Миррек. Навстречу судьбе
Шрифт:
«Бред какой-то! – думал Миррек. – Этого не может быть или может? Да нет! – отмахнулся про себя юноша. – Я таких заклинаний сроду не знаю. Скорее всего – это было задумано Лианель. Она мастер по магическим штукам».
Дальнейшее прохождение не вызвало у Миррэка никаких сложностей и вскоре он оказался на финише.
– Да-а, неделя безделья и все признаки на лицо! – скрестив руки на груди, встретил Миррэка Крэк. – Я уже думал, что состарюсь тут, ожидая тебя.
– А нечего было трухлявые мосты над обрывами ставить, а если бы я вовремя не увидел и что…? – не довольно буркнул Миррэк.
– Всё-таки была права Лианель, не надо тебе ещё вставать, а то вон какой бред несёшь, мосты гнилые… Я ещё из ума не выжил, чтобы не видимые ловушки с твоей подготовкой ставить.
– Как не ставил? – удивлённо воскликнул Миррэк. – Я же сам видел, что с виду обычный мост, а на самом деле труха и если бы я не перелетел…
– Перелетел? – удивлённо вздёрнул брови Крэк. – Парень, да тебе совсем не хорошо, иди-ка ты, полежи.
– Да, что ты меня за сумасшедшего держишь! – возмутился юноша. – Иди и проверь, если мне не веришь.
Крэк с сомнением покосился на Миррэка, но всё же решил проверить. Придя на то место, он увидел обычную ловушку, которую сам готовил, но включив внутренне зрение, благодаря Лианель, он смог развить в себе эту способность, увидел, что мост действительно гнилой.
« Не может этого быть, я же сам всё утром проверил! Но, как Миррэк мог его увидеть. Его же никто не обучал внутреннему зрению. И как он мог перелететь мост? Бред какой-то, – думал Крэк. – Надо его получше обо всём расспросить».
Вернувшись к Миррэку, Крэк застал его за необычным занятием. Парень с интересом рассматривал муравейник.
– Миррэк, с тобой всё в порядке? – настороженно спросил кентавр.
Но Миррэк не ответил, его внимание было полностью приковано к муравейнику.
«Права была всё-таки Лианель, что нельзя ему ещё с кровати вставать», – про себя подумал Крэк.
– Да всё со мной в порядке, – наконец подал голос Миррэк. – И Лианель, не права, так что не переживай, – отмахнулся юноша.
Кентавр удивлённо уставился на парня:
– Я ничего не говорил про Лианель.
– Как ни говорил? – отвлёкся от своего занятия Миррэк. – Только, что сказал, что права была Лианель и мне не надо вставать.
– Я это не говорил, – снова повторил Крэк и добавил. – Я об этом подумал…
С минуту оба молча смотрели друг на друга, а потом, не говоря ни слова, повернулись в сторону дома. Если кто и мог разобраться, в чём дело, так это Лианель.
Они застали её на кухне за приготовлением обеда. Увидев их, она хотела было отчитать Крэка, за то, что он поднял Миррэка с постели, но посмотрев на их лица, поняла, что произошло, что-то серьёзное.
– Что уже случилось? – настороженно спросила Лианель.
– Да много чего, не знаю даже с чего начать, – растерянно проговорил Миррэк.
– Начинай по порядку, с тренировки, – посоветовал Крэк.
Миррек начал подробно описывать утренние события. А Лианель слушая, всё больше мрачнела.
– …Но Крэк сказал, что не говорил этого вслух, а подумал только, вот. Поэтому мы решили спросить тебя, что это значит, – закончил свой рассказ Миррэк и добавил. – Я что схожу с ума?
Лианель ещё несколько минут сидела молча, а потом тихо сказала:
– Нет, милый, ты не сходишь с ума, – и, посмотрев на Крэка, добавила.– Пророчество начинает сбываться.
– Не может быть?! Лианель, ты уверенна?
– Да, Крэк, уверенна, – как-то устало ответила эльфийка.
Юноша растерянно смотрел то на Крэка, то на Лианель. Он никак не мог понять, как сегодняшние события могут быть связанны с пророчеством.
– Пора тебе всё узнать, – положив руку на плечо юноши, сказал Крэк.
Лианель отвернувшись тихо заплакала. Миррэк даже растерялся и не сразу подошёл к ней, чтобы успокоить. Он ни разу не видел, чтобы Лианель плакала. Кажущаяся с виду хрупкой и беспомощной, эльфийка на самом деле имела очень твёрдый характер, и довести её до слёз было крайне трудно. Поэтому Миррэк растерялся и не сразу сообразил, что нужно делать.
– Иди сюда, – позвала его сама Лианель.
Миррэк послушно подошёл к ней и оказался у неё в объятиях, таких нежных и тёплых. Так обнимает мать сына, провожая его куда-то далеко, отдавая с собой всю свою материнскую любовь, чтобы она защищала и оберегала во время трудностей.
– Тебе выпала очень тяжёлая судьба, Миррэк, – заговорила Лианель. – Я знала это с самого начала, но не хотела в это верить. Но ты должен совсем справиться, ты просто обязан. От тебя сейчас зависит очень многое. Твои способности пробудились и мы постараемся тебя обучить как ими пользоваться, надеюсь, мы успеем, – эти слова уже обращались к Крэку.
– Надеюсь, – вздохнул кентавр.
Да, что происходит?! Какие способности, какая судьба?! – не выдержал Миррэк. У него в голове не укладывалось, что может зависеть от неопытного мальчишки. Ему ведь всего восемнадцать!
– Я всё понимаю, тебе сейчас нелегко всё осознать, – ответила Лианель. – Пошли в библиотеку, я тебе расскажу всё с самого начала, теперь от тебя нечего скрывать.
Все трое отправились в библиотеку, саму большую комнату дома. По большей степени там были рукописи, очень древние, на непонятных для Миррэка языках.
Когда они пришли, Лианель достала с полки одну из таких рукописей и открыла. Как ни странно, но Миррэк понимал, что там написано.
– Вот здесь записано пророчество, которому две тысячи лет, – начала рассказ Лианель. В те времена, устав от глупых и жестоких обычаев своей расы, эльфийская пара сбежала от своего народа. Они долго скитались, ища место, где могли бы жить счастливо. И они его нашли – это было чудесное место, в отдалении ото всех, с прекрасной природой. Они думали, что будут здесь жить вдвоём, но со временем к ним стали приходить другие «отвергнутые». Так появилась Элида. С каждым годом она становилась всё многочисленнее. Поначалу «двери» Элиды были открыты для всех и это чуть не погубило её. В неё проникли эльфы, которые хотели лишь одного – власти. И началась война. Многие погибли, ведь эльфы считаются самыми сильными магами. Основатели Элиды, Эл и Ида, отсюда и название, ценою собственных жизней защитили её. Эл пал в бою, а Ида наложила заклинание, чтобы Элиду мог найти только достойный. Но заклинание не далось просто так, оно забрало всю молодость, превратив прекрасную эльфийку в отвратительную старуху. Умереть она не могла – это было тоже ценой заклятия, но и жить дальше без своего любимого и с ужасной внешностью Ида тоже не смогла. И когда на следующий день, после битвы, идийцы пришли к их дому, то не нашли её. Только рукопись с пророчеством одиноко лежала на столе. Вот она, – Лианель показала на свиток и продолжила. – В нём говорится, что родится ребёнок не от любви великой. Будет он любим матерью и ненавистен отцу. И захочет отец избавиться от него, но защитит его материнская любовь. Получит ребёнок знания боя от кентавра, а мудрость и магию от эльфийки. И когда придёт время защитит всех от огромного зла, но если не справится, то великий хаос накроет землю и не спасти её ни кому. – Лианель закончила читать и посмотрела на Миррэка.
– И при чём здесь я? – удивлённо спросил парень.
– Лианель, ты точно уверенна, что наш парень из пророчества, а то с такой соображалкой хаос наступит быстрее, чем мы думали?! – иронично сказал Крэк.
– Крэк, успокойся, дай ему прийти в себя, – с укором ответила Лианель. – Тебе бы такое сказали, ты, что сразу бы схватился за меч и побежал спасать мир?
Кентавр лишь пожал плечами и прислонился к стене.
– Нет, Вы не понимаете, – не обратив внимание на слова Крэка, продолжил Миррэк, – это не могу быть я. В пророчестве сказано, что ребёнок не нужен отцу, а вы мне говорили, что не знаете кто мои родители.