Чтение онлайн

По мнению Бьювэла, строители Великой пирамиды возвели ее вокруг и поверх холма - в котором и под которым, кстати сказать, находятся Понижающийся коридор и Подземная камера, - поскольку этот комплекс уже являл собой чтимое святилище. Строители IV династии стремились включить это святилище в свое сооружение; именно поэтому они воздвигли Великую пирамиду в опасной близости от скального уступа, отмечающего северную кромку плато в Гизе. Перемещение основания пирамиды всего на 100 м к югу означало бы куда более безопасный проект, но тогда оказалось бы невозможным размещение холма-уступа внутри пирамиды и нахождение Подземной камеры точно под апексом (вершиной) пирамиды. Таким образом, возведение пирамиды именно там, где она находится, можно объяснить только с учетом того, что по религиозным соображениям ее пришлось воздвигнуть над уже существующим культовым святилищем.

Идеи Бьювэла отнюдь не лишены смысла, особенно если иметь в виду доказательства того, что Гиза служила почитаемым святилищем задолго до фараона Хуфу и приписываемой ему Великой пирамиды. Свидетельство тому - Большой Сфинкс.

Гигантский Большой Сфинкс в Гизе (высота - 66 футов, длина — 240 футов, ширина человеческого лица -13 футов), высеченный из монолитной скалы твердого известняка, вырастающей из коренного ложа плато, с 1950-х годов обычно относится к правлению Хафре, второго фараона после Хуфу. В пользу этой атрибуции говорит целый ряд свидетельств.

Во-первых, Большой Сфинкс хорошо вписывается в общую планировку комплекса плато, который включает в себя храм Сфинкса, храм в долине, дорогу Хафре и пирамиду Хафре. Учитывая цельность архитектурно-художественного решения этой части плато в Гизе, вполне резонно предположить, что весь этот комплекс задумал и возвел один и тот же архитектор. Кроме того, можно вспомнить и огромную статую Хафре, найденную в храме в долине в I860 году. Эта статуя, как принято утверждать, еще более увеличивает вероятность того, что Хафре - это и есть тот самый фараон, который воздвиг и храм, и, очень возможно, Большого Сфинкса.

Другой аргумент - стела Сна, испещренная письменами гранитная колонна, созданная и воздвигнутая между лапами Сфинкса фараоном Тутмосом IV, правителем эпохи Нового царства, примерно в 1400 году до н.э. С этой стелой связана весьма примечательная легенда.

Дело в том, что туловище Большого Сфинкса расположено ниже уровня плато в Гизе, в особом углублении, так называемом ограждении Сфинкса, из которого в древности добывали известняк для строительства других сооружений. Постоянно дующие ветра пустыни постепенно засыпали бы ограждение песком, если бы его постоянно не расчищали. Однако именно это и случилось впоследствии, в период всеобщего общественного и политического упадка, последовавшего за распадом Древнего царства, имевшим место ок. 2150 года до н.э. А через несколько десятилетий над неоглядным морем песка возвышалась только голова Сфинкса, загадочная, как и в наши дни.

История гласит, что молодой царевич Египта, ехавший в пустыне, однажды остановился отдохнуть в тени Сфинкса, погребенного в песках. Пока он спал, Хефера, одна из ипостасей бога солнца Ра и божество, обитавшее в Большом Сфинксе, явился царевичу во сне и возвестил, что если тот освободит Сфинкса от песка, то непременно взойдет на трон египетских фараонов. Царевич поступил так, как велел ему Сфинкс, и хотя он и не был прямым наследником трона, он тем не менее действительно стал фараоном. В честь этого видения, благодаря которому он стал владыкой Египта, Тут-мос IV - это был тот самый царевич, - взойдя на трон, приказал высечь стелу Сна и воздвиг ее прямо напротив Сфинкса.

На стеле Сна, откопанной в XIX веке, по свидетельству очевидцев, был высечен первый слог (иероглиф) имени Хафре. К сожалению, эта часть надписи стерта и утрачена, и для ее изучения нет других данных, кроме свидетельств очевидцев, присутствовавших при находке стелы. Но даже если имя Хафре присутствует на стеле, сам факт его наличия вовсе не доказывает, что именно он был создателем Сфинкса. Хафре мог оказаться связан со статуей спустя много веков, подобно тому как это произошло с фараоном Тутмосом IV спустя тысячу с лишним лет.

Следующая группа аргументов связана с именем Марка Ленера из Чикагского университета и другими египтологами, утверждающими, будто лицо человека на голове Сфинкса представляет собой скульптурный портрет фараона Хафре. Прибегнув к помощи компьютерной программы для реконструкции поврежденного лица Сфинкса, Ленер заявил, что лицо статуи «сразу ожило», как только ему придали черты сходства с Хафре.

Утверждения о сходстве с Хафре - самый слабый из трех перечисленных аргументов. Во-первых, при нем возникает замкнутый круг доводов. Подгоняя черты лица Сфинкса под определенное сходство, Ленер не исходил из его конкретных особенностей, а имел перед глазами готовую модель того, как должно выглядеть лицо статуи. Однако гипотезу Ленера опроверг Фрэнк Доминго, служивший тогда в отделе судебно-медицинской экспертизы департамента полиции Нью-Йорка. Он побывал в Египте в октябре 1991 года, чтобы провести обычную «судмедэкспертизу» - получить несколько изображений поврежденного лица Сфинкса, как если бы ему предстояло реконструировать лицо преступника на основе показаний шокированной жертвы. Доминго пришел к выводу, что портреты Хафре и Сфинкса принадлежат не только разным людям, но и представителям разных рас. У Хафре лицо характерно европеоидного типа, а лик Сфинкса - это лицо африканца, с тяжелой нижней челюстью, имеющей другие очертания, и более широким носом.

Великая пирамида, Большой Сфинкс и частично раскопанный храм. Фото Фрэнка Гуда; конец XIX в.

Как подметил эльзасский математик и философ Рене Аор Шваллер де Любич (1887—1961), на монументах на плато в Гизе заметны следы эрозии двух типов. В Египте в определенные сезоны года постоянно дуют ветры, принося с собой песок, вызывающий эрозию. Пески, приносимые ветром, вызывают неравномерную эрозию камня, повреждая только слои самых мягких пород, а твердые оставляет нетронутыми, в результате чего иногда образуется характерная ступенчатая поверхность. Вода, приносимая дождями и другими видами осадков, вызывает на камне эрозию другого типа, в результате которой образуется ровная «обкатанная» поверхность, часто - с характерными вертикальными трещинами, более широкими наверху, чем внизу.

На разных монументах в Гизе наблюдаются различные типы выветривания. Так, например, для построек, уверенно датируемых временем 2600—2300 годы до н.э., то есть началом и серединой эпохи Древнего царства, и возведенных из того же известняка, что и Сфинкс, характерна интенсивная песчано-ветровая эрозия и относительно слабая водная эрозия. Эта картина типична для климата современного Египта, в котором засушливые, ветреные сезоны лишь изредка перемежаются скудными дождями.

На Большом Сфинксе также присутствует ветровая эрозия, особенно на голове, которая возвышается над уровнем плато и принимает на себя всю силу ветров и песчаных бурь, приносящихся из пустыни Сахары. В то же время эрозия под воздействием воды, пугающими следами которой являются глубокие вертикальные трещины, более заметна на стенах так называемого ограждения Сфинкса, особенно - на западной стене. Эта аномалия и привлекла внимание Шваллер де Любича.

Предположим на минуту, что Сфинкс и его ограждение откопаны в одно и то же время с сооружениями, бесспорно датируемыми эпохой Древнего царства, и вы сразу же обратили внимание, что в Гизе, по-видимому, в древности творилось нечто странное. Одни сооружения подверглись эрозии одного типа, другие - совсем иного, но и те и другие - одновременно. Это выглядит полнейшей бессмыслицей, но -лишь до тех пор, пока вы не догадаетесь, что разные сооружения были возведены в разные эпохи и, что самое главное, при различных климатических условиях.

Другие признаки этого можно заметить на стенах храма в долине и храма Сфинкса. Оба они находятся прямо перед Сфинксом. Нет никаких сомнений, что блоки известняка, использованные для строительства храма Сфинкса, были добыты из пластов камня вокруг Сфинкса. Так образовалось ограждение статуи. Весьма вероятно, что стенки ограждения послужили источником известняка и для храма в долине. Впоследствии, через много веков, блоки известняка были облицованы гранитными плитами, на которых сохранились пометки надписи, датируемые эпохой Древнего царства и - более приблизительно - временем правления Хафре. Любопытно, что гранитные плиты подверглись эрозии совсем другого типа, нежели скрытые под ними известняковые блоки. На гранитных плитах обнаружены минимальные следы ветровой эрозии, тогда как известняковые блоки под ними имеют неровный характер поверхности, свидетельствующий о длительном воздействии осадков в виде дождя. Египетские каменщики даже специально подгоняли гранитные плиты с учетом эрозированной поверхности известняка под ними, чтобы внешняя поверхность была более гладкой. Ясно одно: известняки подверглись такой же сильной водной эрозии, что и Сфинкс, а затем были отремонтированы и в позднейшие времена, по всей вероятности - в правление фараона Хафре, обложены гранитными плитами.