Миром правит любовь
Шрифт:
Смех Ангелины Маккензи Гиффорд смешивался со смехом ее обожаемого мужа Гиффа; она уютно прислонилась к нему спиной. Он поцеловал ее в макушку и обнял покрепче.
Элизабет Маккензи Кэррингтон покраснела от удовольствия, когда ее муж Джейк перестал смеяться и наклонился, чтобы прошептать ей что-то на ухо.
Хлопая в ладоши и свистя, Джош закричал:
– В добрый путь, братец! – Он подмигнул младшему кузену Коулу, потом обнял за талию Эмили и прижал ее к себе.
Коул Маккензи добавил свой свист и аплодисменты к общему хору и обнял кузину Китти.
Визжа от восторга, Кейт, Мелани, Обри и Андреа обняли друг друга. Каждая из них надеялась, что когда-нибудь настанет и их день и им тоже суждено пережить такой же счастливый момент.
Эверетт Биллингс смахнул с глаз сентиментальную слезу, потом беспокойно посмотрел на часы и выразил надежду, что церемония скоро закончится, не то бифштексы будут безнадежно испорчены.
Зак с обожанием посмотрел на любимую женщину, которую все еще держал на руках.
– Теперь ты видишь, куда ты попала, Роуз?
Роуз, блестя глазами от счастья, прошептала ему в ответ:
– Я люблю тебя, дорогой. – И, вслушиваясь в звуки ликования, наполнявших зал, добавила: – И всех Маккензи я тоже люблю.
Она посмотрела в любящие глаза человека, которого так любила.
– Всех до единого.
Эпилог
Легенда гласит, что в августе 1892 года всю ночь напролет улицы городка звенели счастливым смехом – когда в Брим-стоун пришли Маккензи.