Чтение онлайн

Райдел повесил трубку и открыл дверцу кабинки. Купил пачку «Голуаз». Жандарм по-прежнему стоял возле бара. Райдел видел его боковым зрением. Надорвал пачку с краю. «Господи, — вздохнул он, — что за шляпа! Идиотская шляпа!» Закурил и направился к двери. Он не глядел на жандарма.

— Excusez, m’sieur. [368] Могу я посмотреть ваше carte d’identite. [369] Будьте любезны.

— Ma quoi? [370]

— Carte d’identite, s’il vous plait. [371]

— A, carta d’identitu, [372] — высказал свою догадку Райдел. — Si. [373] — И достал из внутреннего кармана пиджака темно-зеленый паспорт. — Mio passaporto, [374] — добавил он, улыбаясь.

Жандарм раскрыл паспорт. Его брови приподнялись, когда он увидел фотографию, затем снова опустились. «Кажется, Фрэнк неплохо подретушировал», — с надеждой подумал Райдел. Фрэнк сделал брови гуще и чуть приподнял уголки рта. Жандарм колебался. Это был худощавый мужчина среднего роста с черными усами и сединой на висках.

— Энрико Пераци. Из Италии?

— Si, Roma, [375] — кивнул Райдел, хотя понимал, что полицейский спрашивает, из какой страны он прибыл во Францию.

— Греция, — угрюмо проговорил жандарм, глядя на последнюю страницу, где были штампы пограничной службы. — Так вы приехали из Греции? Три дня назад?

— Si. Я делать путешествие в Греция.

— Как долго?

— Три неделя, — ответил Райдел быстро. Он помнил даты в паспорте.

— Будьте любезны, снимите шляпу.

— Шляпу? — улыбаясь, переспросил Райдел по-итальянски и обнажил голову.

Жандарм посмотрел на него, нахмурившись. Оглядев одежду и новые туфли, снова перевел взгляд на лицо.

И тут Райдел почувствовал, как его защита рушится. Левое веко дернулось, губы одеревенели, и вместо улыбки на них застыла дерзкая ухмылка. Его охватил стыд и чувство вины. На мгновение Райделу почудилось, будто он стоит в кабинете отца и тот обвиняет его в насилии по отношению к Агнес. Но в следующее мгновение Райдел смог выдавить из себя слабую улыбку, хотя лоб его был холодным от пота.

— Где вы остановились?

— В… отель «Монморанси», улица Лаба. — Райдел выговаривал каждое название по буквам.

— Вы свободно говорите по-итальянски? Скажите что-нибудь.

Райдел посмотрел озадаченно, так, словно плохо понял, чего от него хотят, затем улыбнулся и заговорил быстро и громко, сопровождая свою речь энергичными жестами:

— Конечно, синьор. Почему бы нет? Я говорю на этом языке с самого рождения. На нем мне говорить гораздо легче, не то что на французском. Ну вот, теперь мне не остановиться. Вам нравится итальянский? Вы понимаете, о чем я говорю, синьор? — Райдел рассмеялся и похлопал жандарма по плечу.

Вышло неплохо, однако не помогло. Жандарм покачал головой, вернул Райделу паспорт и сказал:

— Будьте любезны, пройдите со мной в префектуру. Вам придется ответить на несколько вопросов. Это не займет много времени.

И, удерживая одной рукой Райдела за плечо, другой поднял белую дубинку, останавливая такси.

Они высадились у префектуры. По обе стороны от входной двери горели небольшие голубые светильники. Здесь последовал разговор между жандармом, который задержал Райдела, и другим полицейским о «Риделе Кэйнере» из Греции. Они осмотрели одежду Райдела. Костюм был итальянский, но рубашка, сильно заношенная, — французская. Галстук — английский. Несколько странно, учитывая, что в Англии Энрико Пераци, согласно его паспорту, никогда не был, но возможно. Все нижнее белье — швейцарское. Райдел купил его более года назад в Цюрихе. Полицейские явно собирались ехать в гостиницу, где остановился Райдел. Его чемодан был американский. За подкладкой, скрытый от посторонних глаз, но не от французской полиции, лежал американский паспорт Райдела. Ситуация была безвыходной. Скрываться дальше не имело смысла.

— Ладно, — сказал Райдел по-французски. Он был в задней комнате, раздетый до нижнего белья.

Полицейские оторвали глаза от его больших, оставшихся от дедушки карманных часов, которые внимательно изучали.

— Ладно. Это правда. Я Райдел Кинер.

— Так вы американец?! — воскликнул второй полицейский, словно это было куда интереснее, чем то, что он Райдел Кинер.

— Уильям Чемберлен жив, — продолжал Райдел. — И я не убивал его жену.

— Минуточку. Подождите, — остановил его второй полицейский, тучный мужчина. И, взяв бумагу, уселся за пишущую машинку, чтобы все полностью запротоколировать.

Жандарм, который задержал Райдела, был очень горд собой. Он с важным видом прохаживался по комнате и самодовольно улыбался.

Райделу вернули брюки и рубашку. Поначалу он отвечал на вопросы односложно: «да» или «нет». Наконец его попросили рассказать о том, что случилось на Крите. Райдел заявил, будто встретил Чемберленов там. Он объяснил, что между ним и женой Чемберлена завязался роман. Чемберлен был вне себя от ревности, когда жена призналась ему, что любит Райдела и решила подать на развод. Судя по всему, эта история заинтересовала французских полицейских. Райдел заявил, будто собирался оставить Чемберленов, вернуться в Афины и подождать там, пока миссис Чемберлен оформит развод. Но ее муж настоял, чтобы Райдел остался с ними. Затем Чемберлен попытался убить его в Кносском дворце. Здесь Райдел смог описать все, что случилось в действительности, и, как ему показалось, рассказ его выглядел вполне убедительно.

— Чемберлен, я уверен, был потрясен, когда обнаружил, что убил жену. Он тут же скрылся, а я еще какое-то время оставался возле ее тела. Меня словно оглушило. Затем я бросился за Чемберленом. Разыскал его в Ираклионе — это примерно в тридцати километрах от того места — и хотел сдать в полицию, но Чемберлен заявил, что, если я сделаю это, он обвинит меня в убийстве его жены из-за того, что она якобы отвергла мои ухаживания. Что-то в этом духе. Понимаете?

— Хм, — кивнул жандарм, слушавший с явным интересом. Без сомнения, эту историю он будет пересказывать еще долго.

— Продолжайте, — попросил полицейский, печатавший на машинке.

— Мы вместе вернулись в Афины и там…

— Вместе!

— Tais-toi, [376] — буркнул печатавший.

— Да. Миссис Чемберлен опознали не сразу, так что для Чемберлена не составляло труда уехать с Крита. В Афинах он достал себе новый паспорт. Я в этом не сомневаюсь.

— Почему?

— Потому что… Он здесь, в Париже. И ему хочется, чтобы его считали убитым или похищенным в Афинах. Он не смог бы въехать во Францию и уж тем более выехать из Греции как Чемберлен.

— Хм, — кивнул слушавший жандарм.

— И где же он сейчас? Вам известно? — спросил печатавший.

Райдел облизнул пересохшие губы.

— Можно стакан воды?

Ему принесли, и он продолжил, по-прежнему стоя.

— Я не знаю, где Чемберлен остановился, но я видел его здесь, в Париже. Думаю, он здесь с пятницы. Я это предвидел, поэтому и приехал сюда.

— Теперь что касается фальшивых паспортов. Где вы достали свой и зачем? — спросил слушавший жандарм.

— В Афинах, — ответил Райдел. — Ведь Райдела Кинера разыскивали… за убийство. Мне необходимо было сменить паспорт. Разве вы не понимаете? А кроме того, я пытался разыскать Чемберлена, — добавил он с горячностью.