Чтение онлайн

Выставив маленькие ручонки и уперевшись ножками в землю, здоровую, мохнатую корову пытался сдержать маленький, молодой кролли. Упёртое, толстокожее животное, проигнорировав оградку, забурилось на поле моих молодых кролли-фермеров. Думая, что мальчишка с ней играет, корова, затаптывая посевы, своим длинным языком облизывала и слюнявила упёртого мальца. После, видимо набаловавшись, животное тупо разлеглось на мягкой, прополотой земельке. Хлопая своими большими глазами, корова с интересом глядела на пыжившегося, порывавшегося сдвинуть ту с места мальца.

— Не трожь корову, а то уши надеру! Это место нам специально под скот отвели! — Рыкнул на того, объявившийся пастух племени Му. Физическую силу применять не торопился, мужчина надеялся, что хватит одних лишь угроз. Кажется, тот принял один из наших огородов за загон. Пришлось вмешиваться, объяснять и отчитывать, предупреждая о том, что на огородах животным делать нечего. Наличие огорода, за которым нужно следить, для Му такая же диковинка, как и наличие туалета, подвала, стен, ворот и дозорных вышек. Всё здесь им в новинку, требовалось терпеть, объяснять и ждать, когда те наконец-то смогут почувствовать себя как дома.

Только когда большая часть коров и всего племени Му прибыло в деревню, я наконец-то увидел его. Худого, невысокого, щуплого мужчинку с большими, изогнутыми рогами и непропорционально длинными руками. Шёл он в окружении четырёх красивых, дойных(сиськастых) девушек Му.

— Это староста… — Реально удивив, произнесла Хохо. — Он хороший Му, добрый и отзывчивый, а ещё, у него стоит долго. За это женщины Му его и боготворят. Му не особо часто сношаются. Когда у мужчин проблемы, не поднимается, или женщина надоела, а ребёнка всё никак не сделать, они просят вождя помочь. И пока мужчины сытно едят, спят, ходят на озёрную охоту и пасут своих коров, вождь отдувается за всех их. Мудагар ведь тоже, не от любимой женщины вождя, но, невзирая на это, за ум, силу и решительность после смерти старшего брата, родного сына старосты, был назначен приемником. В отличии от Эрла, Мудра(вождя) никогда не заботил пост, лишь стадо и хорошее настроение в племени. Хотя, знали бы женщины Му сколько стоит у тебя, и как ты хорошо им владеешь, Матвеем, даже боюсь представить…

Моя робкая усмешка была воспринята как должное. Показав мне свою взрослую, красивую улыбку, Хохо, ища тепла, прильнула к моей руке своей небольшой грудью.

— Муррка говорила, что этой ночью лиса вела себя не спокойно. — Проговорила Хохо.

— Да, течка. — Ответил я.

— Плохо. Если сейчас течка у хищниц, значит начался цикл. Скоро они там все попересношаются, после пойдут воевать, убивать и угонять всех травоядных, чтобы к весне было мясо, а летом, спокойно, имея запас еды, родить и выкормить детей. Скоро начнётся…

— Ничего. — Успокаивая Хохо и себя, произнёс я. — К их приходу мы будем готовы.

Для того, чтобы произвести впечатление, заманил старосту Му в свой дом, усадил за усланный снедью стол и, понимая статус того, предложил создать для него личный маленький домик. Пусть не такой как у меня(двухэтажный), но хотя бы из бруса, с крышей, печью и даже личным туалетом. «Вы же староста, вам положено», помня прошлый опыт с Эрлом, сетовал на почтение и уважение к нашим первым союзникам я. Сказать, что старик обрадовался моему предложению, ничего не сказать. Он был в восторге, точно таком же, в каком были и его девушки, разглядывающие деревянный пол и лестницу в моём доме.

Долго обсуждать своё будущее жильё Мудра не стал. Лишь факт того, что дом будет похож на мой, решил все дальнейшие вопросы касавшиеся его размещения. Следующим на повестке дня встал вопрос безопасности, обороны. Отец Мудагара требовал введения в курс дел своих сыновей. Староста, стуча себя в грудь, клялся, «мужчины Му не станут обузой, помогут защитить себя и наше совместное будущее». Как в вопросе с жильём старик не требовал многого, так и я, не стал сильно наседать на Му в плане обязательств по обороне. Арбалетов по прежнему не хватало. Производство их сложный, медлительный процесс. Слишком много мелких деталей.

К тому же, в Му, в первую очередь, я видел не стрелков, а таранный авангард, штурмовые отряды ближнего боя или же лом, которым мы будем вскрывать ряды наших врагов. Огромные, массивные ручищи, здоровенные плечи и рога. Даже без оружия, с одними лишь голыми руками и рогами они представляли из себя угрозу. А что если оснастить их булавами, молотами или тяжёлыми, длинными копьями, подобными тем, коими некогда покоряли мир гоплиты Александра Македонского? Количество вариантов их использования в бою зашкаливало. Оставалось лишь определиться с текущими потребностями, выбрать направление и начать тренировки.

А потребности на стенах были таковы… воин со стрелковым, или метательным оружием для дальнего боя (для отстрела подходящих к стене), после воин с оружием удобным в сражениях при условиях ограниченного пространства. То есть непосредственно у самой стены. С собой я всегда был честен, и хоть понимал, что фаланга в поле имба имбучая, но на стене я видел её как… да никак я её не видел. Говно собачье. Особенно, если придётся биться и толкаться на стене, притираясь прям попка к попке. Длинные копья для этого не подходят.

В видении моём идеальный воин Му, представлялся как некий варяг или викинг с тройкой дротиков на спине, в деревянном, костяном или кожаном доспехе, с маленьким щитом и таким же маленьким топориком, которым тот бы быстро орудовал, защищая наш частокол. Му сильны, телом, да и духом скорее всего тоже посильнее кролли будут. Вооружив их метательными дротиками или теми же метательными топорами, я существенно облегчу себе задачу по производству арбалетов, а так же, в более короткие сроки, смогу вооружить большее количество новобранцев. Ведь копья и топоры делаю я в десятки раз быстрее чёртовых арбалетов.

Всё так же остро открытым оставался вопрос касавшийся щитов. У лис есть лучники, а у нас нет от них защиты. Долгое время я обдумывал, как соорудить щиты, чем между собой скрепить отдельные доски, упрочнить их и на что посадить рукоять. Требовалось проводить множественные эксперименты, опытов, но в условиях, когда я нужен везде: при создании рва, арбалетов, загона и тем более расселения новоприбывших — выкроить лишних три-четыре часа на щиты не виделось возможным.

Копья, арбалеты, метательные пилумы и топоры… Это я мог скрафтить и решил продолжать делать именно оружие. А щиты, как и доспехи потом. Скоро начнётся забой коров, появится много костей, и шкуры. Возможно, именно ими я и украшу свою мощную, плечистую армию быков.

Сегодня мне особенно спалось. Слишком много я говорил со стариком, и слишком мало работал физически. Привыкшее к высокоинтенсивным нагрузкам тело чувствовало себя отдохнувшим. Я мог работать ещё, пока не рассветёт, да только разум лениво бунтовал, требуя покоя.

Юлой крутясь в шкурах, глазами цеплялся за каждый проникший сквозь ставни лунный отблеск, вслушивался в каждый скрип, каждый шорох. Даже мягкая грудь Муррки, обычно выступавшая роли антистресса, не могла мне помочь. Ещё и эта дура Пом за стеной, продолжала звать меня, ныть и шкрябаться. Отдать бы её кролли, чтоб поселением всем драли, да совесть не позволит поступить так с пленницей. Полтора часа я мучался, и когда всё в округе утихло, луна спряталась за тучи, а поселение уснуло, я в очередной раз словил некотролируемый приступ тревоги.