Чтение онлайн

– В этой ситуации столько иронии, что хватит на целую поэму. Похититель обращается за помощью к похищенной.

Артемис потер виски.

– Да, Элфи, я – преступник, – развел он руками. – В жизни лучше всего мне удаются преступления. Но похитил я вас исключительно с целью потребовать выкуп. Вам лично не грозила никакая опасность.

– Правда? – язвительно осведомилась Элфи. – А как насчёт биологических бомб и троллей?

– Что было, то было, – согласился Артемис. – Планы на бумаге зачастую отличаются от того, что ждёт вас в реальной жизни. – На несколько секунд он замолчал, удаляя несуществующую грязь из-под ухоженных ногтей. – Однако я повзрослел, капитан. И дело касается моего отца. Мне нужно собрать как можно больше информации, ведь меня ждёт встреча с русской мафией.

Элфи немножко смягчилась. Без отца очень трудно. Она знала это по собственному опыту. Отец Элфи скончался, когда ей не было и шестидесяти. То есть больше двадцати лет назад.

– Хорошо, человек, слушай внимательно, повторять не буду.

Артемис выпрямился. Дворецки, почуяв, что сейчас будут сообщены очень важные сведения, согнувшись в три погибели, сунул голову в кабину.

– За последние два столетия в связи с развитием человеческой техники полиция Нижних Уровней была вынуждена закрыть более шестидесяти терминалов. С севера России мы ушли в шестидесятые. Весь Кольский полуостров представляет сейчас собой зону экологического бедствия, а волшебный народец плохо переносит радиацию. Хотя, честно говоря, там и закрывать-то было нечего. Один терминал третьего класса да пара маскирующих проекторов – вот и все, чем мы там располагали. Нам не нравится Арктика. Слишком холодно. Тамошний персонал был только рад уйти оттуда. Так что вот ответ на твой вопрос: в двадцати кликах к северу от Мурманска есть один терминал, но без персонала, и в данный момент он не функционирует…

Из переговорного устройства, прервав их беседу, которая начала становиться почти дружеской, вдруг раздался голос Жеребкинса:

– О’кей, капитан. Трасса свободна, можно отправляться. Выброс магмы состоялся, но в воздушных потоках присутствуют некоторые завихрения, так что будь осторожна.

Элфи притянула микрофон к губам.

– Тебя поняла, Жеребкинс. Будь готов к моему возвращению. У нас жесткий график.

– Ты, главное, особо не гони, – хмыкнул Жеребкинс. – Официально это первое путешествие Артемиса по шахте, учитывая то, что сюда он и его слуга были доставлены под гипнозом. Не хочется сильно пугать его.

Элфи резко переключила рычаг управления, и двигатели шаттла яростно взревели.

– Нет, – улыбнулась она, – пугать его мы не будем.

Артемис решил пристегнуть ремень безопасности, и, как оказалось, эта его мера предосторожности была не лишней.

Капитан Малой направила шаттл вперёд по магнитному пандусу. Крылья машины задрожали, мимо иллюминаторов понеслись волны искр. Элфи чуть подкрутила внутренние гироскопы, иначе бы эти вершки заблевали ей всю кабину.

Пальцы Элфи нависли над кнопками турбоускорителей.

– Ну ладно, посмотрим, на что способно это ржавое ведро.

– Только не пытайся установить новый рекорд, – раздался из динамиков голос Жеребкинса. – Гоблины вовсе не затем строили свой шаттл. Мне лично кажется, некоторые гномы и то больше приспособлены для полетов по шахтам, чем эта древняя развалина.

Элфи недовольно буркнула что-то неразборчивое. Какой смысл летать медленно? Кроме того, лишний раз пугануть этих вершков не помешает.

Впереди показался главный ствол шахты. Артемис даже охнул от изумления, допустив непозволительное проявление эмоций. Однако от этого зрелища действительно захватывало дух. В шахту легко можно было сбросить гору Эверест, и она даже не задела бы стенок. Темно-красный свет, похожий на адский огонь, пульсировал в ядре Земли. По корпусу шаттла будто кто-то молотил гигантским кулаком – это камень окружающих стен громко трещал от неимоверного жара.

Элфи запустила все четыре двигателя и решительным движением направила шаттл в пропасть. И сразу забыла обо всем на свете, целиком отдавшись чудесному ощущению свободного полета. Чем ниже ты спускаешься, не прерывая пике, тем более крутым летчиком считаешься. Даже ужасная кончина в огненной бездне Бома Арблса из Быстрого реагирования не вразумила остальных пилотов – они продолжали исполнять опасные пике к земному ядру. Последний рекорд принадлежал Элфи. Каких-то пятьсот метров оставалось до ядра, прежде чем она открыла закрылки. Этот рекорд стоил ей двухнедельного отстранения от полетов и крупного штрафа.

Но сегодня никаких рекордов. На «грохоталке» не больно-то полетаешь. Кожа на щеках натянулась от перегрузки, когда Элфи дернула на себя рычаги управления, выводя шаттл из вертикального пике. Не без удовольствия Элфи услышала, как находящиеся в кабине вершки облегченно вздохнули.

– О’кей, Жеребкинс, мы поднимаемся. Какова ситуация наверху?

Она услышала, как пальцы Жеребкинса забегали по клавиатуре.

– Извини, Элфи, связь с поверхностью отсутствует. Слишком высокие радиационные помехи от последнего выброса. Так что действуй на своё усмотрение.

Элфи бросила взгляд на сидящих рядом бледных вершков.

«Действуй на своё усмотрение… – подумала она. – Легко сказать».

Итак, теперь мы знаем, что вовсе не Артемис Фаул помог Дубину вооружить Б’ва Келл. Но кто же был этим таинственным помощником гоблинов? Какой-нибудь царек местного значения, мечтающий о неограниченной власти? Или, быть может, недовольный судьбой генерал, обладающий секретным доступом к заполненным батарейками ангарам? Нет, вовсе нет. Все куда проще.

Батарейки Б’ва Келл продал некий человек по имени Люк Каррере. Абсолютно незаметный человечек – вы бы даже не заподозрили его в этом. Впрочем, он и сам не подозревал, что торгует с гоблинами. Люк жил во Франции и был мелким частным сыщиком, прославившимся своими глупостью и невезучестью. В кругах частных детективов бытовало мнение, что Люк не способен найти даже муху в стакане молока.

Дубин решил использовать Люка по трем причинам. Во-первых, в файлах Жеребкинса Каррере значился как торговец всякого рода нелегальными вещицами. Несмотря на полное отсутствие таланта частного сыщика, Люк обладал редким даром: он мог достать абсолютно всё, что бы клиент ни пожелал. Во-вторых, он был алчным и никогда не мог противостоять соблазну лёгких денег. Ну и, наконец, в-третьих, Люк был туп как пробка. А чем меньше у человека мозгов, тем легче он поддается воздействию гипнотических чар – известный факт.

Дубин едва не изменил своим привычкам и чуть не улыбнулся, обнаружив в базе данных Жеребкинса такого человека, как Каррере. Разумеется, в своей цепочке Дубин с радостью обошелся бы без этого вершка, но цепь, состоящая сплошь из гоблинов, легко может утянуть вас на дно.

К установлению контакта с поверхностью Дубин подошёл очень и очень серьёзно. Несмотря на психическую неуравновешенность, он прекрасно понимал, что случится, если верхние людишки прознают о существовании нового неосвоенного рынка, который представлял собой подземный мир. Они наводнят все туннели подобно полчищам красных плотоядных муравьев и не успокоятся, пока не доберутся до самого ядра. О нет, прежде надо как следует подготовиться, чтобы достойно встретить этих вершков. Вот когда за ним будет стоять вся мощь Легиона…

В общем, сначала Дубин послал Люку Каррере небольшую посылку. Первым классом, гоблинской почтой…

Однажды июльским вечером Люк Каррере вошел в свою небольшую конторку (она же – его квартира) и увидел на столе какой-то пакет. Посылка как посылка, ничего особенного. На первый взгляд.

Люк разрезал липкую ленту. В коробке, обложенный банкнотами достоинством в сто евро, лежал плоский прибор, очень похожий на CD-плейер, но изготовленный из странного чёрного металла, который словно бы поглощал свет. По идее, сейчас стоило бы крикнуть в приемную секретарше, чтобы ни с кем его не соединяла. Вот только приемной у Люка не было. Как и секретарши. В общем, вместо этого Люк принялся судорожно запихивать банкноты за ворот своей заляпанной соусом рубашки, будто они могли вот-вот исчезнуть.