Чтение онлайн

Ведь многие даже предпочитают жить в деревне. Сам мистер Бантинг имел о деревенской жизни довольно смутное представление. Он был городской житель, лондонец, типичный горожанин. Ребенком он узнал из книжек и календарей с картинками, что где-то далеко-далеко за Кэмдентауном есть страна голубых небес и зеленым полей, обильно усеянная ветряными мельницами и густо заселенная резвыми ягнятами, — счастливый мир, вечно залитый золотыми лучами солнца и именуемый деревней. Но ему так и не пришлось побывать там, пока он не стал взрослым. Принимая участие в пикниках, он пришел к убеждению, что прелести деревни непомерно преувеличены — это прескучное место, кишащее отвратительными насекомыми. Но то были всего-навсего пикники; сейчас он готов был поверить, что совсем поселиться в деревне, может быть, даже довольно приятно. Окружавший его пейзаж и в самом деле начинал слегка смахивать на аляповатые картинки, запечатлевшиеся в его памяти с детства. Люди здесь, несомненно, вели очень простой образ жизни. Жизнь их текла неторопливо и, как ему казалось, была проще, свободней и в известном смысле романтичней. Размышления мистера Бантинга были, разумеется, очень наивны даже для горожанина; он рисовал себе румяных фермеров, распивающих эль в старой харчевне, пахарей, шагающих, посвистывая, за плугом, веселые сенокосы и сборы урожая.

Он уже видел себя окрепшим, загорелым, мирно покуривающим трубку в садике перед коттеджем, в лучах заходящего солнца. Он посадит в саду все эти славные деревенские цветы — лаванду, настурции и огромные подсолнечники. Он вырастит горошек и бобы и будет есть их свежими и сочными прямо с грядки.

Можно даже развести свиней.

Простая, скромная, независимая жизнь. Чего ради трепетал он перед Вентнором? Совсем это не нужно. Немного мужества, немного отречения — и он избавится от всех неприятностей.

Правда, надо подумать об Эрнесте и Крисе, об их службе в Килворте. И Джули. Это осложняет дело. Если бы мальчики уже стали на ноги! Как всегда, планы мистера Бантинга разбивались об этот подводный риф.

— Что это дребезжит? Ты не замечаешь? — спросил он, потеряв надежду, что Крис сам обратит внимание на этот подозрительный звук.

— Да нет, папа, просто плохая дорога. Трехпенсовая каучуковая втулка — и все в порядке. Ну, как? Нравится тебе?

— Нравится. Остановись-ка около этих коттеджей.

Удивленный Крис затормозил. Мистер Бантинг вышел из машины. — Хочу немножко пройтись, — сказал он в ответ на вопросительный взгляд Криса. — Ты покатайся пока один.

— Ладно, папа. Не одолжишь ли ты мне полкроны на бензин?

Вручив требуемую сумму и посмотрев вслед рванувшемуся вперед «грандиксу», мистер Бантинг перевел взгляд на коттеджи, будущий свой приют и воплощение своих новых идеалов. Он старался подавить разочарование, охватившее его при взгляде на эту недавно доставшуюся ему собственность. По правде говоря, коттеджи больше всего походили на ящики, и вид у них был довольно городской. Это были совсем голые и очень мрачные строения. Кустик ампелопсиса или завиток плюща, или какое-нибудь другое декоративное растение, рекомендуемое сельскохозяйственными прейскурантами, значительно смягчили бы их внешний облик. Но это были простые кирпичные дома с шиферными крышами, выстроенные в двух милях от Линпорта на плоском, голом участке, у края унылого шоссе. Вокруг на редкость безрадостный пейзаж — ни деревушки, ни придорожной харчевни, ни живописной рощицы. Мистер Бантинг не мог понять, почему эти коттеджи нужно было построить именно здесь. Должно быть, решил он, из каких-то таинственных сельскохозяйственных соображений. Позади коттеджей расстилалось поле, засаженное картофелем; посреди поля виднелась мрачная Фигура неудачливого огородника в позе, напомнившей мистеру Бантингу Оски. За полем на месте идиллической деревушки, рисовавшейся мистеру Бантингу в его мечтах, желтела глинистая проселочная дорога. Мистер Бантинг — в клетчатых чулках и штанах-гольф коричневого цвета — стоял у края дороги, являя собой странную и необычную для здешних мест фигуру; он всеми силами старался не дать идеалу потускнеть, однако уже готовился подвергнуть его значительному видоизменению.

Надо будет соединить два коттеджа в один, сделать окна фонарем, залить дорожки асфальтом и оштукатурить стены. Озабоченный предстоящими расходами, он внимательно рассматривал коттеджи, и ему показалось, что кто-то, спрятавшись за занавеской, украдкой наблюдает за ним из окна. Он уже собирался было обследовать внутренность коттеджей в связи с намеченной им перестройкой, но это настойчивое наблюдение исподтишка напомнило ему о некоей переписке по вопросу о кухонной плите, которой он до сих пор не уделил еще достаточного внимания.

Он свернул на глинистую тропинку и, стараясь не испачкать свои клетчатые чулки, направился к просвету в живой изгороди, откуда он мог все осмотреть, не опасаясь, что в нем сразу признают хозяина. Какие-то деревенские сараи, кое-как сколоченные из досок, беспорядочно загромождали участки. А сами участки! Заброшенные грядки с прелой капустой, буйные заросли одичавшего ревеня. Кучи мусора. Первое столкновение с практической стороной жизни в «Жасминовых коттеджах» — и, мечты мистера Бантинга о сельской идиллии разом поблекли.

Забраться в такую дыру! Нет, это просто невозможно вообразить. Разве только нужда заставит. Прибежище на крайний случай.

— Ну, что ж, придется привыкать, — пробормотал он, выбираясь обратно на шоссе. Он видел, что его появление взволновало умы всех обитателей этого богом забытого уголка. Огородник бросил работу и уставился на него, как будто силясь припомнить, где он его раньше видел двое каких-то людей вышли из дома и стояли, рассматривая унылую флору своих заросших сорняками грядок и время от времени поглядывая в его сторону; они видимо, мало-помалу приходили к убеждению, что это «сам».

— Послушайте, мистер! Мистер Бантинг сделал вид, что занят своей трубкой, в то же время пытливо озирая окрестность, не покажется ли где-нибудь «грандикс». В воспоминанию о кухонной плите присоединились мысли о протекающих крышах и прогнивших полах.

— Послушайте, вы не мистер Бантинг?

Мистер Бантинг притворился глухим и с видом заядлого натуралиста углубился в созерцание летавших над ним скворцов. Ему хотелось убраться куда-нибудь подальше от этих коттеджей, бежать отсюда, как из зачумленного места, раз и навсегда изгнать из своей памяти самое воспоминание о них.

Но вот, наконец, подкатил «грандикс», и Крис пустился в объяснения: ближайшая бензиновая колонка оказалась в нескольких милях отсюда, и ему нужно было еще запастись маслом, а потом он останавливался, что-бы закрепить втулки.

— Она идет теперь в сто раз лучше, — заявил он.

Мистер Бантинг влез в машину и сидел, стараясь не глядеть по сторонам. Видя все это, обитатели коттеджей пришли к заключению, что мистер Бантинг собирается отбыть, но не трогались с места, считая, должно быть, невозможным задерживать столь роскошный экипаж разговорами о худых крышах и угольных сараях. «Грандикс» сделал скачок вперед и так круто остановился, что мистер Бантинг чуть не свернул себе шею.

— Легче, легче! — взмолился он, вытаскивая изо рта едва не проглоченную трубку.

— Немного заедает, — объяснил Крис. — Обыкновенное дело.

Мистер Бантинг опасливо присел на сиденье, чувствуя себя, как на электрическом стуле. В это время проезжавший мимо автомобиль остановился и загородил им дорогу, а водитель, вывернув шею, словно любопытствующий лебедь, выглянул из кабины. В чем-то, повидимому, удостоверившись, он вышел из машины и направился прямо к «грандиксу».

— Прошу прощенья, не вы ли владелец этого участка? Мистер Бантинг признался, что он, и сразу занял оборонительную позицию.

— Подумайте, какая удача! — воскликнул новоприбывший, оказавшийся чрезвычайно вертлявым человечком с целым арсеналом карандашей в жилетном кармане. — Я чуть было не проехал мимо, но вдруг заметил ваш автомобиль и подумал: держу пари, что этот джентльмен — мистер, мистер... ах ты, господи, я же отлично знаю вашу...

— Бантинг.

— Ну, конечно, мистер Бантинг. Очень рад познакомиться с вами, мистер Бантинг. Меня зовут Доукинс, — и он изящным жестом протянул ему карточку. — Постройки, контракты — все, что вам потребуется. Управляющий коттеджами, — теми, что выше по шоссе.