилась на RG-18, или нашла способ скрыть собственный сигнал, или — что было значительно хуже — смогла вмешаться в систему слежения напрямую. Тем не менее, откуда-то же она должна была управлять своими беспилотниками.

— Сможете отследить, откуда идет управляющий сигнал? — спросила Йеннер.

— Я механик, а не компьютерщик. Мой максимум это «горячо-холодно» да и то, если ты поймаешь беспилотник, и он останется в рабочем состоянии.

Йеннер попыталась отправить запрос в службу компьютерного обеспечения станции, но запрос даже не прошел, как будто конечная точка связи оказалась недоступна.

— Поняла. Значит, будем искать «горячо-холодно».

— Ты всерьез?

— А у меня есть выбор?

Йеннер пошла к двери в техблок, на ходу активируя части системы безопасности и блокируя те зоны станции, которые все еще могла защитить.