Чтение онлайн

Его рука остановилась на моей груди, немного оголила её, а затем требовательно сжала. Я пискнула от неожиданности и попыталась снять этот до жути удобный, но именно сейчас, ненужный пиджак.

И именно в этот момент раздалось лёгкое, совершенно неуместное тявканье.

Мы замерли почти одновременно.

Светлый отлип от моих губ и резко перевёл взгляд в сторону двери. Я тоже повернула голову и увидела пушистый комок счастья. Такой маленький и до жути милый. С красивеньким розовым бантиком на шее и белыми ботиночками на всех четырёх лапках. Он осторожно, с легким любопытством и смущением присел прямо у двери Его Светлости. Мне казалось, что он сейчас прикроет лапками глазки, от такого то зрелища.

Это был Шпиц. Всегда мечтала о такой собачке. Но всегда откладывала его покупку. Мне казалось, что я пока что не готова к такой ответственности. Кормить, поить, играть и, прости Господи, гулять в пять утра, чтобы он сделал все свои грязные делишки. Летом, может, ещё было бы нормально. Но зимой, когда морозы бьют по костям… Бр… Я выбираю тёплую и уютную кроватку. Пусть простит меня моя детская мечта.

– Боня! Нет! Нельзя! – раздался встревоженный голос из подъезда.

В проёме показалась бабушка в заснеженным пальто и с пакетом продуктов в руках. Она окинула нас быстрым взглядом. В котором смешались интерес и лёгкое осуждение.

– Здравствуй, Ромочка.

Ромочка? Очередная фанатка Его Светлости. Ну с бабулей я ещё не соперничала.

Светлый шумно выдохнул. И почти мгновенно надел свою маску вежливости. Хоть и было видно, что бабуле он не рад. Ещё бы. Второй раз за день всю малину портят. То медсестра, то бабуля с Бонечкой под боком.

– Здравствуйте, Галина Михайловна.

Она подхватила собачку на руки и, прищурившись, посмотрела на меня поверх очков.

– Вы бы дверку-то прикрыли, – с улыбкой сказала она. – А то тут разные личности шастают. Даже сегодня одного нужно было в шею гнать. Я уж думала…

– Галина Михайловна, мы бы с радостью с вами поговорили, – перебил её Светлый всё ещё придерживая меня за талию. – Но сейчас немного заняты.

– Вижу я, вижу…

Бабушка перевела взгляд со Светлого на меня. Происходящее ей явно не приходилось по вкусу. Зависть – плохое чувство. Особенно, в таком возрасте. Непонятно, что с тобой произойдёт завтра, а ты тут силы и энергию тратишь на такие глупости, как сование своего носа туда, куда не просили.

Я, не отстраняясь от Светлого, мягко улыбнулась и сказала:

– Очень приятно было познакомиться и с вами, и с вашим миленьким пёсиком.

Боня радостно гавкнула, полностью со мной соглашаясь. Ну что за чудо? Я её уже люблю.

Светлый легонько подхватил меня под бедра и сделал шаг к двери.

– Хорошего вечера.

А затем резко её захлопнул, прямо перед носом Галины Михайловны. И моей любимой Бони.

Мы долго смотрели друг на друга. Всматривались в глаза через кромешную темноту, а потом тихо рассмеялись.

– Это было грубо, Роман Андреевич, – мягко чмокнула я его в губы. – От вас я такого не ожидала.

– Эта соседка постоянно лезет не в свои дела, – чмокнул он меня в ответ. – За собаку я вообще молчу…

– А что с ней? – мягко положила я свою голову ему на грудь. – Милая собачка. Такая хорошенькая и пушистенькая…

– Очень миленькая. Особенно, когда гадит на мой половичок.

– Ты ей просто очень понравился, – попыталась я сдержать смех зарывшись в грудь Светлого. – Вот она и метит территорию. Это у неё в крови. Инстинкты и всё такое.

Из его груди вырвался смешок. Который он попытался подавить утонув в моих волосах.

– Необязательно метить территорию каждый божий день, – раздражённо бросил Светлый. И я готова поклясться, что его бровь снова улетела вверх. – Приходится ежедневно стирать этот коврик, чтобы хоть как-то избавиться от собачьего запаха и свежей мочи.

– Нет у них никакого запаха, – возмущённо возразила я.

– Есть. Это даже научно доказано. Потовые железы и…

Я была больше не в силах слушать этот нудный гундёж Его Светлости. Поэтому просто снова поцеловала его, чтобы заткнуть. Не люблю, когда он включает преподавателя за пределами университета. Учит меня, даже когда я об этом не прошу.

– Давай ты не будешь разрушать мои детские мечты, – мягко произнесла я с лёгкой улыбкой. – Тебе не удастся вырастить во мне неприязнь к этому милому созданию. В будущем у меня будет точно такая же.

– Она тоже будет гадить на мой половичок?

– Ты невыносим, – закатила я глаза и обвила его шею руками.

Он ничего не ответил. Только чуть усмехнулся мне в губы. И наклонился снова. Наши эмоции приутихли, но не исчезли. Из-за чего поцелуй был другим. Нежным. Спокойным. Медленным. Светлый не торопился, не углублял поцелуй, не рвал на мне одежду. Он просто наслаждался моментом. Его губы были тёплыми, нежными, и от этого внутри зарождалось странное чувство безопасности.

Ладонь Его Светлости скользнула по моей спине вверх и задержалась между лопаток. Он прижал меня к себе поближе и немного подбросил вверх, чтобы его рука поудобнее устроилась на моей задней части бедра.

По дороге в спальню, он больше не целовал меня. Только иногда касался губами виска, лба и волос. Ненавязчиво и очень нежно.

Он мягко опустил меня на кровать и я вскрикнула. От испуга.

– Аа! – тут же я вцепилась в Светлого мёртвой хваткой, не давая отстраниться. – Нет-нет-нет! Подожди! Подними меня!

Светлый не задавал лишних вопросов. Сразу подхватил меня обратно. Крепко прижав к себе. Я тут же уткнулась ему в плечо всё ещё чувствуя странный холод между лопаток.

– Что? Больно? Я не…

– Там что-то есть… – испуганно пробормотала я. – На кровати.

– Сейчас, – тихо сказал он и шагнул в сторону.

Раздался щелчок выключателя.

Комната наполнилась мягким и тёплым светом. И только тогда я увидела причину своего возмущения. Мусорный пакет. Столько нервов из-за обычного пакета. Он невинно лежал на кровати, смяв простынь и напугав меня до чёртиков. Внутри виднелись угловатые, немного закруглённые предметы. Или один предмет. Одному Богу известно, что там лежит.

– Что это? – немного успокоилась я.

Светлый медленно выдохнул и бережно усадил меня на край кровати.

Он бесцеремонно схватил пакет, который был завязан лёгким узлом.

Я внимательно следила за каждым движением. Выражение его лица изменилось, как только он открыл этот злосчастный пакетик. Оно приобрело грубые и угловатые черты.

– Ну? Что там? – я внимательно посмотрела в глаза Светлого, который не отрывался от содержимого.

Светлый немного помедлил, будто что-то обдумывал.