Чтение онлайн

– Слушаюсь, сэр! – отчеканил начальник охраны, пряча в карман мундира золотистую бумажку. – Приказано расставить часовых и проследить за тем, чтобы абсолютно ничего не было украдено с этого корабля. Можете считать, что ваше приказание выполнено, сэр!

И он тут же помчался расставлять часовых.

Целый рой механиков, грузчиков и прочего подсобного персонала собрался вокруг пышущего энергией начальника ангара, который бойко комплектовал из них бригады для уборки корабля. Мой водитель стоял у целой пирамиды разных ящиков и канистр, раздавая подходящим по очереди рабочим тряпки и моющие средства и направляя их прямиком на судно. Хеллер с помощью одного из механиков привинчивал шланги к вакуумной машине и просовывал эти шланги в иллюминатор и люки «Буксира один». Еще одна бригада возилась с кабелями и шлангами, подающими воду и отводящими стоки в канализацию. Народу было так много, и все они сновали туда-сюда с такой скоростью, что у меня просто в глазах рябило.

Венцом всей этой суматохи стало появление огромного грузовика, который с ревом вкатил в ангар. Мой водитель немедленно оказался рядом с кабиной, не меньшую прыть проявили и рабочие, которые не мешкая занялись разгрузкой. Неужто сюда пропустили грузовик какой-то торговой фирмы? Да, по борту машины шла надпись огромными буквами:

ПЕЙТЕ ТАП – НАПИТОК БОГОВ!

Тап? Вроде бы это напиток довольно приятного вкуса, получаемый в результате брожения и как будто пользующийся огромной популярностью в рабочей среде.

Грузчики, прибывшие с грузовиком, нашли где-то рядом большой лист обшивки, поставили его на козлы, соорудив некое подобие бара. Потом они сгрузили несколько ящиков с баллончиками тапа прямо на этот лист, а остальные сложили штабелями возле импровизированной стойки.

Компания, которая выпускала тап – я где-то встречал ее рекламу, – специализировалась на товарах, необходимых для пикников. «Устраивайте пикник – компания позаботится обо всем». И действительно, рабочие тут же принялись сгружать переносные столики с установленными на них флажками. Мало того, они украсили их разноцветными гирляндами, и все это было расставлено полукругом на полу ангара. Потом они быстро погрузились в машину, и она с ревом убралась отсюда. Хеллер издал пронзительный свист – сигнал, который в таком ходу на боевых кораблях. Это моментально приостановило все работы. А Хеллер, своим всепроникающим голосом флотского офицера, произнес маленькую речь.

– Внимание всем! – объявил он. – Если этот корабль успешно пройдет принятую на Флоте проверку и будет признан чистым к четырем часам дня, вы все приглашаетесь на пикник с раздачей тапа!

Из всех дверей и иллюминаторов корабля высовывались удивленные лица. Люди изумленно оглядывались, не веря своим глазам. Прямо перед ними были невесть откуда появившаяся стойка, столики с цветами, а на стойке и рядом с ней – целые штабеля ящиков с тапом!

Радостные восклицания перешли в единый вопль восторга. Казалось, что ангар вот-вот рухнет на все это великолепие. И если до этого работа шла споро, то сейчас она просто закипела, забила ключом! Нет, такого никогда раньше не бывало, и уж, по крайней мере, такого никогда не бывало в этом ангаре!

У меня за спиной раздался мрачный голос начальника ангара. Я быстро оглянулся, ожидая чего угодно, вплоть до неожиданного нападения. Но он смотрел не на меня. Он с восхищением глядел на занятого работой Хеллера.

– Кто это? – спросил он. – Можно с уверенностью сказать, что он офицер королевской службы, это точно. Но у меня такое чувство, будто я уже видел где-то его лицо.

Совершенно машинально, не задумываясь о результатах – в тот день голова у меня вообще неважно работала, – я сказал правду:

Джеттеро Хеллер.

Да не может быть! – воскликнул многое повидавший на своем веку начальник ангара. – Неуж-то сам Джеттеро Хеллер, знаменитый гонщик! Ну, что будет, когда я дома скажу жене и детям, что познакомился с самим Джеттеро Хеллером. Вот потеха!

О боги! Если до Великого Совета дойдет, что мы до сих пор не вылетели... Первым моим желанием было схватить его за отвороты мундира, тряхнуть хорошенько и наорать на него. Но уж слишком здоров он был. Поэтому мне пришлось прибегнуть к иной тактике.

– Ему поручено выполнение совершенно секретного задания. О том, что он в данный момент находится здесь, не должно быть сказано ни словечка. – Перспектива появления здесь целой своры инспекторов Короны, которые примутся выяснять, почему мы до сих пор находимся здесь, а не на Земле, заставила меня содрогнуться. – Ты должен вообще забыть его имя! И учти, это приказ!

Судя по вниманию, которое он уделил моим словам, я с равным успехом мог бы просто открывать и закрывать рот. Он продолжал неотрывно глядеть на Хеллера.

– Да, это парень хоть куда! И дело у него идет, и к людям он относится почеловечески. – После этих слов ой перевел взгляд на меня и, смерив взглядом, добавил: – Нам бы в Аппарат хоть пару таких парней! – Не прибавив больше ни слова, он отошел.

Это никак не исправило моего морального состояния. Тем более что одного взгляда на «Буксир один» было достаточно, чтобы настроение испортилось окончательно. Споткнувшись о какую-то старую канистру из-под горючего, я подошел к кораблю почти вплотную. Сейчас он лежал на брюхе. При примерно шестидесяти футах в поперечнике он возвышался надо мной футов на сорок, что выглядело довольно неуклюже, поскольку корпус его был длиной всего сто десять футов. А уж массивные выступы по бокам и вовсе придавали всему корпусу какой-то совершенно нелепый вид.

Водитель транспортной тележки как раз собирался отвести в сторону свою машину, кабинка его оказалась рядом со мной, и я решил разузнать побольше об этом странном буксире.

А что это за выросты, ну те, что торчат у него по бокам? – спросил я у него.

Эти? – спросил он, приглядываясь к кораблю. – Для смягчения ударов. Ведь это космический буксир. Скорости в космосе огромные. А для буксировки им приходится состыковываться с боевыми кораблями и с прочими предметами. Если бы не выступы обшивку корабля при буксировке могли бы просто протаранить. У него и корма мощная, и ее тоже не пробить с налету. Ведь им приходится не только буксировать грузы, но и толкать различные предметы, раздвигать в стороны выведенные из строя корабли, да мало ли что бывает необходимо передвинуть в боевой обстановке. Такой модели я еще никогда не видел. Корабль этот выглядит значительно мощнее обычных буксиров, а уже одно это говорит о многом. Даже обычные двигатели, устанавливаемые на буксирах, по мощности равны двигателям линейных кораблей. А о мощности этого даже и подумать страшно. А он еще имеет и буксирный луч в запасе. С буксировкой на этом луче нужно быть очень аккуратным – один неосторожный маневр, и луч разрежет пополам целый крейсер. Этот буксир весь напичкан всякими механизмами. Я слышал, что несколько лет назад один такой просто взорвался. Погибли все, кто был на борту. Жуть берет. Меня бы не затащили на такой корабль силком. А вообще – что он здесь делает?

Я сам хотел бы знать это! Но одно я знал твердо – это самый жуткий из всех кораблей космического Флота. И вид у него какой-то отталкивающий.

Похоже, Хеллеру удалось организовать все как надо, и работа шла полным ходом. Я увидел, что он направился в административную пристройку на другом конце ангара. Заметил я и то, что он на ходу сверяется со своей записной книжкой. И тут я со страхом обнаружил, что он направляется к помещению, где осуществляется контроль над связью. Значит, он собирается лично связаться с внешним миром! С его представлениями о соблюдении секретности, он способен провалить все дело! Я тут же помчался вдогонку.

И вот он стоит у центра связи во всей своей красе – красная шапочка гонщика лихо сдвинута на затылок, белокурые волосы спускаются из-под нее до самых плеч, лицо сосредоточенно, но спокойно. Когда я подбежал к нему, он просматривал длинный список цивильных контрагентов, вывешенный на справочной доске для сведения ангарных служб. Это была довольно обшарпанная доска с потрепанным и засаленным списком, рядом с которым висели визитные карточки представителей самых различных фирм, остав ленные здесь их владельцами с целью рекламы своих товаров и услуг. Он уже взялся за аппарат и собирался набрать номер, когда я остановил его руку.