Чтение онлайн

Голодные и очень смутные годы, когда в России люди после падения СССР теряют жизненные ориентиры. В обществе меняются десятилетиями устоявшиеся принципы и стереотипы. Наступает сумасшедшее время, время шальных денег для одних людей, время опустошения для других, но для всех жителей России приходит время, когда ты можешь всё и не можешь ничего. Законы перестают быть для всех и действуют только в отношении избранных, продажные чиновники и сотрудники силовых ведомств ведут свою игру, наживая огромные состояния, обворовывая людей и государство. Молодые парни, не нашедшие себе правильного применения, становятся бандитами. Появляется новая, никому ранее не известная аббревиатура ОПГ – организованные преступные группировки, получившие реальную власть в стране.

Люди, занимавшиеся интеллектуальным трудом, стали не нужны, и те из них, которые имели хоть какую-то возможность, уезжали из России. А те, которые оставались в надежде, что этот ужасный сон скоро пройдёт, либо влачили жалкое существование, либо пытались превратиться из инженера в продавца на рынке или в паяца с полным отсутствием чувства человеческого достоинства. Только везение и обострение всех в основном низменных человеческих качеств позволяли выжить, а в лучшем случае ещё и разбогатеть. Россия, в которой стал править закон капиталистического общества с русским акцентом, превратилась в раскалённую чугунную сковороду, на поверхности которой постоянно кипело масло и брызги разлетались в разные стороны, а Москва была квинтэссенцией всего происходящего в стране. В эти времена больших перемен и происходили события, которые станут достоянием нашего внимания.

Х в то время, окончив военную службу на Кавказе, будучи офицером российской армии, состоящим в подразделении специального назначения, вышел в отставку. За плечами уже были и срочная служба в республике Куба, где он проявил себя как волевой и бесстрашный воин, заслужив уважение не только отцов-командиров, но и таких же смелых парней, как он, и боевой опыт в республике Афганистан, куда он приехал молодым офицером-романтиком, а уезжал оттуда философом, умеющим убивать. Все предшествующие события привели к тому, что X стал волком-одиночкой, обременённым государственными полномочиями и обязанностями, зачастую требующими от него нечеловеческого отношения к людям. Смелый от природы, физически развитый годами усиленных тренировок, опытный и одинокий мужчина, при этом имеющий разрешение на убийство и желающий действовать по ситуации, начинает чувствовать себя вершителем человеческих судеб. На этом фоне, постепенно теряя человеческий облик, он начинает получать определённое удовольствие от убийства людей, быть может, и недостойных называться людьми, но данный факт не даёт право человеку вершить суд над ними. А государство, сообщество людей, посредством придуманных самими людьми сводов законов и догм наделяет других людей такими полномочиями.

И вот перед нами яркий представитель глубоко засекреченной касты государственных воинов-убийц, руками которого вершится правосудие, но общество об этом может только догадываться, так как всё проходит по другому процессуальному сценарию. Без следствия, прокуроров и адвокатов принимается решение и отдаётся приказ на уничтожение. Только смерть, и никакого другого метода воздействия, так всегда надёжнее. Это приемлемо во время войны, когда есть чётко определённый враг и по всем фронтам ведутся боевые действия. Да, на тот момент в России шли боевые действия. Власть, не имеющая реальной силы, еле-еле сдерживала от распада трещащую по швам Российскую Федерацию. Бандиты творили бесчинства и в основном оставались безнаказанными из-за продажности чиновников. На высшем уровне в режиме жесточайшей секретности было создано подразделение, наделённое огромными полномочиями, необходимое для осуществления чистки общества от «паразитов» методами, неприемлемыми для правового общества. К великому сожалению, только такой метод ведения дел во времена 90-х был результативен и помогал «государственной машине» быстро решать возникающие то тут, то там, как гнойные нарывы, проблемы, влекущие за собой смертельную угрозу для власти.

Х в своей жизни уже по прошествии времени часто вспоминал тот злополучный день, когда его пригласил на встречу сослуживец по Афганистану, в бывшем военный контрразведчик, а «бывших», как известно, в этих структурах не бывает, Жаднов Алексей Николаевич.

Как-то в один из дней, придя домой уже за полночь, X отворил дверь и увидел лежащий на полу в прихожей листок бумаги, просунутый кем-то под дверь. X поднял аккуратно сложенный пополам небольшой лист серой бумаги, которую раньше в основном использовали для печатания документов на печатных машинках. Развернув листок, X увидел не рукописную записку, а напечатанный текст. X был этим фактом удивлён и в то же время заинтригован. Казалось бы, чего проще написать от руки всё, что хочешь передать, а тут нужно было найти пишущую машинку, да ещё потратить время для выстукивания текста. Текст был до боли прост: «Дорогой Х! С трудом тебя нашёл. Я проездом в Москве и очень хочу тебя увидеть. Буду ждать тебя завтра на Новом Арбате, напротив Дома книги в 12:00. Твой брат по крови ЖАН». X безоговорочно узнал в аббревиатуре ЖАН своего сослуживца по Афганистану, и в воспоминаниях всплыли эпизоды той кровавой и абсолютно бессмысленной для советского народа войны. Жаднов, не раз сидя вечером в офицерской палатке, советовался, как ему подписываться, чтобы его подпись передавала своего рода неординарность его персоны и в то же время была понятна и известна людям, которые знают его. В Афганистане душманы практиковали воровство людей, а в дальнейшем пытались получить за них выкуп, и для того чтобы подтвердить, что пленник жив и действительно находится в плену, заставляли его написать письмо своим друзьям, в котором он должен был попросить выкупить его. Это и явилось одной из причин создания такой аббревиатуры. Своего рода узнаваемый знак, подтверждение персонализации. ЖАН всегда выделялся своей изощрённой сообразительностью и прозорливостью, к сожалению, сопровождающейся безграничной циничностью и лицемерием. Он был офицером, но от того гордого и благородного образа, который встаёт перед нами, когда мы произносим словосочетание настоящий офицер, в ЖАНе была лишь бравая выправка и педантичность в одежде, на первый взгляд он производил впечатление эдакого бравого гусара. Воистину говорят, что встречают по одёжке. А внутри этого рослого, с хорошими внешними данными мужчины жил другой – подлый и хитроумный, жадный и завистливый тщедушный недочеловек. Сделать подлость или оболгать человека для того, чтобы продвинуться по карьерной лестнице, для ЖАНа было делом обыденным и даже приносящим ему некое удовлетворение. Но все эти качества ЖАН раскроет уже позже, а пока X и все, кто с ним служили, просто знали, что ЖАН – своеобразный в своём роде офицер, как и все чекисты.

На следующий день Х, по обыкновению, проснулся рано утром, приготовил себе холостяцкий завтрак, состоящий из яичницы, хлеба, крепкого чая и двух сосисок, с трудом добытых в продуктовом магазине того времени. Это был вторник, и всё основное население Москвы спешило на заработки, и когда в 10:30 X вышел из подъезда и направился к метрополитену, людей на улицах уже было совсем немного. В основном все уже были на своих рабочих местах. «Наверное, не случайно ЖАН выбрал именно это время в рабочий день», – подумал тогда Х. Ноябрь выдался на удивление тёплым, но утром всё равно чувствовалась морозная свежесть. В назначенное место X приехал раньше почти на полчаса, и ему пришлось, прогуливаясь по Новому Арбату, размышлять, о чём же всё-таки ЖАН хочет с ним поговорить. ЖАН не заставил себя долго ждать – ровно в 12:00 к назначенному месту подъехала чёрная «Волга», из которой вышел человек в тёмном костюме и чёрных, натёртых до блеска классических туфлях. X сразу в нём узнал ЖАНа.

– Здравствуй, дружище! – начал было разговор Жаднов. – Давай прогуляемся! – и протянул руку для рукопожатия, X отозвался, и они пошли по тротуару в сторону Кремля. – Вижу, ты в хорошей форме, после Афгана многие спились, а ты нет, – продолжал свой монолог ЖАН. X не отличался красноречием и, не понимая, что будет дальше, внимательно слушал, не перебивая.

– Я хочу тебе предложить работу, – вдруг посмотрев прямо в глаза Х, произнёс ЖАН. Это уже потом X узнает, что перед этой встречей его долго и нудно проверяли, выясняя, с кем после окончания службы и вывода войск из Афганистана X общался, прослушивая его домашний телефон, выясняли круг общения и политические взгляды. Всё это было очень важно для его предстоящей деятельности. Приглашая X на встречу, ЖАН уже точно знал, что X настолько устал от того образа жизни, который ему навязали нужда и обстоятельства, что на любое мало-мальски приличное предложение X с радостью согласится. И, как показало время, он не ошибался.

– Что за работа? Ты же прекрасно знаешь, что я кроме военного дела ничего не умею. А на сегодняшний день требуются, как правило, люди с коммерческой жилкой. Ты что посмеиваешься надо мной? Приехал сюда на чёрной «Волге» и строишь из себя крутого!

– Послушай, не горячись! Я действительно предлагаю тебе работу. Вот именно ту работу, которую ты умеешь делать лучше, чем кто-либо.

– А к чему такая конспирация, вызвали бы в военный комиссариат и призвали бы из запаса. Как всех.

– Тут не совсем служба, вернее сказать, служба немного другая. Да и обязанности немного другие. Это я бы даже сказал не служба в том виде, в котором ты привык её воспринимать. Это большое доверие, которое нужно оправдать, и тогда ты станешь жить так, как должен жить достойный офицер, который выполнил свой долг! А ты именно такой. Самый что ни на есть достойный! – в этот момент ЖАН тешил самолюбие X и пытался, как хитрая лиса, опутать его своими чарами.

Х на тот момент ещё не был опытным и мудрым, повидавшим разных людей человеком. Он был прямолинейным солдафоном, сапогом, как в простонародье называют служак, но при этом благородства у него было не занимать. Ему понравилось такое отношение ЖАНа, он был приятно удивлён, что про него помнят и что он ещё представляет хоть какую-нибудь ценность для своей страны. Находясь в стеснённых материальных обстоятельствах, сопровождаемых депрессией, X уже было начал подумывать о том, что в этой жизни его ничего не держит. Он потерял интерес к жизни, его предали. Предали те, кому он служил верой и правдой, не люди, а структуры, страна, правительство. После окончания вооружённого конфликта в Афганистане, когда в 1989 году боевые действия были прекращены, войска СССР были выведены с территории Афганистана, многих офицеров за ненадобностью и по причине экономических сложностей отправили в запас. А, по сути, просто предали и забыли про них. Одним из них и оказался наш герой. Всё это сыграло свою решающую роль в принятии X решения соблазниться на предложение ЖАНа.

– Ты будешь выполнять разные поручения, – продолжил было ЖАН. – Они будут заключаться иногда в наказании виновных. Как бы точнее тебе объяснить?! Нужно чтобы человек вроде тебя, – в этот момент Жаднов, прищурившись, посмотрел на Х, – восстанавливал справедливость. У нас же сейчас полный бардак в стране! – ЖАН озвучил ту же фразу, которую при прослушивании телефона X слышал неоднократно из его уст. – Да, друг мой, полный бардак, я думаю, ты со мной согласен, – и, увидев одобрительный кивок головы Х, продолжил, – так вот, порядка стало маловато. А кто, как не мы?! Да, друг мой, кроме нас-то и некому!

– Ты предлагаешь мне стать милиционером? – недоумевая, спросил Х.

– Нет, не милиционером, а рыцарем, карающим своим мечом зажравшихся подонков!

– Что значит карающим мечом? Я должен буду убивать?

– Ну почему сразу убивать?! Хотя ты, помнится, никогда и не был гуманным! – улыбаясь, проговорил Жаднов, тем самым напоминая, как проходили операции по зачистке в Афганистане, где X по долгу службы принимал решения, иногда противоречащие официальным требованиям руководства, но являющиеся необходимостью и диктуемые законами войны. Это был своего рода мягкий шантаж. И X это очень хорошо понимал, дружба дружбой, а служба службой!