Миу – страна кошачьих грёз
Шрифт:
– Не соблаговолите ли проследовать за мной на крышу вон того дома, что едва виднеется сквозь облака за кронами деревьев? Я полечу, разумеется, а вам придётся проследовать по деревьям кратчайшим маршрутом, который я вам укажу.
И ворон с тремя кошаками направились к элитному таун-хаусу с красной покатой крышей, который располагался рядом с парком. Семь минут спустя одиночные зеваки могли наблюдать оригинальное зрелище: чёрный ворон и три представителя кошачьих – чёрный и два пёстро-полосатых – с азартом, на всех парах скатывались по крыше виайпишного дома на целлофановых пакетах от чипсов: причём ворон – взахлёб каркая, а коты – яростно мяуча.
Поразвлекавшись всласть, Корвус и коты вернулись на дуб, успев сделать это до приезда полиции, которую вызвали возмущённые жители избранного дома.
– Спасибо, что не отказались, – повернулся довольный Корвус к Насте, – давно хотел это сделать.
– Да что вы, – улыбнулась та. – Мы росКОШно позабавились! Кто знает, когда ещё придется…
– Мда… – вздохнул старый ворон. Он нисколько не запыхался после забавы. – До меня долетела грустная весть об уходе вашей мамы. Но, насколько я знаю, сейчас она занимает высокое положение. Правда, ходят неясные слухи…
«Что в стране не всё благополучно?..» – продолжила Настя.
– Да, – быстро ответил Корвус. – Впрочем… Чем мне передавать слухи, лучше бы вам узнать о происходящем непосредственно из надёжного источника прямо на месте. Я всего лишь страж этого входа в мир животных. Есть кое-что, дорогие друзья, что вы должны знать об этом мире. Он – только для животных. Людей там нет, и это благо – люди не могут принести вреда животным, как это, к сожалению, происходит в мире человека. Поэтому именно туда отправляются души умерших животных, они обретают в животном царстве покой и радость. Другая категория жителей царства – души животных, ещё не появившихся на свет в человеческом мире. Обитатели царства животных ничем не отличаются от нас с вами, они выглядят так же, как и мы. Знают ли они о предстоящем путешествии в мир человека? Помнят ли они свои прошлые жизни среди людей? Насколько я знаю, не все и не всегда. Впрочем, об этом вы сможете спросить их сами. Помните, главное – собраться с духом и сделать мощный прыжок прямо в то облако.
Настя слегка наклонила голову и прикрыла глаза в знак понимания.
– Ах да, чуть не забыл, старая голова! – спохватился ворон. – На той стороне обитает мой старый друг, ворона Кармела. Кармела – опытная воительница, и ей известно многое. Вам нелишне будет заглянуть к ней и передать привет от древнего Корвуса: она могла бы дать пару дельных советов и, возможно, помочь, если возникнет необходимость. Её обитель – на Чёрной скале, что возвышается над Морем Бурь и Ветров. На самой вершине, разумеется. Кармела предпочитает недосягаемость и уединённость… Ну что же, друзья мои, в добрый путь! Возвращайтесь! И ни пуха, ни пера!
– Ко всем чертям! – хмыкнула Настя и обняла старого Корвуса. Платон и Майя навалились сверху. – Пора!
И они устремились наверх.
Глава 6. Прыжок в неизвестность.
Неизвестно, сколько прошло времени: мало ли, много ли – коты упорно карабкались вверх. После ритуала они почувствовали прилив сил. Все трое ощущали себя отважными воинами при исполнении долга. Ведь их ждала мама, ей нужна была их помощь. Они спешат к ней! Наконец, показалась заветная ветка. Настя почувствовала это: она остановилась, принюхалась и повела глазами, внимательно всматриваясь в узоры коры. Затем провела лапой у основания ветки, в месте её соединения со стволом. Под тонким слоем мха обнаружилось чёткое изображение двух сплетённых в танце кошек: светлой и тёмной – символа миу.
«Сюда, – просигналила Настя. – Напоминаю ещё раз, – обернулась она к Платону с Майей. – Вам предстоит сделать прыжок. На этот раз я никого подталкивать и подбадривать не буду. По ту сторону – другая реальность. Мы больше не будем в привычном для нас мире. Вам нужно будет решиться самим. Прыгнуть надо из всех сил, то есть прыжок должен быть настолько мощным, на какой вы только способны. Помните: там нас ждёт наша мама. Я прыгну первой и буду ждать вас на той стороне. После прыжка я подам вам сигнал».
И Настя подошла к месту, где ветка уходила в абсолютно непроницаемый белый туман.
«Я прыгаю». И чёрной полоской Настя исчезла в белизне тумана.
– Хочешь, я прыгну последней? – приободряюще обратилась к Платону Майя, прыгучесть которой теперь возросла многократно.
– Ты думаешь, я трушу? – с некоторым вызовом, но осторожно спросил Платон. – Я сделаю это. Ведь я же хотел посмотреть мир, какой бы он ни был!
Для разгона Платоша отошёл на пару шажков, помялся с лапы на лапу и мощно, подобно тигру, прыгнул. Ввух! Туман поглотил и его.
Майя осталась одна. Она повернула голову назад: вокруг была одна и та же картина – часть ствола и ветки, уходящие в плотный туман. «А сигнала от Насти не было! – пронеслось у неё в голове, и Майя невольно прижала уши в тревоге. – А вдруг что-то не так?..» Она замешкалась.
– Мааум, – еле слышно донеслось до неё.
«Это она! – облегченно выдохнула Майя. – Ну, пора. Прыгаю!» И Майя стрелой устремилась в туман.
Глава 7. По ту сторону дуба.
К большому удивлению наших героев, все трое оказались… на такой же ветке такого же дуба! Что вызвало некоторое недоумение: а туда ли мы прыгнули и прыгнули ли мы вообще? Конец ветки также уходил в туман, и то место, на котором они очутились после прыжка, также вело к стволу дерева. Чтобы прекратить сомнения, Настя объявила: «Спускаемся!» И стала осторожно продвигаться вниз по широкому стволу. Как вы, наверное, знаете, кошки очень легко могут взобраться вверх на дерево. А вот спуститься отваживается далеко не каждая. Наверняка вы хоть раз в жизни могли наблюдать сидящее высоко на дереве, жалобно мяукающее создание: взобраться – взобралась, а вот сойти вниз – ни за какие коврижки! Для некоторых даже приходится вызывать службу спасения, чтобы с помощью лестницы или других приспособлений помочь бедняжке возвратиться на землю. А всё из-за того, что кошки, порой, не догадываются, что спуск совершить легче, если двигаться по стволу хвостом вниз. При попытке же спуститься вниз головой их одолевает страх перед раскрывающейся под ними картиной, где земля так далеко, а когти вдруг не выдержат, и киса сорвётся!.. Жутко.
Так произошло и с нашей Майей. Пока ствол скрывался в облаке, все трое довольно уверенно двигались головами вниз. Когда же завеса рассеялась, и ствол обнажился, перед глазами возникла картина окрестностей: куда ни глянь, повсюду простиралось поле с растущими на нём ромашками и маками. Картина красивая, что ни говори, однако прежде чем полюбоваться ею, необходимо было осуществить спуск. Ошарашенная перспективой, Майя застряла на одной из веток. Она была легче всех, и страх упасть с дерева парализовал её. Настя решила сделать остановку.
– Не-ет! Я не смогу! – жалобно промяукала Майя. – Это просто кошма-ар!
– Но ведь ты же не хочешь остаться и дожидаться нас здесь? – стал убеждать её Платон. – Ты пропустишь всё самое интересное!
– Не-ет! Я не знаю! Я не знаю-у! – стонала Майя. – Ничего не знаю-у-у.
– Тебе страшно, понимаю, – обратилась к ней Настя. – Теперь посмотри на меня. – Она широко открыла глаза, её зрачки сузились. – Смотри на меня!
Майя обратила испуганный взор на чёрную сестру. Её большие глаза округлились. По мере того, как Настя говорила, она, не отрываясь, смотрела на неё, будто заворожённая, и только время от времени водила ушами. Кот, не менее поглощённый происходящим, наблюдал за сценой.