Чтение онлайн

Вот тут я не раз добрым словом вспомнил своих наставников с Кро Вара! И их методу подготовки будущих форсъюзеров. Кстати, и в подготовке «аспирантов», основой у меня все равно была именно кроварская методика. Пресловутый упор на «два удара, три отбива» позволял не только готовить качественных бойцов хорошо и быстро, но еще и сильнее концентрировал обучающегося на достижении результата. Тем более, что техника Формовщиков изначально подразумевала обучение слабого в Силе индивидуума пусть немногочисленным и однообразным, но достаточно эффективным способам и приемам боя. Главное, что бы обучаемый вообще умел чувствовать Силу — и тогда его учили через нее воздействовать на внешнее окружение. А еще, благодаря этим методикам, обучающийся мог укрепить и развить свое тело не хуже, чем настоящий джедай, что в бою тоже немаловажно. Да и улучшение при этом навыков стрельбы или рефлексов для рукопашного боя было немаловажным. Но главное все же Сила, вернее — используемая, с ее помощью мощь Стихий. Человек, с помощь простого телекинеза не способный поднять даже перо, усилием приема Напор Банты, переданным через Силу на врага, способен был не только свалить противника, размером превосходящего себя самого, но, при должной тренировке, раскидать хоть взвод солдат одним ударом, как кегли. Это если научиться использовать прием «Раскат грома». А вот когда вы научитесь приему «Сжигание», овладев Стихией огня, то получите в свое распоряжение настоящий «встроенный» в вас огнемет и бластер в одном флаконе, способный наносить урон Огнем любому врагу в пределах вашей досягаемости. Какой предел? — а такой, насколько вы тренированы. Самое полезное, что при этом легко воспламеняется все, что только может гореть — например, топливо вражеского прыжкового ранца.

Про удары сказали, теперь про отбивы продолжим. Прием, под названием «Плетение земли», освоенный вами, может, в буквальном смысле этого слова, выбить почву из-под ног врага. Ну, или превратить изрядный кусок земли во что-то совершенно перерытое и непроходимое — даже для техники — размер этого куска, опять же, зависел только от навыков адепта. Использование Стихии воды, в приеме «Текучесть», дает, используя Силу, возможность выскользнуть из захвата куда более сильного врага, чем ты сам. Или даже вообще не попасть в его недружеские объятия — и не только лишь физические. Лично для меня главным, в этой технике, явилось, в свое время, то, что она реально помогала самостоятельно вырваться из Захвата Силы — что каким-либо другим способом, с помощью Силы, самому сделать было практически невозможно. А вот используя Стихию ветра, в виде приема «Ветер-Вихрь», можно было не только отбивать летящие в вас разные предметы, но и что-нибудь даже самому бросить во врага. Правда, для этого надо учиться, учиться и еще раз учиться. Как и для более глубокого и основательного постижения остальных основных приемов. Доводя отработку их использования до полного автоматизма.

Да, моим подопечным до высот Формовщиков Кро Вара еще далеко. А тем более — до уровня настоящих рыцарей-джедаев. Но вот обычных солдат они способны очень сильно удивить уже сейчас. Вообще, наиболее перспективным видится пока формирование из моих новых одаренных помощников специальных боевых команд. По восемь бойцов в каждой — кажется, что и для он'гат'акэ объединение по восемь человек является самой оптимальной формой взаимодействия, как и для обычных р'гат — восемь ам'акэ. Офицер, специалист по сенсорным техникам, пара «сержантов» и четверо обычных боевиков как прикрытие и ударная сила группы. Ну и куча обычных живых бойцов или дроидов в качестве их огневой поддержки. Дальше будем глядеть, что из этого выйдет. А пока неплохо бы оптимизировать для них имеющуюся боевую технику. Впрочем, и для обычных р'гат'а-военных тоже не все из имеющегося у Конфедерации в наличии подходит. Мысль, повинуясь воле течения Силы, прихотливо вернулась опять, от размышлений о живых, к стреляющему железу — только теперь, — большому стреляющему железу.

Да, снабжение Тионской Добровольческой Армии тяжелой техникой тоже потребовало моего пристального внимания. С основным боевым танком, стоящим на вооружении армий Конфедерации — ATT, и с тяжелым бронетранспортером MTT — и то, и другое досталось от Торговой Федерации — никаких проблем не было. За организацию их производства в Тионе мне еще малость и доплатили, так велик был спрос. Техника изначально вообще была разработана для живых солдат, и только потом адаптирована под дроидов — поэтому, с обратной конверсией проблем не возникало. Точно так же, как ничто не мешало использовать р'гат'а, как и людям, и обычную артиллерию. Потребовалось только стандартизировать ассортимент выпускаемых в Тионском кластере орудий и боеприпасов с общеконфедератским. Но вот старый «инкомовский» спидербайк MVR-3, принятый как стандартный для оснащения живых солдат Конфедерации, или такой же колесно-шагающий разведывательный байк Tsemeu-6 большого доверия не вызывали. Первый был просто слишком медлителен, особенно для парящего над поверхностью аппарата, хотя и допускал установку мощного бластерного репетира в качестве бортового вооружения, а второй — был излишне громоздок и не нес, при этом, подходящей брони и встроенного оружия. К сожалению, удачный и хорошо вооруженный репульсорный спидербайк STAP, изначально разработанный уже чисто для дроидов, переделать для живых пользователей не было практически никакой возможности — конструкция и так была нагружена по максимуму — хотя, некие умельцы за дело все же взялись. Отчасти вопрос с летающими спидербайками решался закупкой тех же джеонозианских, или разалонских машин — но ни та, ни другая никакого встроенного вооружения не допускали — в легких машинах для него просто не было места. Оставалось разве что давать им в сопровождение, в зоне боевых действий, STAPы с дроидами-пилотами. А модернизировать колесно-шагающий Tsemeu-6, установив приличное вооружение, если и было возможно, то только удалив из него место для пассажира, оставив всю боевую начинку в управление и так уже достаточно загруженного водителя. Конечно, отчасти проблему можно было решить, оснастив байк отдельным мозгом дроида, для того же управления вооружением — повысив цену переделки — но вот поставить туда приличную защиту было уже никак невозможно. И высокая скорость байка спасала положение только частично. Впрочем, особо перебирать харчами не приходилось — следовало использовать то, что есть. В общем, серийные Tsemeu-6, нескольких модификаций, в моей армии все же прижились. Правда, пара фирм с Джаминере и Корлакса, объединив усилия, взялись за разработку новой «универсальной» легкой боевой единицы.

Вообще то, изначально я просто хотел купить лицензию на производство легкого боевого шагохода AT-PT, разработанного Куат Драйв Ярдз еще несколько десятков лет назад. Который был бы отличным дополнением к другой боевой технике Тионской Добровольческой Армии, тем более, что небольшое количество этих машин, купленных еще до войны, на вооружении у моих солдат было. Но, к сожалению, все мои предвоенные планы в этом отношении рухнули: из-за старой распри с Торговой Федерацией Куат наотрез отказывался сотрудничать с любым, кто так или иначе являлся союзником неймодианцев. Так вот, мои тионские производители боевой техники пообещали сделать свой шагоход: если и не как у Куата, то немногим хуже. — И, собственно, пару месяцев назад выдали результаты своих работ, уже воплощенные в металле. Представьте себе разалонский спидербайк, к которому приделали две пары ног — спереди и сзади — это было мое первое впечатление об унифицированном шасси «Скакун». Увиденное железо я тут же втайне — не смущать же энтузиазм ребят — окрестил «безголовым механическим ослом». Впрочем, мое первое скептическое впечатление поколебала демонстрация этого железного ослика. Как ни странно, «Скакун» действительно оказался скакуном: шестьдесят километров в час приличная скорость — и это еще без форсированного режима. Для форсажа, кроме основного микрореактора, у «Скакуна» были еще и батареи накопителей большой мощности — они питали встроенные репульсоры, гравистабилизаторы и реверсивный проектор притягивающего луча, находившийся в передней части «туловища» машины. Благодаря этому «скакун», в течении нескольких часов — в зависимости от нагрузки — мог или бежать, буквально стелясь над поверхностью, со скоростью вдвое больше обычной. Или прыгать, с разбега или с места, на несколько десятков метров, в том числе и по горной местности — кроме репульсоров и гравистабилизаторов, ноги машины комплектовались втягивающимися когтями-захватами — да и проектор тракционного луча был в этом деле сильным подспорьем. Во всяком случае, с низколетящего десантного корабля этот «ослик», даже груженый, мог спрыгнуть и сам — разумеется, если высота полета и скорость были минимальными.

Но это были еще не все плюсы конструкции. Благодаря тем же убирающимся когтям и хорошо изгибающимся суставам, машина могла буквально «ползти на брюхе», в боевом режиме — сохраняя минимальную высоту, для лучшей маскировки на поле боя. Если стоящая в рост машина возвышалась над землей более чем на два с половиной метра, то в «паучьем» положении, ее высота была чуть больше высоты рослого человека. Правда, скорость при этом падала до двадцати-тридцати километров в час. Зато, в такой конфигурации, «Скакун» мог даже лазить чуть ли не по отвесным скалам. Да, еще как плюс — все машины, уже в базовой модификации, несли генератор щита. Слабенького, но, тем не менее — от бластеров вражеской пехоты прикрывающего и саму машину, и ее груз весьма надежно. Осколки гранат и камней щит тоже держал неплохо. И «навьючить» на машину — фактически, дроида, так как ее движениями управлял мощный процессор — можно было, чуть ли не четверть тонны полезного груза. Либо заставить ее нести пару боевых дроидов типа B-2, навесив их по бокам «Скакуна».

Либо переделать в один из чисто боевых вариантов. «Кентавр», рассчитанный на то, чтобы нести живого солдата, как обычное верховое животное всадника. При этом, на задранном вверх «хвосте» устанавливалась турель с двуствольной скорострельной бластерной пушкой, а спереди по бокам — пара трехзарядных легких гранатометов, под пехотного образца гранаты. Все это оружие, кстати, управлялось своим, отдельным автономным дроидным мозгом — по команде водителя, указывавшего цель — снабженным собственным набором сенсоров и рецепторов. Причем, благодаря наличию проектора тракционного луча у базового шасси, запущенные гранаты можно было буквально «заводить» в окна или за углы зданий, или закидывать прямо в окопы и люки — эффективной дальности действия метров на сто хватало. Бластерная пушка била на полтора километра, и даже могла вести огонь по воздушным целям. Теоретически. А вот в другом модуле — «Стрелец» — уже пара таких пушек, снабженным еще более мощным мозгом дроида, в качестве полноценного «управленца», и набором продвинутых сенсоров, могла вести огонь по летательным аппаратам куда эффективнее — как, впрочем, и по наземным целям. Правда, в «Стрельце» для живого пассажира места из-за груза вооружения не было, и это был просто чистой воды автомат с парой мощных микропроцессоров — один управлял самим шасси, а второй — вооружением, которое он нес. В качестве вооружения «Стрельца» могли применяться и другие наборы из лазерного и бластерного оружия, лишь бы мощности батарей и генераторов хватало. Был и еще один специализированный боевой модуль, «Бомбардир», у которого дроидный мозг был оптимизирован для работы в первую очередь с баллистическим оружием — парой автоматических гранатометов. Два двуствольных бластера от Бэ-вторых, выступали там скорее как оружие самообороны от излишне наглой вражеской пехоты. Этот модуль рассматривался уже как чистое средство поддержки для других моделей.

Как вся эта механизированная кавалерия гарцевала, скакала на полигонах, по песку и грязи, лазила по скалам и прыгала с обрывов или через строения — мне продемонстрировали в лучшем виде. Стрельбу, там, где она была возможна и необходима, тоже. Впечатления у меня остались чисто положительными — испытатели техники у фирмачей свое дело знали хорошо, и показать товар лицом умели. Немного смущало одно: «Скакун» и в базовой модификации стоил сорок с лишним тысяч кредиток, а в виде «Кентавра», «Стрельца» или «Бомбардира» еще раза в полтора дороже. Помните, что я вам говорил на счет коликоидского «Скорпенека»? — Так вот, есть у меня подозрение, что эти ребята тоже хотят развести меня на бабки. Жаба давила. Но, во-первых — поддержка отечественного производителя превыше всего, а во-вторых, эти деньги же не мои. Так что я со спокойной совестью заказал на этот год десять тысяч шасси, с разными вариантами «обвесов», и предупредил, что новые заказы тоже будут — если железки моим генералам понравятся. Впрочем, вот как раз в любви генералов к подобного рода железу, я ничуть не сомневался. Так что, придется мне, наверное, еще раскошеливаться.

Но, не «Скакунами» едиными жива Тионская Добровольческая Армия. Танки-дроиды, составляющие основную ударную мощь сухопутных войск, я, особо не привередничая, выбрал стандартные. Тем более, что выбирать мне было из чего. И гусеничный «Убеждающий», разработанный еще для армии Корпоративного Альянса, и колесный «Огненный град» были весьма неплохи, в своих нишах — «Убеждающий» еще и десант из боевых дроидов таскать на себе умел. Лицензии на производство «Октуптарр» и карликовых дроидов-пауков я тоже прикупил, для организации их производства на тионских заводах. Благо, на них и у остальных членов Конфедерации спрос был. А вот с большими шагающими дроидами связываться не стал, предпочтя закупать их для своей армии, по мере надобности, у других производителей в Конфедерации — дорого, однако! Да и не слишком эффективно, особенно в сравнении с Тяжелой Ракетной Платформой. Но это уже совершенно другая история.

Но вот еще про один танк-дроид, оснастка для производства которого мне досталась почти даром, упомянуть все же стоит. Созданный с использованием репульсорного шасси танк-дроид GAT, который первоначально позиционировался в армии Конфедерации как машина поддержки моторизованных частей, оснащенных спидербайками, или танками AAT и бронетранспортерами MTT, на деле принес, в первый военный год, больше разочарований, чем положительных эмоций. Недорогой, всего-то семнадцать с половиной тысяч кредиток, и достаточно быстрый танк — скорость 130 километров в час, был, к тому же, и хорошо вооружен: пара скорострельных лазерных пушек средней мощности и две дюжины дальнобойных ракет в боекомплекте. Увы, недостаточная маневренность довольно габаритной машины, особенно в сравнении с республиканской «Саблей, а главное — явная убогость ее дроидного мозга, сделали данный танк одним из аутсайдеров, в ряду боевых платформ армии Конфедерации. Машину, фактически, сняли с вооружения и отправили на склады. До тех пор, пока одна из фирм Корлакса, занятых в производстве боевой техники, не предложила вариант ее модернизации, связанный, прежде всего с заменой старого дроидного мозга на новый, взятый от «Огненного града», несущего примерно такой же набор вооружения. Разумеется протоколы взаимодействия им пришлось перешивать, так же, как и вносить изменения в базовые программы, вызванные заменой шасси, но оно того стоило — модернизированный танк стал полностью отвечать своим задачам на поле боя. То, что цена танка тоже возросла почти втрое, на фоне конкурентов-одноклассников было даже не особо заметно.

Впрочем, теперь голова у меня болела уже не столько о железе и ценах на него, сколько о том, как из этого железа и живых солдат создать достаточно эффективную армию. Что, советуете положиться в этом деле полностью на генералов? — Извините ребята, но глядя на наших «гениев стратегии и тактики», из командования Сепаратистской Армии Дроидов — так официально зовут у нас объединенное воинство Конфедерации — лично мне хочется одного: потянуться за бластерным пистолетом. Чтобы оных генералов всем скопом перестрелять, или, что проще — застрелиться самому. В силу того, что война есть продолжение политики — именно политики Конфедерации у нас генералов и назначают, как, в общем-то, и везде. А какие у нас политики, такие у нас и генералы, в своем абсолютном большинстве. И по «доброте душевной», чтобы «помочь еще одному ново-созданному воинству Защитников Конфедерации» — именно так, высокопарно, с большой буквы: говоруны на Раксусе прямо-таки обожают произносить Высокие Слова — кто только не попытался сбагрить мне в армию, в качестве такой вот «гуманитарной помощи», всяких неудобных для себя вояк. Нет, встречаются, конечно, исключения в армии и на флоте — вроде того же Тренча, или еще нескольких профессионалов, в основном с доконфедератским боевым опытом и стажем, которых я знаю лично — но эти исключения только подтверждают общее правило. К сожалению, вот таких офицеров мне, почему-то, в качестве «доброго жеста» не предлагали — а то, что предлагали… Хоть и говориться, что «нет отбросов, есть кадры» — полагаться я мог только на немногочисленных венных специалистов — р'гат'а, да еще тех офицеров, что мне выделили из своих не так уж и больших вооруженных сил приемный отец и тесть — ну и еще земляков-добровольцев с Серенно, вроде моего друга Далла. Угу, Далл Борджин бросил успешную карьеру юриста и политика, и, с началом войны, прилетел «на зов Родины» прямиком с Корусанта — и, честное слово, мне стоило огромного труда отговорить его сразу лезть в самое пекло, чуть ли не простым лейтенантом. Все же волонтером он со мной, в деле на Лианне, напросился поучаствовать — а потом я направил его в помощь к Ассегай, с наказом, что пока не дорастет хотя бы до капитана тяжелого крейсера или стардестроера, в бой даже не думал рваться. Упирая, при этом, еще и на важность надежной охраны Кар Шиан, с ее верфями и заводами.