Чтение онлайн

И скорчив страшную рожу лица, высунула язык, дразня меня! – Фуф! Простила?… – я в надежде, глянул на неё, а она, утирая лицо от недавних слез, уже будничным голосом поведала – Ты прав, мужики хотели тебя допросить насчет меха и золота, что разболтал этот идиот, сосед наш…Они… это, тебя бояться стали, уж больно ты бандитов безжалостно кончил?!

– Так уж и боятся? – недоверчиво протянул я и покосился на её лицо…

Она, подтверждая сказанное слово, кивнула своей огненно – рыжей головой и лицом, что сейчас горело веснушками от жара костра.

– А ты? – тут же спросил я, внимательно глядя на неё – Я? Я тебя нисколечко не боюсь, вот! Я всякого тебя видела и спящего и говорящего…Злого и доброго! Когда ты смеешься, у тебя лицо такое доброе, я же со стороны вижу, у тебя доброе сердце!

И от одного её внимательного взгляда, моё сердце готово было радостно выпрыгнуть из груди в костер, чтобы тут же зажариться до красной корочки…А потом…А потом я его спокойно отдал бы ей, той, что тронула моё мальчишеское сердце! И у между нами повисла какая – то неловкая тишина…

– Валька!…Ты где убежала, шалава…– разнеслось над рекой – её искать из дома кинулись.

– Я, это, побегу, вон Санька, старшой братуха мой искать пошел, видать мать отправила искать!? Прошевай, Руся! – и она, словно истинная харза, вскочила и мгновенно исчезла между кустов, будто её и не было вовсе?

– Мда…ну и самка у тебя заполошная, Руссё? – негромко рыкнул амба, проявляя свою полосатую морду, с нацепленной на неё довольной собой едкой ухмылкой…– Вся в тебя! У вас хороший будет помёт!

– Что? У тебя с ней какие – то проблемы? – нахохлился я, не поднимая взгляда от языков огня, что сейчас активно пожирали сухостой в костре…

– Она не моя самка, так что проблемы у тебя будут вскорости, мой друг! Она быстро растет, как и все самки твоего рода и если ты не пошевелишься, она скоро и не по своей воле уйдет к другому самцу, и это всё, что я хотел тебе сказать! – и сверкнув в темноте отблесками костра, тигр исчез в кустах, а я остался снова лежать на своей оленьей шкурой один…Опять – один!?…

– Черт, вот так не везет, так не везет! – фыркнул я, обессилено откинувшись и уставился на чернильный небосвод, мельком замечая только яркие фонарики звезд, что шаловливо сверкали над моим импровизированным «домом».

Не сильный парок, вырывавшийся из моего рта, улетал стремительно вверх и там таял…А я грустно вспоминал мою Харзу…Мою харзу?! Ой, так ли, парень? – одернул я сам себя, но уснуть так и не смог – меня грызла жуткая досада, что я не увижу пока мою Харзу?

Стоит закрыть глаза, как перед внутренним взором встает её разгоряченное лицо…её милые моему сердцу, веснушки…завитки роскошной, медвяно – золотой шевелюры!? А самое главное – у неё интересный, завораживающий взгляд черных, бездонных глаз! Что сводит меня с ума?…

– Боги, как всё тяжело с этими самками!? – сомнение, которое заронил в мою душу и сердце пакостный Амба, съедало меня поедом!

И я таким макаром провалялся всю ночь, ёрзая с бока на бок! Сна не было, хоть глаз коли!?

– Да что же за напасть такая! – в сердцах вскрикнул я, сжав руками голову и чуть не родил слоника!

– Не успела я уйти, как он тут какую – то напасть накликал? Давай, колись, о чем или о ком речь? – и в прогал ветвей кустарника всунулась её рыжая шевелюра и как всегда, задорно горящие горными самоцветами, глаза…

А я так и не отошел от неожиданности и выдал на автомате – Ты напасть моя и есть, Харза!

Она остолбенела – Я что – то плохо сделала, Русё? – мне показалось, что она сейчас разревется!?

– Прости меня, дурака… – и я протянул руку, чтобы дотронуться до неё, но она…замерев на мгновение, словно дикая и своенравная куница, неожиданно закрыла глаза и сама схватила меня!

Спустя несколько минут, пока мы застыли напротив друга друга, она приоткрыла свои глаза и глядя на меня сквозь полуприкрытые веки, прошептала – Ты мой, Руся! Только мой…мой Леший, мой амба! – и она сказала это с таким придыханием, чо меня продрал дикий озноб!

Прошептав так милые и радующие моё сердце слова, она сама притянулась ко мне и неловко обхватила меня, упала сверху на мою шкуру…

– Харзушка моя! Моё сердынько… – иступлено шептал я, покрывая неумелыми и торопливыми поцелуями мокрое от слез счастья её лицо…

Напомню, ей – около шестнадцати лет, а мне – семнадцать…Надо вам напоминать, что бывает, когда встречаются два искренне любящих сердца в первый, самый интимный момент? То самое…И ушла Харза от меня только в заполночь.

Долго стояли на берегу реки и держались за руки, всё не могли расстаться! Но и быть вместе – тоже не могли?! Сословный запрет меж нами, как непреодолимая бетонная стена…

Когда она, потупив взор, села в лодку, я оттолкнул её…стремнина подхватила её и понесла, и она чуть только шевелила веслами, направляя лодку на тот берег. Она смотрела , не отрываясь на меня, омертвелыми очами, будто прощалась навсегда?…

Я метался в своем логове, как загнанный тигр, меня рвала на части тоска, предчувствие какой – то беды, что должна была случиться с моей Харзой…И вдруг, до моего слуха донесся отголосок полузадушенного девичьего крика – Рус…

Я, в порыве тоски вскочил и ответил волчьим воем! Диким, пробирающим до костей от страха… настоящим голосом волка, вызывающего врага на смертный бой! И тут случилось чудо – мне ответили! Та самая волчья Стая, что помогла мне в разборках с жителями поселения в самом начале моей эпопеи жития на Утесе…

Я схватил свою винтовку и вскинув, не целясь, выстрелил в сторону поселения, следом улетел мой крик – Она моя, кто тронет хоть пальцем, умрет!

А следом тишину реки разорвал адски громкий и отчаянный рык моего тигра – Брат, я с тобой!

Поселение замерло…они просто никогда не слышали вопль отчаяния и сердечной боли Лешего и его брата! И я стремглав слетел с Утеса, вплавь кинулся в ледяную реку…

Тело горело огнем, я просто в состоянии адреналинового шторма тупо не чуял мертвецкого холода! А за мной фыркал и рычал мой брат…Амба! Через считанные минуты я оказался на берегу и встряхнувшись как настоящий лютоволк, подхватился в сторону подворья кузнеца! Весь мир для меня умер! В сердце отчаянно билась только одна мысль – Только бы она была жива и ничего не сделала с собой!?

Вот в таком растрепанном виде я влетел в подворье кузнеца и мне были похер его громадные волкодавы, которых боялись всем поселком! С винтовкой наперевес, я остановился у крыльца, рыча, смотря налитыми кровью глазами – Отдай мне мою Харзу, кузнец! Иначе между нами будет кровь! Она моя, пред богами и вами, людьми!

Но тот рассмеялся, словно прокаркал старый, древний ворон – Ты опоздал, леший! Я отдал её в факторию за смотрителя! Она такая же зверюга, как и ты! Но ничего, батоги усмирят кого надо… – и он презрительно сплюнул мне под ноги!