Чтение онлайн

Тем временем они пришли к дому Архиарха. Перед ними возвышался двухэтажный особнячок, добротный, с небольшим садиком сбоку и аккуратной площадкой спереди.

– Собственно, вот моя гордость, – заулыбался писатель, имея ввиду дом.

– Симпатичный, – только и ответил пришелец.

– Ты можешь выбрать любую комнату, какую пожелаешь: те что смотрят на сад потише, а те что смотрят сюда повеселее. Любит тут народ вечером погулять.

– Ну да, все как у нас, – ответил воин, – Мне все равно какая комната, веди.

Они вошли в дом. Навстречу вышла служанка, да еще какая! Она была человеческого роста и, в целом, похожа на человека. Однако у нее было шесть рук. На ней был фартук и чепчик. Этакий гигантский полупаук-домохозяйка стоял и миленько улыбался, приглашая в свое логово. Лурих стоял и пялился на нее, а она на него. Архиарх легонько подтолкнул воина, чтобы вывести его из оцепенения.

– Это Гиарда, моя помощница по дому. Гиарда, это Лурих, мой друг, – представил их писатель.

Гиарда оказалась гектонхейрой. К слову сказать, в литературе она не разбиралась, что сильно огорчало Архиарха. Зато мастерски справлялась с домашними обязанностями, полностью освобождая от этих забот творческую личность писателя. А уж про ее пироги месье Саммонийский готов был слагать оды.

Луриха устроили в одной из комнат с видом на сад и принесли еды. О необходимости есть как раз вспомнил его живот, так как, с момента нового рождения в этой реальности, ничего еще не было съедено. Новое тело оказалось прожорливым, количество проглоченного очень удивило писателя. Гиарда же, была польщена и не упускала возможности подлить добавки. Еда была очень простая, но невероятно вкусная. Она состояла из мяса, овощей и всяких непонятных закусок. Воин все ел и слушал щебетание своего провожатого, которое никак не заканчивалось. А потом, неожиданно, все померкло, потому что тело, оказывается, очень любило поспать и просто выключилось, не предупредив нового хозяина.

****

– Господин!

Вокруг ходили дамы в пышных платьях, а барон сидел, потягивая бренди и куря сигару. Он думал об удачной сделке по продаже имения друга и о своей приличной комиссии.

– Господин, пора!

Слуга что-то хотел от него и настойчиво звал, теребя локоть.

– Чего тебе надо? Черт тебя подери! Что пора? Вот привязался.

– Мистер Лурих пора вставать.

– Какой Лурих? Кто таков? Ну ка выведите его из моего дома…

Внезапно образы воспоминаний накрыли воина и выдернули в реальный мир. Пришелец открыл глаза, на него смотрел писатель и улыбался. Воин потихоньку все вспоминал. Перемещение. Новый мир. Архиарх. Волшебники. Говорящие лошади. Все казалось вдвойне нереальным. Если он проснулся в этом мире и ничего не исчезло, значит это и была новая реальность. Отчаяние захлестнуло его разум. Он застонал и взялся за голову.

– Господин, пора идти, нам же назначено в Дом Мудреца. Что-то случилось? – Архиарх смотрел обеспокоенно.

– Случилось! Я не там проснулся, вот что случилось! – огрызнулся пришелец.

– Однако же вы поспать, мне бы так, раз и все. Вы знаете, у меня очень плохой сон, даже когда сплю, я на самом деле не сплю, а нахожусь в некоем состоянии, будто, пишу у себя постоянно в голове и все время беседую с самим собой. Так это утомляет, хотя иногда…

– Ой Архиарх, не сейчас. Долго я спал?

– Чуть больше часа. Нам пора. Отправляемся? – выразил готовность писатель.

Это место было довольно близко к дому Архиарха. Двое людей прошли некоторое расстояние по городу и оказались на небольшой площади. Посреди стоял старый двухэтажный дом, окруженный со всех сторон столбиками с цепью. Перед ограждением стояла небольшая очередь из разных существ. Кто-то из них тихо шушукался, а некоторые с благоговением взирали на строение. Каждые несколько минут одна из секций открывалась и внутрь запускали одного или нескольких гостей. Привратником был сухощавый старец, который сидел под навесом с очень важным видом и изучал билеты заходивших. С такой же скоростью изнутри выходили те, кто уже получил свое предсказание.

– Господин, позволь мне, – писатель взял у Луриха билет и побежал к смотрителю, тот подтвердил кивком своей старой головы, что все в порядке и снял цепь.

Гости вошли внутрь. Им велено было одеть специальную мягкую обувь, которой тут было навалом, причем на совершенно разные конечности. Потом один из служителей проводил их в кабинет.

Лурих огляделся. В комнате было достаточно светло, благодаря небольшому окну. Прямо перед ними на стене висел весьма искусно исполненный портрет пожилого мужчины с длинной бородой, его проницательный взгляд изумлял своей реалистичностью, даже, невзирая на невысокое мастерство портретиста. В руке, человек на портрете, держал перо, перед ним, уходя под нижний обрез картины, лежал лист бумаги. Ниже портрета располагалась конторка, открытая и приготовленная для письма. На ней лежала папка с листами точно такой же бумаги, как на картине, рядом стояла чернильница с пером, точно таким же, как в руках у изображённого там господина.

Архиарх чуть тронул Луриха и сказал шепотом, что можно задавать вопрос.

– Куда его задавать? – громко спросил воин.

– Тише, тише, – зашипел как кобра писатель и указал взглядом на портрет.

– А, у портрета значит спросить. Как мне попасть домой? – чуть тише сказал воин.

– Спроси еще, пожалуйста, про диктатора, раз уж мы здесь.

Лурих закатил глаза:

– Как победить их Комманария и чего он вообще добивается?

Архиарх удовлетворенно кивнул и на грани слышимости произнес:

– Спасибо.

Вдруг обладатель бороды на портрете закрыл медленно глаза, давая понять, что он принял вопросы. А потом начал неспешно писать что-то на бумаге. Одновременно с этим перо на конторке взлетело и начало строчить по пергаменту. «Это либо чудо, либо умелое представление для паствы», подумал пришелец. Перо перестало писать, тут же справа открылась небольшая дверка в нише, оттуда вышел служитель и заменив лист на чистый, протянул его Луриху, а затем предложил удалиться. Он быстро провел парочку по коридорам и выпроводил на улицу. Представление было закончено. И вот, спустя несколько мгновений, Архиарх и Лурих уже стояли на залитой послеполуденным солнцем площади. Воин с нетерпением начал читать то, что было написано на бумаге..

Глава 2. Милый-милый дом.

Каллиграфическим почерком на бумаге было выведено:

«Совмести в одном броске на поле зрелища

Силы равнодушия и антимагии.

Путь откроет он тебе и свяжет чудище, –

Обязательно доставь проблему матери».

Однако ниже было более мелким почерком написано ещё одно четверостишие:

Спящий, рядом с тобою и все же так далеко,

Запечатлён ты в его безграничной душе, как никто,

Целым с тобою должен он стать,

Чтобы реальности был ты подстать.

В самом низу, самым мелким шрифтом было нацарапано:

Дом там, где тебе хорошо. Добро пожаловать.

Лурих посмотрел на другую сторону листа и, не обнаружив ничего другого, бросил пергамент на землю, подперев бока руками.

– Ну что там? – Архиарх бросился к листку и подобрав его начал читать с благоговением.

При этом он смешно поднимал брови, читая строки, а когда закончил, начал перечитывать текс заново, будто там было написано что-то стоящее, а не эта белиберда.