Чтение онлайн

— Да уже был случай, что его чуть не женили, — продолжил Джо, заговорщически улыбаясь, — Он после этого серьёзно к этому относится…

— Воу-воу-воу, — подхватил Марсель, играя бровями, — А это уже интересно! Почему мы с Дорианом не в курсе? — он пихнул Дориана в плечо, который широко раскрытыми глазами смотрел на Кристиана. Тот стиснул челюсти, затем сквозь зубы произнёс, смочив губы шампанским:

— Здесь нечем хвастаться. И распространяться на этот счёт не нужно.

— Ну, Крис, — протянул Марсель, — Уже заинтриговал нас твой братец. Поворачивать назад бесполезно, выкладывай!..

— Да, да. Было дело, со мной и русской девушкой… Она ни слова не понимала, что я говорю, а я не понимал её, а потом она просто… уехала и назвала мне город, который я, если и русский выучу, не произнесу.

Его братья — Дориан и Марсель — явно потеряли дар речи. Я тоже. Немного.

— А поподробнее? — выдавила я.

— Я влюбился в неё за одну ночь, мы просто… Я даже не знал её имени. Всё было без слов. Она была бесёнком, самым безбожным ночным приключением в моей жизни. Потом пришла женщина, как я понял, её мать, стала всё ломать в их номере отеля, чуть не убила меня, потом крутила предо мной кольца и только тогда я понял, что… девушка уже была, вроде как, с кем-то просватана. Парни издеваются, что это она меня так женить хотела… Но… Нет. Я убежал, потом мы увиделись в аэропорту, когда она уже садилась в автобус, выходя за пределы зала ожидания. Рейс был Сидней — Москва, но… она крикнула мне какой-то другой город. И я не помню точно, он или нет, в общем… Я толком ни в чём этом не разобрался. Это дело двухлетней давности, так что… Не надо так таращить глаза, Марсель.

— Так ты не женишься, потому что надеешься на несколько бесбашенных ночей со своей русской топ-моделью? — выпалил он.

— Теперь всё проясняется, — широко улыбнулся Дориан, прижав меня рукой за талию ещё ближе к себе, — Вот почему ты живёшь на две страны…

— Так, хватит. Закрыли тему. Поговорите вон о Джо, или вообще о Стефе. От его похождений вы вообще закачаетесь.

— Эй, ты стрелки-то не переводи, — засмеялся Стефан. Но идею подхватил Марсель:

— О, да… Стеф у нас ещё тот говнюк.

Стефан Теодор Криг, как я услышала из разговоров ранее, был генеральным директором родовой компании Кригов в Австралии. Его отец Адам и его тёска-дед сочли его достойным кандидатом, что было весьма обусловлено тем, что Стефан по жизни был отличником. Когда Адам-Арман Криг защитил учёную степень доктора медицинских наук и стал более тщательно заниматься лечением людей (что было около шести лет назад), ему понадобилась опора в лице сына. И для компании медицинского оборудования в Австралии, и для Америки. В Австралии холдинг был значительно больше, а Стефан обучался в Кембриджском университете, параллельно (заочно) в Оксфорде, так что на него надежд было возложено больше. Пока Стеф заканчивал учёбу, Адаму помог его тесть Кристиан, более энергичный дедушка Греев и Кригов. Когда у Стефана остался только Оксфорд (три года назад), он влился в работу компании, и сейчас развивает её и продвигает на новые уровни. Инженер-врач, неплохо владеющий кистью, — что дополнил ценитель искусств Дориан, он пошёл по стопам отца и деда Джона Флинна — психиатра мирового масштаба. Когда я поинтересовалась, откуда столько в вашей семье способных к рисованию, Стефан назвал имя своей мамы и тёти Греев — Фиби. Такую блестящую карьеру Стефана Крига могла портить только его репутация. Он называл своих девушек именами дней недели. Это меня вообще убило.

— Господи… я просто вам поражаюсь! — вспыхнула я, — Вы, вроде как, умные парни, но в плане отношений с девушками, вы ведёте себя, как самый настоящий отстой. Почему вы не можете найти себе кого-нибудь подходящего, а не размениваться на… это всё?

— Потому что нам так нравится, Лили, — пытался меня унять Стефан, улыбаясь, будто знает все мои последующие реплики наперёд, — Я не собираюсь связывать себя и обязывать. Брак подразумевает детей, отсутствие всякого разнообразия и красок жизни. Я не выношу скучать, а когда ты постоянно в отношениях с кем-то одним, это начинает раздражать. Я прочёл массу книг по мужской и женской психологии, проводил с собой миллиарды тестов на моногамию и полигамию и пока везде один и тот же результат — тот, который удовлетворяет меня и не удовлетворяет тебя. Вот, рядом с тобой сидит пример, который на протяжении очень долгого времени не связывал себя отношениями. Ты первая его девушка, с которой я, вот так вот, сижу лицом к лицу и говорю. А ему двадцать шесть. По меркам твоего маленького идеального мира у него там тоже должен быть дом, зимний сад, кошка, собака, жена и пятеро детей? Мы живём в абсолютно другие времена, в эпоху других девушек, мужчин, других возможностей. Я действительно хочу состояться, как человек. Я стремлюсь пока только к той стабильности, которая действительно важна для моей жизни. Моя карьера, моя личность, мои деньги. Я не говорю, что никогда не женюсь и никогда не приду к тому, что мне вот…«Да, ребят, уже пора заводить жену и семерых детей с собакой», — я не исключаю, что к этому приду, и это не смешно, парни, — ответил он улыбкой на их смех, — Когда-нибудь, так будет, и я буду скучно сидеть перед вами и крутить рукой с кольцом! Но на данный момент, меня вполне устраивает Санди, Фрайди и так далее. Понимаешь? Сейчас я ищу в себе личность, внедряюсь в своё дело. Я прекрасно понимаю, что я должен быть в ответе за того человека, который войдёт в мою жизнь. Но пока я толком не держу ответа за свой завтрашний день. Я впервые за два года вот так вот вырвался на месяц со своими братьями, чтобы повидать вас с Дорианом, Марселя — та к уж и быть, двоюродных сестёр, родных, — он сделал глоток шампанского, — У меня до хреновости мало времени, а стройка отношений — требует колоссальное количество времени, которое я не могу себе, просто-напросто, позволить. И не хочу пока. Я уже говорил, повторю ещё: это время когда-нибудь настанет. Но не сейчас, просто-напросто не сейчас, — он подмигнул мне, заставив меня шумно выдохнуть. Конечно, в некотором смысле, он не совсем правильно понял меня, но мне уже было достаточно того, что он высказал свою позицию. И хоть слабо верилось, но моё сердце действительно грела надежда на то, что когда-нибудь я смогу его увидеть в окружении семерых детей, жены и собак, гуляющих по роскошному зимнему саду в его усадьбе во Франции. Я улыбалась своим фантазиям, пока речь не зашла о его брате Джо.

Джон Адам Криг — четыре года, как владелец, «Angels of Heaven & Co» в Америке. Этот холдинг возник несколько позже, чем в Австралии, но очень быстро обрёл популярность благодаря смекалке и таланту Адама Армана Крига, их отца, которым они, признаться, очень гордятся. Чтобы начать работать, Джон на втором курсе обучения в Бостонском университете перешёл на заочное отделение, и принялся «управлять и властвовать». Среди талантов Джона обилие знаний иностранных языков, доступ к художеству и прекрасному с помощью таланта к рисованию (по специальности он — архитектурный дизайнер). К владению компанией, — как он сам говорил, — он никогда не стремился, но если долг и судьба потребовали от него это — он противиться не стал. Да и противился бы, наверное, только дурак. Его отношения со «слабым полом», к счастью, меня порадовали. Уже полтора года он встречается с редактором литературного журнала «New Yorker», Элион Райан. После того, как я это услышала, я облегчённо выдохнула, что заставило парней рассмеяться. Джон даже подсел ко мне ближе, чтобы показать мне их совместные фотографии и утвердить мою радость окончательно. Девушка на фотографиях была очень красивая: высокая и улыбчивая, наверняка с ирландскими корнями из-за своей белоснежной кожи, особенно в сравнении с Джоном. Как выяснилось, они вместе учились в университете, потом он перешёл на заочное и долгое время они попросту не виделись, но всегда поддерживали отношения. Когда она закончила учёбу, то по распределению известной редакции отправилась в Сиэтл, где на одной из тусовок всё у парочки благополучно закрутилось.

Дальше Джо показал мне фотографии своих трёх сестёр. Они были великолепны, все, как на подбор — «породистые», стройные, кареглазые, с тёплыми и приветливыми улыбками. Самой младшей, Эйвери Криг — четырнадцать исполнилось седьмого февраля, но она уже одна из самых востребованных тинэйджеров-моделей в Америке. От двух старших сестёр её отличали невероятные кудри, доставшиеся ей от отца. Кроме развития в модельном бизнесе, Эйвери совершенствовалась в танцах в школе Айрин и, судя по некоторым видеозаписям, показанным мне Джоном, у неё просто замечательно это получалось. Старшая сестрёнка — Бриджит, первая ступила на модельное поприще, к двадцати четырём годам успела стать идолом моды в Италии, с широкой подачи Джеки Кэй, известнейшей модели… Когда я узнала, что и она является их родственницей — двоюродной сестрой мамы Кригов и тётей Греев, — моя челюсть вообще упала ниже плинтуса. Я только и думала: «Куда я вообще ввязалась?» Озвучив свой вопрос, я заставила всех рассмеяться, да и сама веселилась от этой мысли…, но лично моё веселье длилось недолго. Джо рассказал о своей второй сестричке — Мэдисон Криг — Кэрруэй, которая стала женой одного из самых богатых людей в мире, Энди Кэрруэя. Это имя, — по словам Джона, — не знать просто страшно. Всмотревшись в её лицо, я вспомнила, что около года назад видела выпуск в журнале с их свадьбы в Бразилии! Ну, конечно же! Знаменитый банкир и владелец огромного количества микро-бизнесов! Обалдеть!

— Он старше её на десять лет, живёт она больше, чем припеваючи, по-настоящему любит его, путешествует с ним повсюду, — продолжал говорить о ней Джон, — Она всегда воспринимала богатство, как должное, но всегда училась и трудилась, как зверь. Она во многом талантлива, но всё делает слегка, знаешь ли… Мне кажется, ей просто поистине близка праздная и роскошная жизнь и если так выпала её карта, что тут поделаешь?

— А что насчёт того, что излишества портят людей? — тихо спросила я, отпив глоток шампанского.

— Мэдди не из таких. Она очень отзывчивый и добрый человек… Какая была, такая и есть, — он добро улыбнулся мне, — Она содержит большое количество приютов, благотворительных организаций и компаний. Хочет детей. Знаешь ли, наша мама… у неё был период в жизни, она… пять лет провела в монастыре, читая очень много богословской литературы, учась смиренному труду… Эта история так тронула Мэдисон, по-моему, ей ещё не было десяти…

— А сейчас ей сколько? Прости, что перебила, — шепнула я.

— Думаю, она будет немного старше тебя…. Ей двадцать два, — кивнул он.

— Нет, она младше меня, — широко улыбнулась я, — На год, — шепнула я. Недолго помолчав, Джон продолжил:

— Так вот, ей не было десяти лет, но… услышав от мамы истории об этой жизни, лишённой фактически всех земных радостей, она была настолько тронута, что принялась изучать богословие, углубилась в веру и пообещала маме, что в шестнадцать лет тоже пойдёт в монастырь, чтобы хотя бы год вкусить эту жизнь. И она два года провела там, потом вышла, сказала маме, что поняла, к чему придёт однажды каждый человек, сказала, что вера — это единственное, что однажды останется у людей и… вернулась она вообще другой. Очень повзрослевшей, всё осознавшей… потом поступила в институт, закончив школу экстерном два за один год, изучала духовную философию… Мне кажется, что после этой пары лет в монастыре она изменилась, став ещё лучше. И больше не менялась. Знаешь, мне кажется, что забери у неё все деньги и скажи «живи так» — она не расстроится.

— Ты любишь Мэдисон… Наверное, даже больше, чем других сестёр, — прошептала я, потому что большая часть салона уже мирно почивала. За исключением болтающих нас с Джо, пьющей кофе Рэйчел и Дориана, поглаживающего меня по голове, которую я уместила на его плечо.

— Её просто нельзя не любить. И она сама… умеет любить так, как могут только единицы, — кивнул мне Джон. Медленно встав с диванчика, на котором мы сидели вдвоём с Дорианом, он пошёл по коридору в поисках официантки.

Я удобнее уместилась в руках своего любимого, положила голову на его грудь и принялась медленно поглаживать её рукой. Дориан Грей поцеловал меня в висок. Мне было так тепло и уютно в его руках.