Чтение онлайн

— Я не хочу умирать… — тихо, одними губами прошептала она, пугаясь шелестящего звука собственного шепота. Человеческая речь прозвучала как нечто чуждое, неправдоподобное…

Не в силах дольше выносить мысленный диалог с собственным подсознанием, Эллис, превозмогая слабость, достала из шкафа белоснежный скафандр и принялась натягивать на себя герметичную оболочку.

Действие неоксандрина уже практически закончилось, и ее движения стали вялыми. Телу, которое пролежало бог знает сколько лет в камере низкотемпературного сна, не хватало мышечной энергии. Вскоре каждую мышцу Эллис буквально ломило от усталости, но она упорно, стиснув зубы, продолжала натягивать экипировку для выхода в космос.

Иного шанса выжить она не видела.

… Спиральный коридор плавно изгибался, уходя вниз. Эллис в белоснежном скафандре, задыхаясь от перенапряжения, медленно шла под уклон, следуя изгибу стены.

— ЭКаМ, ты меня слышишь? — хрипло спросила она, чтобы не сосредотачиваться на физических усилиях. Прежде чем покинуть ходовую рубку, она ввела бортовой компьютер «Антея» в режим речевых команд.

— Да, Эллис, — ответил мягкий, одушевленный скорее ее сознанием, чем программами голос. — Я держу канал связи открытым. Жду твоих команд.

Она прошла мимо горстки праха, оставшейся от Алексея Романова, миновала уровень крионических залов и углубилась в кормовую часть «Антея».

— Где остальные тела погибших? — прерывающимся от частого и неравномерного дыхания голосом спросила Эллис.

— В холодильной камере медицинского модуля, — ответил ЭКаМ. — Бортовые механизмы, уцелевшие после катастрофы, перенесли их туда.

— А сколько человек находилось в анабиозе? — Эллис остановилась, придерживаясь рукой за стену.

— Сорок, — лаконично поведал ЭКаМ и тут же пояснил:

— В большинстве камер в результате аварии было нарушено энергоснабжение. Я не смог восстановить контроль до того, как истощились автономные источники питания камер. Процесс анабиоза вышел из-под контроля автоматики. Люди погибли.

После этого скупого и точно сформулированного ответа ей стоило неимоверного труда сделать первый шаг и возобновить свой спуск вдоль закругляющейся стены спирального коридора.

«Случайность… — горько думала Эллис. — Ведь могли уцелеть все… или любой из сорока спящих. А выжила я…»

— ЭКаМ, почему ты не разбудил меня сразу после аварии? — спросила она, чтобы не думать о погибших.

— Я ждал благоприятных условий для пробуждения, — ответил голос кибермозга.

— Объясни, — потребовала Эллис. — Что ты понимаешь под термином «благоприятные условия»? — Ей приходилось напрягаться, чтобы верно формулировать вопрос, используя понятные ЭКаМу слова и словоформы, иначе бортовой компьютер не смог бы ответить. Вот и сейчас возникла небольшая, по меркам человека, но длительная с точки зрения машины пауза, пока ЭКаМ анализировал ее вопрос.

— Я не мог обеспечить управления кораблем в той области аномального пространства, куда попал «Антей» после взрыва, — наконец ответил компьютер. — Все системы контроля вышли из строя. Они не могут адекватно функционировать в аномалии. — ЭКаМ использовал введенные в его память человеческие термины, отчего его речь казалась Эллис одушевленной. Хотя разумом она понимала, что это не так.

— А сейчас? — спросила она. — Условия изменились?

— Да. Твое пробуждение обосновано критическим падением уровня энергии. Но цель полета близка. По косвенным данным, я могу судить, что «Антей» вошел в зону притяжения планетарных масс.

— Цель полета? Проксима?! — Эллис остолбенела от такого откровения, но секунду спустя ЭКаМ поверг ее в еще больший шок.

— Солнечная система, — ответил компьютер. — Пока работал блок локации, я сориентировал «Антей» для возвращения на Землю.

Эллис показалось, что она ослышалась.

«Земля?! — это родное, теплое, желанное слово пролилось, словно бальзам, на ее воспаленное сознание. — Но если это Солнечная система, то почему меня еще не вытащили отсюда?!» — тут же с растерянностью подумала она.

— Ты уверен в своих расчетах, ЭКаМ?

— Вероятность того, что «Антей» находится в границах Солнечной системы, — семьдесят три процента. Точнее я утверждать не могу, так как системы локации вышли из строя три года назад.

Эллис не знала, что и думать. Радоваться ей, надеяться или же нет?

«Ответ там… — вдруг подумала она, ускоряя шаг. — Сейчас я все увижу собственными глазами…»

Нижние витки спирального коридора отделяла аварийная переборка со шлюзом.

ЭКаМ по приказу Эллис открыл люк, и она оказалась в тесном переходном тамбуре.

Дождавшись, пока насосы откачают воздух и в камере вспыхнет красный предупреждающий свет, она взялась за рукоять наружного люка и отвела ее в положение «открыто».

Эту часть корабля Эллис помнила смутно — реакторные отсеки не относились к ее компетенции, но по вызубренной в период предполетной подготовки схеме она представляла, что коридор должен продолжаться еще на несколько сот метров…

Ступив за порог открывшегося люка, она остановилась.

Впереди ее ждал десяток метров покореженного и деформированного тоннеля, который обрывался испещренной точками звезд бездной.

Кормовой части корабля попросту не существовало.

Несколько минут она стояла подле люка, унимая пробегающую вдоль позвоночника дрожь. Вид звездной бездны и странные, красноватые блики, змеившиеся по полу и стенам изуродованного коридора, подействовали на Эллис самым негативным образом — к естественной слабости и не прекращающейся дурноте вдруг добавился острый приступ агрофобии.

Ей потребовалось время, чтобы совладать с разыгравшимися эмоциями. Наконец, немного отдышавшись, она отстегнула от пояса скафандра конец длинного и прочного фала. Закрепив его за оплавленную скобу подле люка, Эллис с замиранием сердца сделала первый шаг навстречу расстрелянной искрами далеких звезд бездне.

Открывшаяся ей панорама разрушений заставила ее содрогнуться, но еще более странной, страшной и впечатляющей оказалась картина окрестного космоса.

«Антей» действительно находился в границах звездной системы, но Эллис с первого взгляда определила, что распухшая, кроваво-красная звезда никак не может быть родным и уютным Солнцем.