Чтение онлайн

«Чертовщина какая-то! Но кто же тогда это сказал?» – подумал он. А вслух, как под диктовку, повторил:

– Мы летим не на Амил, зачем мы там, где и так наших полно – работники представительств, торговых фирм, у нас же дружба и сотрудничество! Да и на любую другую планету, входящую в Содружество, нас тащить опасно. Так что, скорее всего, на какую-нибудь отсталую планетенку, на которой цивилизация еще не проснулась!

Всем сразу стало тоскливо, перспектива – так себе, если не хуже. Тем не менее, все начали знакомиться и рассказывать о себе, чтобы окончательно не сойти с ума от осознания своего, пока еще неизвестного, но уже такого страшного будущего. Однако, утратив остатки своих духовных и физических сил, они вскоре уснули.

Костику приснился какой-то мутный сон, будто он самая обыкновенная игральная карта, и его тасуют вместе со всей колодой. Вдруг после раздачи оказалось, что он козырь. Только было непонятно, что с этим делать, так что, оптимизма это не добавило.

– Эй, вонючие тараканы, встать и на выход! Живее, чиет! Сопли хорош жевать! И бодрее держитесь, а то так и до жратвы не доживете!

То ли ночь была, то ли здесь так всегда, но вокруг была жуткая темень. Всех стали тщательно осматривать, ощупывать руки и ноги и светить в глаза. Ну, вроде как, медкомиссия.

– Зор, ты кого привез-то? Они хлипкие какие-то, уж точно слабее телуров, быстро загнутся. За них много не дам!

– Зато эти не такие тупые, как те дикари, делу обучатся быстро и работать будут аккуратнее, с пониманием! – парировал Зор. – Так что, за таких я бы и подороже взял, но… ха-ха тебе, как постоянному клиенту… со скидкой. Ну… как за телуров в общем. Их-то теперь больше не будет, Телурис для нас закрыт, мы там запалились по самые… ну, ты понял.

– А ты купец, однако! Ладно, заплачу как за телуров, а там посмотрим, у нас тут восемь штук сдохло, пока тебя ждали. Так что, ты с новой партией не тяни!

– Ну, тогда бывай! Не грусти… и до встречи, конечно!

– Ага, небесной силы тебе в задницу, деловой ты наш!

Зор, получив деньги или, как он их называл, бублики, быстро улетел, а местный начальник стал проводить инструктаж:

– Порядок работы вам еще растолкуют, как обращаться с инструментом и что конкретно делать… а, ну и когда жрать, чиет ми дор! Я же разъясню вам правила поведения. К любому из нас обращаться «Сан», а в конце разговора добавлять еще раз «Сан». Работать вы будете до тех пор, пока вам не скажут делать что-то другое.

Потом он, подходя к каждому, назвал его номер, как видно, имена здесь были не в ходу. Когда очередь дошла до Константина, он сказал:

– Ты теперь К-314! Понял?

– Понял…

– Что, мразь?

– Понял, Сан.

– Вот так-то, К-314!

Это был действительно никакой не Амил, совсем другая планета. Да и прибыли они туда в ночное время, когда мало что разглядишь. Это, в свою очередь, добавило негатива к их, и без того, мрачному состоянию.

Когда же удалось разглядеть планету днем, она предстала настоящим райским садом, сияющим столь яркими красками, что зеленый тут казался изумрудным, а желтый – непременно золотым. Все постройки были из камня ослепительной белизны, будто созданы они для Великих Богов.

Только любоваться этой красотой получалось лишь переходя от одной мрачной пещеры к другой, которых тут было чертово множество. Некоторые были оборудованы под казармы, но большая их часть являлись рабочими шахтами. Ну, а во дворцах, понятное дело, рабам было делать нечего.

Нехитрый набор ручных инструментов говорил о первобытной простоте производства: ломы, лопаты и тачки.

– Эй, дохляки, быстро заполнили строй! Звеньевые, провести инструктаж и бегом в колманы! – рявкнул наш конвоир.

Звеньевыми здесь назывались те, кто сумел остаться в живых в течении какого-то времени и знал работу. Колманами называли шахты, где добывали пластон, породу красного цвета, похожую на глину, только плотнее. Ломами ее откалывали, потом измельчали и грузили в контейнеры, которые плотно закрывались. Затем их отправляли на Амил.

Поначалу мы думали, что останемся в том же составе, как и прибыли. Ах, наивные, кто же это нам бы позволил! Напротив, тут тщательно следили за тем, чтобы не завязывалось никаких знакомств, чтобы каждый был сам по себе, а любые попытки создать коллектив быстро пресекались.

– К-314, сегодня в моем звене работаешь, – сказал Косте худющий старик в рваных лохмотьях.

– Так вы, папаша, значит звеньевой, – как можно дружелюбнее произнес Костя, протягивая ему руку. Однако тот, неожиданно грубо, прервал его:

– Я тебе никакой не папаша, мне всего-то сорок два года! Биологических, разумеется. Я здесь уже четыре периода продержался.

– А где мужики, с которыми я прилетел?

– Понятия не имею! Вряд ли ты их вообще когда-нибудь увидишь. Тут всех постоянно меняют. Нельзя заводить знакомства, и даже разговаривать долго нельзя. Просто я, как бы провожу с тобой инструктаж, но, если это вдруг не понравится охраннику, лучше будет разойтись.

– И что? Он нам все кости переломает или сразу грохнет?

– Тебя не тронут, ты еще не отработал сумму, за тебя заплаченную. У них, у этих гадов, все точно рассчитано: сколько выработки дашь, сколько съешь. А когда в негодность придешь, тебя сразу утилизируют, как мусор.

– А вас?

– Меня уже скоро, я теперь плохо работаю. Как подберут кого-нибудь на мое место, так и все… Ты не смотри так на меня, я был сильнее тебя раза в четыре и в каких только передрягах не побывал. А тут… двенадцать часов в шахте, шесть на сон, остальное время «хоз. работы».

– А местные… ну, кто живет на этой планете? Они в колманах работают или руководят?

– Я никого здесь не видел, даже животных. Хотя здесь красиво, наверно, как в Раю… Ладно, хорош болтать, вон уже идет душегубец.

– Эй, футлоны, что за собрание устроили? Бегом в колман! – заорал на нас подбежавший охранник.

– Сан, я инструктировал новичка, Сан!

– Заткнись, старая рухлядь! Ты уже два сезона лишних живешь! Но очень скоро мы повеселимся на твоей утилизации!