Чтение онлайн

В том же году я почувствовала, что мне необходима гадательная практика, и стала работать в Камденском центре парапсихологии. Я добилась заметных успехов и даже получила несколько благодарственных писем от клиентов. Но, к сожалению, через три месяца мне пришлось бросить эти занятия, так как плата за аренду киоска в Камденском центре оказалась мне не по карману. И я принялась изучать древние традиции, намереваясь построить или частично воссоздать магическую систему, опирающуюся на традиционное знание, но включающую также элементы современного оккультизма. Эта книга — плод исследований, которые я проводила в тот период. В то же время я организовала в Лондоне воскресные курсы рунической теории и практики. Мне удалось привлечь много слушателей, и в конце концов я стала ездить с лекциями по всей стране.

В большинстве современных книг, посвящённых рунам, речь идёт преимущественно о руническом гадании. Поэтому я уделяю гадательным техникам не так уж много внимания. Умение гадать — это врождённый дар, который следует развивать самостоятельно, в соответствии со своими индивидуальными наклонностями. В качестве общих ориентиров я привожу лишь несколько техник, которые я разработала сама и нахожу вполне эффективными.

Очевидно, настало время объяснить, почему я взялась писать эту книгу и почему я сочла необходимым, чтобы изложенный в ней материал стал достоянием широкой публики. Традиция северной магии остаётся тайной за семью печатями даже для тех, кто испытывает к ней неподдельный интерес. О существовании такой традиции свидетельствуют и памятники литературы, и многочисленные археологические находки. Общеизвестно, что различные мистические культы и эзотерические практики существовали в Древнем Египте и в Древней Греции. Даже в средневековой Испании действовала знаменитая Толедская школа магии. И я не сомневаюсь, что северная эзотерическая традиция была распространена в дохристианскую эпоху в Северной Европе столь же широко, как и средиземноморская традиция — в южных странах. Доказать это нелегко, так как письменных свидетельств о соответствующих ритуалах и культовой практике до нас не дошло. Единственным указанием на то, что традиция северных мистерий действительно существовала, остаются руны. Тщательный и глубокий анализ рунических символов, выходящий далеко за рамки примитивной ворожбы и даже серьёзных гаданий, позволяет проникнуть в структуру рунической системы и расшифровать скрытый смысл, заключённый в алфавитной последовательности футарка. И тогда становится ясно, что руны — это сложная и глубокая система эзотерической философии. Если же соотнести руны с северной мифологией и дать правильную интерпретацию обнаружившимся параллелям, то перед нами начнёт вырисовываться согласованная и чёткая система посвящений. В этой книге я постаралась привести веские аргументы в поддержку этой гипотезы. Я убеждена, что руны — это зафиксированный в особой форме свод традиционных знаний, накопленных народами Северной Европы с глубокой древности. И мне хотелось бы со всей определённостью установить соответствия между рунами и элементами германской мифологии и доказать раз и навсегда, что вне этой традиционной мифологической системы применять руны не имеет смысла.

Синтез рун и мифов с привлечением современных разработок позволил мне реконструировать достаточно стройную магическую систему. Надеюсь, что воссозданный мною путь северных мистерий станет для многих современных оккультистов достойной альтернативой западному пути. Кроме того, я восстановила систему рунических инициаций, основанную на футарке и эддических текстах и включающую в себя элементы древнего североевропейского шаманизма, которому я отдала предпочтение по той причине, что северные мистерии — традиция индивидуальная, опирающаяся главным образом на личный опыт, а не такая формализованная и организованная, как, к примеру, друидизм. Я беру на себя смелость заявить, что если бы наша исконная северная религия развивалась так же беспрепятственно и естественно, как в те времена, когда на основе примитивных анимистических культов складывался полноценный языческий пантеон, то следующим шагом на пути её эволюции стало бы формирование школы мистерий, подобной тем, что процветали в эллинистическую эпоху в Древней Греции и Египте. Но этого, к сожалению, так и не произошло. На пути естественного развития северной религии встало христианство, и довольно быстро исконная традиция прервалась. Мы лишились своего наследия. И теперь нам остаётся только одно: вернуться к истокам традиции, попытаться экстраполировать наметившуюся тенденцию в будущее и проследить эту воображаемую линию развития вплоть до наших дней. Только так мы сможем реконструировать древнюю северную религию в целостной форме, приемлемой для современного человека, дополнив и подкрепив её современными оккультными техниками, но не запятнав её чистоту сомнительными «достижениями» современной политики.

Первое издание этой книги я опубликовала за свой счёт в 1989 году, а спустя год она вышла массовым тиражом в издательстве «Ллевеллин». Для нынешнего переиздания меня попросили переработать эту вводную часть, что я и сделала с большим удовольствием. В целях предосторожности я включила в первое издание не так уж много личной информации. Но теперь, когда большинство людей, о которых здесь идёт речь, скончались или нашли себе более тучные духовные пастбища, я чувствую себя вправе привести достаточно подробную автобиографическую справку. Кроме того, я могу теперь рассказать о тех событиях, что последовали за выходом в свет первого издания этой книги.

Прежде всего, я получила множество писем от читателей, желавших ещё глубже проникнуть в тайны северной традиции. Под влиянием этих писем в сентябре 1991 года я открыла заочные курсы и разработала программу обучения в соавторстве с Бернардом Кингом, который в то время был моим близким другом и единоверцем. Курсы имели успех, но вскоре стало ясно, что программа нуждается в доработке. По ряду причин личного характера Бернард отказался от дальнейшего участия в работе, но мне пришёл на помощь другой мой коллега, Квельдульв Гундарссон. А Бернард Кинг тем временем опубликовал свою собственную книгу — «Введение в рунологию» (King B. Elements of the Runes). Она принесла ему известность, и я от души желаю ему дальнейших успехов. Что же касается наших заочных курсов, то на их основе вскоре сформировался Рунический семинар последователей Асатру. (К тому времени древнескандинавское слово «Асатру», означающее «вера в асов» или «верность асам», стало одним из популярных названий северной традиции в целом.) Позднее, по просьбе Эдреда Торссона, основателя и Irmin Drighten Рунической гильдии США, этот семинар был преобразован в Руническую гильдию Великобритании. Но… «волк таится в лесу», как справедливо утверждает «Норвежская руническая поэма» (строфа 1, стих 2). Точнее говоря, волк таился прямо в моём доме, и он был не одинок. Не стану вдаваться в детали — достаточно сказать, что происки недоброжелателей принесли свои плоды и моё участие в работе Рунической гильдии оказалось недолгим. В конце концов, и сама гильдия по требованию Irmin Drighten была расформирована, а большинство её членов влились в состав организации «Родичи Водана», на основе которой впоследствии возникла британская ветвь «Кольца Трот». (Англосаксонское слово Troth — эквивалент древнескандинавского tru, означающего «верность» или «вера».) Это произошло после моего лекционного турне по США в марте 1993 года, во время которого руководители американского «Кольца Трот» предложили мне организовать филиал этого общества в Великобритании. Спустя немного времени, в ноябре 1993 года, благодаря бесценной помощи моего брата-волка Квельдульва Гундарссона и самоотверженной поддержке Лайонела, умершего через полтора месяца после этого события, я достигла предела своих духовных мечтаний — мне удалось пройти обряд личного посвящения Одину. Прекрасное начало для нового жизненного этапа и нового большого проекта!

Британское «Кольцо Трот» вскоре обрело статус независимой организации, но продолжало поддерживать тесные связи с одноимёнными группами в США и Австралии. Позднее, с согласия большинства членов, оно было переименовано в «Европейское кольцо Трот», так как в состав его уже входили граждане большинства западно- и восточноевропейских государств, от Литвы до Испании. Благодаря всем этим преобразованиям бывшая лондонская группа превратилась в преуспевающий «сад» (garth, «Гарт Оук-Харроу», названный так по месту проведения ритуалов) — истинную жемчужину в короне Трот. Этот «сад» я основала в декабре 1995 года. Вскоре после того я покинула Лондон и вместе с двумя бывшими «родичами Водана» перебралась в Шотландию. Так было положено начало шотландской общине Асатру. Этому проекту я дала имя «Гладсхейм» — так назывался один из чертогов Одина в Асгарде, место куда более мирное, нежели Вальхалла.

К настоящему времени, к 1998-му году, мой вирд снова преобразился до неузнаваемости. Двое моих спутников, с которыми я приехала в Шотландию, покинули меня, но осенью 1997 года я возобновила работу над проектом. К счастью, у меня ещё оставалось немного денег; а самое главное — мне на помощь пришёл один молодой борец за охрану окружающей среды, не только оказавший финансовую поддержку, но и с готовностью взявший на себя часть организационной работы. Барри не принадлежит ни к одной из языческих традиций Европы: он — сын одного моего друга, который работает в традиции североамериканских индейцев. И это прекрасно. Ведь в наши дни всем язычникам следует держаться сообща и помогать друг другу по мере сил и возможностей. Когда я в очередной раз оказалась в безвыходном положении, меня выручили приверженцы кельтской Викки — люди совершенно посторонние. Теперь они тоже вошли в большую семью Гладсхейма. Ни в коей мере не отрекаясь от «верности асам», я, тем не менее, не устаю повторять, что все свободомыслящие люди должны действовать сообща и сотрудничать друг с другом на благо Матери-Эрды (Земли).

Сейчас, когда я пишу эти строки, секретарь ООН находится в Багдаде и прилагает все усилия к тому, чтобы сохранить перемирие. Мы, язычники, не можем закрывать глаза на то, что происходит в масштабах всей планеты. Но не менее важно и трудиться на местах и в своих общинах — там, где мы живём. Я мечтаю о том, чтобы Гладсхейм превратился в образовательный центр с богатой библиотекой оккультной литературы и действующим хофом (древнескандинавское слово hof означает «святилище» или «священная постройка») с постоянной жрицей (ст. — норв. hof gythia) и по меньшей мере одним жрецом-готи (ст. — норв. gothi), то есть культовым центром, способным удовлетворить разнообразные запросы самых разных людей и тех богов и богинь, которых они чтут. Одним словом, я стараюсь организовать полноценный Хоф со жреческой общиной — в той форме, в какой это будет угодно богам. Кроме того, мы развернули масштабный природоохранный проект и планируем в дальнейшем возродить в Шотландии леса из местных пород деревьев. К участию в этом проекте я приглашаю всех приверженцев языческих традиций — за исключением шарлатанов и наркоманов.

Несмотря на то, что в международном сообществе Асатру я завоевала себе славу одержимой одинистки, я всегда повторяла, что других богов и богинь также следует признавать и чтить по достоинству. Так, в «Кольце Трот» и других британских организациях Асатру растёт число «очагов» (англ. hearth; небольших семейных групп), уделяющих больше внимания ванам и дисам (другим родам богов). Кроме того, существует процветающий Торсхоф (хоф Тора), и не вызывает сомнений, что в дальнейшем разнообразие в среде приверженцев северной традиции будет только возрастать. Асатру в настоящее время насчитывает больше последователей и распространено шире, чем когда-либо за все века, истекшие после прихода христианства. Наше движение стремительно набирает силу и уже может по праву считаться одной из самых известных, деятельных и преуспевающих коренных религий.

HEILSA!

— Фрейя Асвинн

21 февраля 1998 г.

Для того, чтобы проникнуть в истинный смысл рунической системы, необходимо сначала составить представление об эзотерических, мифологических и религиозных традициях Северной Европы — коренных традициях Британских островов, Скандинавии, Германии и моей родной страны, Голландии. Руны — это неотъемлемая часть северной мифологии, и вне её контекста правильно понимать и интерпретировать их невозможно. В наши дни многие пренебрегают этой традиционной сокровищницей эзотерической мудрости, отдавая предпочтение разнообразным экзотическим заимствованиям, которые, однако, оказываются на поверку далеко не столь уместными в нашей культурной среде. Кельтам отчасти удалось сохранить свои древние традиции, но какая судьба постигла наследие англосаксов и скандинавских народов, пришедших на Британские острова ещё в IV в. и составляющих немалую долю их населения? Впрочем, недооценка наших исконных традиций во многом объясняется теми особыми историческими условиями, в которых существовала северная религия: в сущности, она представляла собой совокупность разнородных культов, объединённых только общими божествами, но отличавшихся существенными местными вариациями.

В начальный период насильственной христианизации коренные религии Северной Европы подавлялись гораздо более агрессивно, чем южноевропейские языческие культы. Центром христианского мира был Рим, а римляне враждовали с германскими народами ещё со времён Империи. В скандинавском мифе о Рагнарёк, гибели богов, Один сражается с волком Фенриром, и волк его пожирает. А древнеримский миф повествует о том, что город Рим был основан братьями Ромулом и Ремом, вскормленными волчицей. Скандинавский волк Фенрир может символизировать не что иное, как Римскую церковь — преемницу Римской империи. В соответствии с такой интерпретацией, северную традицию в лице Одина пожрал её заклятый враг — римский волк. Римские императоры не сумели покорить германские племена военной силой, но римские понтифики поставили их на колени силой религии. И в результате были искоренены народные традиции, часть которых составляла и исконная религия Севера.