Мистификация
Шрифт:
Умирали не все больные из его картотеки. Некоторым медицина и лично он, Левин, находили возможность помочь. Но таких было немного. Возможно, Иван Петрович действительно подумывал о каком-то научном анализе, как ему казалось иногда? "Хочу кое-что посмотреть…" — неопределенно сказал он Кате. Но сам знал, что это не так. Да и поздно ему заниматься наукой.
Жизнь Левина как-то раздвоилась, напряглась. Иногда он был близок к тому, чтобы поговорить по душам со своим другом-психиатром, но в конце концов пришел к мысли, что никому нет вреда от его занятий. И ему самому, Левину, тоже. Душевный же покой он, спокойный человек, потерял давно — еще мальчишкой в сорок четвертом. Когда стоял среди развалин своих и чужих городов, когда слышал крики свои и соседей по госпитальной палате, когда всматривался, лежа на своей койке, в их несчастные, сосредоточенные, надеющиеся или просто страдающие лица и думал о будущем.
Весть о резком улучшении состояния парня, долго умиравшего в реанимационном отделении и почти похороненного накануне ночью дежурной бригадой, не удивила почему-то Ивана Петровича так, как большинство его коллег. Он не увидел в том чуда: просто незнание на этот раз не сработало. Вмешалась Природа. У этого парня — благодатно.
— Возможно, резкий гормональный сдвиг…
— Совершенно необъяснимо!..
— Ну почему же? Наблюдают ведь иногда у реанимированных перемены в их хронических заболеваниях…
Научные споры, разговоры, гипотезы и сомнения.
А Левин подолгу смотрел вечерами в темнеющее небо и улыбался ему. То было его небо, полное загадок, невероятных открытий. Будущего.
Иван Петрович знал, что без этого не может и не должен жить человек.
Антология «Мистификация», Л.: Лениздат, 1990 г.