Миры Бима Пайпера. Маленький Пушистик
Шрифт:
— Мистер Грего, что вы будете с ним делать? — спросил полицейский.
Грего кивнул на пушистика:
— Я ничего не собираюсь с ним делать. Но посмотрите: он доверяет мне. Он думает, что я никому не дам его в обиду. Это налагает на меня определенные обязательства. Я никогда не подводил друзей и не обманывал их доверия. И будь я проклят, если сделаю это сейчас.
— Вы хотите сказать, что оставите его у себя? — спросила Мира. — После всего, что он натворил?
— Малыш сделал это без злого умысла. Он просто составил из огоньков красивый узор. Держу пари, что пушистик гордится своей работой. И он не стал бы трогать кнопки пульта, если бы знал, что это доставит нам неприятности.
— Сейчас сюда придет доктор Маллин. Он будет разочарован.
— Ничего не поделаешь. Пусть радуется, что сможет изучать пушистика в моей квартире. Свяжитесь с начальником строительной бригады и главным дизайнером. Скажите им, что я хочу поселить пушистика в саду на моей террасе. Пусть они поднимутся ко мне и придумают какой-нибудь проект. Строительство должно начаться немедленно. Передайте им, что я назначаю двойную оплату за каждый час сверхурочных работ.
Пушистик больше не боялся. Папа Вик заботился о нем. И все другие Большие слушались Папу Вика. Они не смели обижать малыша и гоняться за ним.
— Позвоните Трегаскису на завод электронного оборудования. Спросите, почему он задерживает партию ультразвуковых приемников, которые я заказал. Да, и мне нужен человек, который присматривал бы за малышом. Сандра, вы не будете возражать, если я переведу вас на другую работу? Нет? Тогда назначаю вас главной воспитательницей пушистика. Приступайте к своим обязанностям немедленно. С этого утра ваш оклад увеличивается на десять процентов.
Сандра радостно захлопала в ладоши:
— Мне это по душе, мистер Грего. Как его зовут?
— Как зовут? Я еще не придумал для него имени. У вас есть какие-нибудь предложения?
— У меня их несколько, — вмешалась разъяренная Мира.
— Назовите его Алмазом, — предложил Джо Верджанно, выглянув из-за двери вычислительного зала.
— Потому что он такой маленький и милый? Хорошее имя. А может, не будем стесняться и назовем его Солнечником?
— Нет. Я предлагаю назвать его Алмазом в честь маленькой собачки сэра Исаака Ньютона, — сказал Верджанно. — Именно она уничтожила рукопись, которую сэр Исаак подготовил для отправки издателю. Работа посвящалась новым областям математики. Она была написана пером и, конечно же, без всяких копирок. Алмаз сбросил рукопись на пол и разорвал на клочки, чем погубил трехмесячный труд своего хозяина. Увидев это, сэр Ньютон Посадил собачку к себе на колени и сказал: «Ах, Алмаз, мой бедный Алмаз! Тебе и невдомек, какое зло ты сотворил!»
— Хорошая история, Джо. Время от времени я буду напоминать себе о ней. Ну что, Алмаз? Надеюсь, ты окажешься умнее этой собачки?
Глава 7
Джек Холлоуэй откинулся на спинку кресла, положил одну ногу на угол стола, а другой уперся в приоткрытый ящик тумбочки. Работать в кабинете было удобно и приятно, тем более что теперь его избушка снова использовалась только как жилье. Широкие двери на торцах сборного домика были открыты, и легкий ветерок дарил прохладу, унося с собой дым трубки. Большая часть новых построек была завершена, и снаружи уже не доносилось такого шума, как прежде. Он даже слышал далекие хлопки одиночных выстрелов. Это шли учебные стрельбы рекрутов национальной полиции. Лант говорил, что им прислали восемнадцать новичков.
В сотне ярдов от него, на другом конце бунгало, находился полицейский пост. Сержант Юримицу следил за мониторами, на которых мелькали лесные массивы и поросшие травой холмы. Передача велась с двух аэромоби-лей, ушедших на патрулирование. Лейтенант Ахмед Хадра и сержант Кнаббер снимали отпечатки пальцев у двух пушистиков, появившихся в лагере час назад. Маленький Пушистик, опершись на свою лопатку, со скукой наблюдал за этой процедурой. Ему уже надоело смотреть одно и то же, и он предпочитал оставаться в середине комнаты, где располагалось несколько незанятых столов и бездействующих машин. Через несколько дней сюда должно было прибыть пополнение, и пушистик знал, что тогда ему больше не придется околачиваться здесь и приводить новичков к Большим. Он будет гулять со своими друзьями и играть с ними в начальника, как это полагалось помощнику уполномоченного.
К настоящему времени вопрос о размещении пушистиков был фактически решен. По распоряжению Бена Рейнсфорда весь район от Малого Черноводья и до Восточной Змеиной развилки считался заповедным, и людям запрещалось создавать здесь свои поселения. Отныне эта территория принадлежала пушистикам, и только им. Но захотят ли они остаться здесь?
Недавно в лагерь приехали Герд и Рут ван Рибеки, Панчо Айбарра и молодая Линн Эндрюс. Они уже начали свои исследования, и, судя по всему, дело двинулось вперед.
Маленький пресс натужно загудел и дважды звякнул, проставляя номера на дисках для вновь прибывших аборигенов. Хадра взял цепочки с дисками и, присев на корточки, надел их на шеи пушистиков.
— Эй, Ахмед? — крикнул ему Джек. — Какие идут номера?
— Пятьдесят восьмой и пятьдесят девятый, — ответил Хадра. — Но у нас на три пушистика меньше. Я имею в виду двух рейнсфордских и Златовласку.
Бедная Златовласка! Как бы она обрадовалась, получив такой диск. А как она была счастлива, когда Рут подарила ей маленький колокольчик… незадолго до того, как ее убили.
Итак, здесь собралось уже пятьдесят шесть пушистиков. Целое поселение.
Услышав длинный гудок, Джек опустил ноги на пол, повернулся и включил видеофон. На экране появилось лицо губернатора. Бен Рейнсфорд был чем-то разгневан. Его рыжие бакенбарды торчали дыбом, словно от электрического разряда, а голубые глаза едва не метали молнии.
— Джек! — вскричал он, задыхаясь от негодования. — Я узнал, что компания «Заратуштра» удерживает в своем здании какого-то пушистика. Этот мерзавец Грего имел наглость обратиться через Лесли Кумбса к судье Пендарвису и выразил желание стать опекуном пушистика.
Новость слегка удивила Джека. В недалеком прошлом Грего был на вражеской стороне и не причислял себя к друзьям пушистиков.
— А ты выяснил, где он его взял? Рейнсфорд зашипел от ярости и сказал:
— Этот тип утверждает, что нашел его позапрошлой ночью у себя в квартире. На крыше небоскреба, представляешь? Даже нормальной истории придумать не мог! Неужели он принимает нас за идиотов?
— Да, — согласился Джек, — довольно странное место для пушистика. Так ты считаешь, что это один из тех малышей, которых они отловили для опытов Маллина? Хм-м. Но Рут говорила, что пушистиков было только четверо и их выпустили на свободу в ту ночь, когда стало известно о деле Лолиты Ларкин.
— Я не знаю, что это за пушистик. Знаю только то, что мне рассказал Гас Браннард. Ему эту историю передала секретарша Пендарвиса, а та услышала ее от судьи — после того, как Пендарвису рассказал обо всем Лесли Кумбс.
Объяснения губернатора напоминали стремительную карусель, но Джек уже привык к его манере изложения.
— Гас сказал, что Кумбс заявил, будто Грего не знает, каким образом пушистик попал в здание Компании. Чистейшая ложь! Апогей беспардонной лжи!
— А что, если это правда? Виктор Грего не стал бы лгать своему адвокату, а тот слишком умен, чтобы дезинформировать главного судью. Суды ведь тем и забавны, что всегда требуют подтверждения. А после того что случилось с Маллином, вряд ли кто захочет лгать, сидя в свидетельском кресле.