Чтение онлайн

— Мой император… — Словно офисный секретарь из фильмов для взрослых, кладет мне руку на плечо Аорра. Давненько мы с ней не проводили вот так вот время.

— Не сейчас, Аорра, у нас слишком много дел. — Стараясь не пялиться на приклонившуюся, буквально вывалившую титьки на стол дроу, отвожу взгляд на бумаги.

— Мой герой… — Пальцы ее скользнули под расстегнутый воротник рубахи. Лишь на мгновение взглянув на груди, вижу полукруг ее показавшегося из-под ткани сосочка.

— Аорра, говорю же, работа…

— Мой жеребец… — Губы её касаются моих губ, а рука опускается на брюки.

С последним словом, в двери, запертые на замок, защищенные магией, кто-то звучно врезался. Удар был глухой, но достаточно сильный, создающий резонанс и разрушающий непроницаемый барьер. Тот, кто пришел, знал о важности происходящего, и все равно решился помешать.

— Кто?! — не выдержала Аорра, заклинанием отворив замок.

— Донесение, важное донесение! — Крикнул незнакомый девичий голос. Малышка в темном горничном платье, с фартуком и… мечом на поясе, буквально залетела в комнату, едва не напоровшись на моментально среагировавшую, выставившую в сторону девочки клинок Аорру. Что за место такое, даже горничные, и те с оружием. Глядя на краснохвостую лисицу, в ее такие же, красные глаза, торчащие из-за чепчика уши с черными помпончиками, мне казалось, что я вижу призрака прошлого. Игнорируя приставленный к горлу клинок, глядя мне в глаза, бесстрашная горничная, непривычным, грубым голосом произнесла:

— Беда, господин, беда!

— Пом… — Встряхнув головой, еще раз пригляделся. Нет, это не моя лисица, слишком молодая, слишком грубый голос, да и что это за передник?

— Марианна, говори, что случилось! — Убрав оружие, Аорра поправляет бюстгальтер и застёгивает на рубашке пуговки.

— Импертица… ой… Император, — стреляет глазками лиса… — Беда, крестьяне из трущоб подняли восстание. Говорят, Император ненастоящий!

Только я стал думать, что власть моя неоспорима, поверил в себя и силу слуг, как вселенная вновь отвесила мне увесистый и чувствительный пинок. Мятеж сразу после прибытия и церемонии передачи власти — идеально. Когда горничная-стражница принесла мне эту весть, я реально так поднапрягся. Думал, сейчас начнется долгая и мучительная катавасия с усмирением мятежа и поиском зачинщиков. К счастью и несчастью, думать — это не моё… Едва я успел разодеться в броню, что должна была показать крестьянам моё величие, прибыла она: драгоценный и незаменимый помощник Облачко.

Ещё разрозненные группы и толпы зачинщиков толком не успели слиться в единую мятежную массу, а суккубша уже докладывала о том, кто и что устроило весь этот кипиш. Как она узнала? Слуги мои, в ночь после нашего прибытия, они, расползаясь во мраке, заполонили улицы, попрятались и затаились там, куда никогда не сунется здравомыслящий и порядочный человек. Все проблемные места, закоулки, подвалы, руины старых сгоревших или заброшенных домов. Город был огромен, мы не контролировали его целиком, но, благодаря все тем же беспристрастным слугам, могли и приглядывали за самыми проблемными местами. Мне не требовался гениальный ум, или даже подсказки извне, чтобы в самом начале, ещё в день прибытия, приказать существам и слугам следить именно за трущобами. Я жопой чуял, после появления моего, самые нетерпеливые точно что-то заподозрят. Мол, бог пришёл на землю, а мы ещё в дерьме живём, почему так? Я б ответил, что бог не настоящий, но, в местных мерках, все боги какие-то, ебнутые слегка. А на фоне некоторых, типа той же Астаопы, я ещё прям бог из богов. В общем, карта с массовыми беспорядками сыграла. Мне придётся оторваться от сисек Аорры, а также от другой запланированной работы, связанных с организацией подвоза строительных материалов к будущей дороге, идущей к пустыне.

Закончить с «Гидрой», так я назвал наших внутренних врагов, оставшихся в городе, планировалось за три дня. В первый день мы, используя полученные Облачком и слугами данные, берёмся за головы, а вернее, главарей. В тот же самый день, мои крылатые эскадрильи гарпий и существ, вместе со стекающимися к трущобам слугами начинают охват отдельных кварталов и улиц, где недовольство в любой момент могло перерасти в бойню.

На второй день, при помощи совсем не человеческих методов, из умов главарей вытягиваются пароли, явки и имена других подельников, с идущей вниз иерархической лестницей. К шестеркам, затейникам, знавшим, кто я такой на самом деле и всё равно затеявшим мятеж, никакой пощады. Они решили сыграть со мной в опасную игру, уничтожить страну, которую создали мои друзья, они проиграли, и пусть теперь не жалуются. Прочитать чужой разум, мысли, для моей свиты — не проблема. С теми, кто был обманут, на религиозной почве, под предлогом попытки смены власти в столице втянут в конфликт, я велел поступить иначе. Этих идейных, верующих в меня и обманутых, просто пленили. Серокрылые ангелы, наблюдавшие за всем с неба, выдергивали их из толпы, обладающие магическим потенциалом слуги затягивали мелких лидеров под землю. После пары таких инцидентов, когда человека уносили в небо либо утягивали в земляные недры, многие воинственно настроенные группы бунтарщиков резко потеряли в настрое. Число «Ораторов», призывавших к беспорядкам, стремительно сокращалось, толпа лишалась своих вожаков. Они своими глазами видели, что с теми происходит, и… разбегались, разбредались. Стадо ничто без пастуха, почти всех пастухов мы разобрали во второй день.

На третий, началась зачистка и принудительное выдавливание на центральную городскую площадь. Армия вошла в столицу, в плотное кольцо взяла весь бунтующий квартал, а после, планомерно, без лишнего насилия принялась выталкивать к площади. Площади, на которой собравшихся уже ждали, горячая похлёбка, сухари и я. Империя обладала немыслимой мощью, однако, и её возможности не безграничны. Столица в поддержку дотационным регионам отправила слишком много. Сначала север, потом огромную часть резервов на юг. Семьдесят процентов стратегически важных для защиты города ресурсов, в основе провианта, разлетелись по всей стране, и в этих условиях я всё равно был вынужден продолжать тратить наши запасы. Тратить, а не накапливать. Я был зол, недоволен тем, сколько времени потрачено впустую. Мы топчемся на одном месте, грызёмся между собой, а враг тем временем качается… вернее, копит силы!

Втирать какую-то божественную дичь толпе я не стал. Находясь на достаточной дистанции, чтобы всё людьми съеденное не вышло наружу, перед толпой, одно за другим, стал снимать кольца. Впервые, без барьеров Дриад и Аорры, увидев над собой то, что видели другие. Аура моя как серое пламя, с серыми металлическими каплями внутри, возвышалась на двадцать метров в высь. Барьер вокруг меня, сколько дней, нет, месяцев он уже надо мной? А я даже и не подозревал… В общем, к удивлению толпы и моему собственному, я рассказал народу о собственной мощи, и том что будет дальше. «Победа или смерть!» — так в трёх словах звучала часовая речь Бога Императора. В войско которого, после произнесения, выстроилась очередь длинной в два километра и численностью в десять тысяч голов. Все беспризорники и беспризорницы, выходцы из самого неблагоприятного квартала. Я рассказал им об армии и том «социальном лифте», что она может дать, при условии если кандидат выживет. Многие даже не задумывались о повышении, почти все, услышав о бесплатной еде, бросили всё, включая свой революционный настрой.

По истечении третьего дня, толпы стали отпускать в двух направлениях: обратно в трущобы или в казармы. Верные мне парни уже успели прошерстить дома заговорщиков и предателей, главарей и их подельников из элит, которые (о чудо!), находились на службе у демонов. Даже подстраивать ничего не пришлось, эти идиоты, отправленные проклятым золотом, сами того не понимая, стали пешками в руках Смерти. И, передавая отравленные скверной монеты, заражали умы других. Так постепенно корысть и жадность победили страх перед карой за восстание против Всевышнего. Ну, что могу сказать… суд над искалеченной скверной душой — дело лишнее. Казнь, за ней призыв, из трупной тени создание верного Слуги, и в Бессмертное войско, отрабатывать свои грехи, таков их путь. Даже смерть не станет для них искуплением, не дарует вечный отдых и покой. И так до тех пор, пока последний ублюдок из числа приспешников Кровавого Кузнеца не исчезнет из этого мира.

Изъяв всё, что было у заговорщиков, накрыв их линии снабжения, отобрав владения, поместья, рабов, слуг и личные войска, все ресурсы направляю в Имперскую казну. Золото через церковь, очистку и в казначейство. Слуг на проверку инквизиции, после, в теплицы. Изъятые запасы еды — на склады, а оружие — ополченцам. Все элементы роскоши и декора в портовые города на продажу. Железные и медные статуи их предков, так же изъять, даже в личных церквях их, возведенных кем-то в прошлом, я велел поснимать колокола и в плавильни. Всё на оружие, инструменты и помощь стране!

На второй день после беспорядков мы уже имели в своих рядах двадцать тысяч неквалифицированных работников из трущоб. Дабы никто не сидел без дела, и все работали во благо одной, великой цели, работы по строительству через перевал планировалось вести в три смены по восемь часов. В горах имелось огромное количество камня, из него получаются отличные дороги, мосты. Однако, и работать с ним дело манозатратное, опасное, в особенности, если вы, а точнее я, хотите не обогнуть гору, а пройти сквозь неё. Я никогда не строил тоннелей, работа для меня новая, но и это не являлось причиной привлечения столь большого числа работников. Лишний камень, который мы будем вывозить из перевала, не будет выброшен на помойку. Его мы используем позднее, в нашем походе на Абу-Хайра. Путь до города-призрака, столицы темных сил, простирается по мертвой пустыне, наполненной всякого рода чудовищами и нечестью. Усугубляют всё свирепые вихри с пропитанным скверной, режущими, словно стекло, песчаными бурями. Стоит нам только выдвинуться, враг обрушит на нас все, что только есть, включая погоду. Подобные сложности ряды авангарда смогут нивелировать защитной магией моих приближенных, но той же магией не защитить идущий и растянутый позади караван, тылы. Именно для обеспечения их безопасности, по мере продвижения нашего на запад, я планировал возводить крепости, одну за одной, день в день. И так как путь наш не близок, ресурсов для этого понадобится много. Я мог использовать простой, уплотненный или обожженный песок, и буду его использовать, но лишь тогда, когда не останется более прочного и в то же время имеющегося сейчас в излишках ресурса.