Чтение онлайн

Задок был задрапирован зеленой тканью высокого качества, что сразу же определил наметанный глаз Алистера, он также прикинул, сколько слоев ткани находится между платьем и кожей.

Весь этот процесс оценки занял не более мгновения, но Мирабель, очевидно, услышала, как затихли шаги. Или же как он задержал дыхание, заставив разум вернуться оттуда, куда его занесла фантазия, и напомнив себе, что было бы разумнее идти своей дорогой.

Она подняла голову и, взглянув на него через плечо из-за массы медно-рыжих волос, улыбнулась.

Это была она.

— Мисс Олдридж, — произнес он, причем голос его опустился до самого нижнего регистра.

— Мистер Карсингтон! — Она выпрямилась и повернулась к нему лицом. — Не ожидала, что вы подниметесь в столь ранний час.

Уж не сарказм ли уловил он в ее голосе?

— Но уже почти два часа, — сказал он. Она удивленно округлила глаза.

— Ну и ну! Неужели я столько времени пробыла здесь?

— Не имею ни малейшего понятия, сколько времени вы пробыли здесь, — проговорил он.

Она, нахмурившись, взглянула на карту.

— Не думала, что столько времени проведу здесь. Я собиралась зайти позднее, когда вы проснетесь.

— Я проснулся.

— Вижу. — Она окинула его взглядом. — И выглядите вы очень опрятно и элегантно.

Алистеру очень хотелось бы сказать то же самое о ней. Видимо, кто-то предпринял героическую попытку укротить ее непослушные волосы, заплел их в косу и уложил с помощью шпилек на макушке. Но половина шпилек уже валялась на полу и на столе, а коса съехала набок. У него аж руки чесались — так хотелось ему подойти и привести прическу в порядок.

Он бросил мрачный взгляд на ее дорогое платье зеленоватого оттенка. Этот цвет шел ей еще меньше, чем цвет платья, в котором он ее увидел впервые. Что же касается фасона, то его не было вовсе. Примитивное и скучное платье и шло ей не больше, чем, скажем, мешок из-под муки.

Он перевел взгляд на карты.

— Мне нужна новая карта, — сказала она. — У них была очень хорошая карта этой местности. Но в ноябре отец утопил ее в реке.

— Понятно, — сказал он. — Но зачем вам или вашему отцу потребовалась карта? Мне говорили, что ваша семья — одна из старейших в этом районе. Полагаю, что свою земельную собственность вы отлично знаете.

— Свою землю я, конечно, знаю, но Лонгледж-Хилл имеет большую протяженность, — сказала она. — Фактически он охватывает несколько холмов. С такой обширной территорией ни я, ни отец не знакомы во всех подробностях. — Она указала жестом на карту. — По одну сторону от нас находится земля капитана Хьюза, по другую — сэра Роджера Толберта. Хотя мы довольно часто бываем друг у друга, я, разумеется, не знаю каждый камешек и каждую травинку на их землях. Особенно меня интересует собственность лорда Гордмора всего в каких-нибудь пятнадцати милях отсюда.

— Это расстояние увеличится ночью в два раза, если преодолевать его на телегах и вьючных лошадях окольным путем по ухабистым дорогам, — заметил Алистер. — Если бы мы смогли прорыть канал по прямой, расстояние сократилось бы до десяти миль. Но, поскольку по прямой линии лежат скалистые горы, которые придется обойти, как и надворные постройки землевладельцев, склады лесоматериала и прочее, протяженность канала, по нашим подсчетам, составит пятнадцать миль. — Он подошел к столу. — Вам для этого потребовалась карта? Хотите более тщательно изучить маршрут? Возможно, поразмыслив, вы перестанете возражать против наших планов?

— Нет, — сказала она. — В этом моя позиция осталась прежней. Изменилось только мое мнение о лорде Гордморе.

— Наверное, вы представляете его себе одним из тех ненасытных поборников индустриализации, которые выселяли бедных овцеводов из их хижин, чтобы воздвигать дымящие фабрики на землях, которые некогда были пастбищем? — спросил Алистер.

— Нет, я представляла его себе человеком весьма предприимчивым, — ответила она. — Если решение, которое я нашла, оказывается неосуществимым, я ищу другое. Однако лорд Гордмор, когда ему не удалось заинтересовать нас строительством канала, не пожелал, судя по всему, напрячь свое воображение, а упрямо продолжает настаивать на своем первоначальном решении. Разница лишь в том, что на сей раз он послал тяжелую артиллерию, чтобы заставить нас подчиниться.

Алистер сразу же сообразил бы, что она имеет в виду, если бы не отвлекался.

Коса, уложенная в прическу, не только съехала набок, но и расплелась. И хотя Алистер не слышал звука падающих шпилек, он был, однако, уверен, что на столе, покрытом картой, их стало значительно больше. С минуты на минуту прическа должна была окончательно развалиться, и он с трудом сдержался, чтобы не поправить ее.

— Тяжелая артиллерия? — переспросил он. — Неужели вы думаете, что мы перебросим сюда технику и отряды строителей, чтобы запугать вас и силой заставить подчиниться? Надеюсь, вам известно, что мы не можем начать строительство канала без парламентского акта, а парламент не одобрит предложение о строительстве канала, если землевладельцы выступят против него.

— Тяжелая артиллерия — это вы, — сказала она. — В этой части Дербишира герцог Харгейт имеет не меньший вес, чем герцог Девонширский. Двое ваших братьев являются образцами добродетели, а вы — прославленный герой. Лорд Гордмор весьма мудро выбрал себе партнера, а также вовремя заболел гриппом,

Алистер сначала не поверил своим ушам, а сообразив, о чем речь, пришел в ярость.

— Прошу вас, поправьте меня, если я не так понял, мисс Олдридж, — сказал он с леденящей душу вежливостью. — Вы, кажется, считаете, что лорд Гордмор или я — или, возможно, мы оба — решили воспользоваться положением моей семьи или известностью, чтобы уничтожить оппозицию? Вы полагаете, что я за этим приехал? Чтобы внушить благоговейный страх мужланам? Может быть, даже тронуть их сердца доказательством своей огромной жертвы, принесенной во имя короля и страны? — В его голосе прозвучали нотки горечи.

— У лорда Гордмора нет и доли того влияния на местное общественное мнение, — заявила она. — Он не дербиширец. Титул его недавнего происхождения и получен всего лишь в последнее столетие. К тому же он не знаменит. — Она вздернула подбородок. — Не понимаю, что вас обидело. Я всего лишь изложила простейшие факты, которые очевидны каждому, хотя, наверное, никто другой не скажет вам этого в лицо.

— Вы ничего не знаете о лорде Гордморе, — быстро сказал он. — А если бы знали, то никогда не подумали бы, что он способен совершить бесчестный поступок и использовать меня или мое положение, чтобы навязать кому-нибудь негодный проект.

Он не мог долго стоять в одном положении, испытывая нестерпимую боль в ноге, и отошел от стола.

— Я ни слова не сказала о навязывании негодных проектов, — возразила она. — Вы, видимо, склонны все драматизировать, мистер Карсингтон. — Мирабель наморщила лоб. — Или вы говорите это ради красного словца? «Внушить благоговейный страх мужланам» — это удачное выражение, но «ненасытный поборник индустриализации» и «негодный проект» никуда не годится. Я не считаю ваш канал негодным проектом. Если поклоннику отказывают, это не значит, что он негодный, а просто кому-то он подходит, а кому-то нет. Нога у вас болит?