Чтение онлайн

Вызов с флагмана отрывает меня от разговора, и от попытки поделить шкуру неубитого крайт-дракона: как сообщил Далл, с ним на связь вышел подлетавший от планеты челнок типа «Колчан». — Его пассажир заявлял, что он является «резидентом Конфедерации» на Тунде, и спрашивал, по какому праву мы намеревались начать здесь боевую операцию, требуя, за одно, встречи с руководством. Однако! — Я все же недооценил прыть своего врага: так нагло действовать, это надо суметь. — Но, с другой стороны, у меня отлегло от сердца — враг и в вправду на Тунде! Между прочим, этот самозваный «резидент», скорее всего, на самом деле какая-то мелкая сошка, на службе у кого-то из членов КНС: глупо пихать на встречу совершенно левого персонажа — это только насторожит противника. — Кем-кем, а дураком мой враг точно не был. Что тогда? — естественный ответ: диверсия! — Я тут же отдал коммодору Борджину распоряжение усилить бдительность, и ожидать активности незваных «гостей». Интересно, что же задумал этот таинственный, несмотря на предполагаемую персону, враг — попытается пронести, с помощью своих клевретов, на борт «Черного Скимитара» барадиевую бомбу? Глупо: остальные корабли эскадры никуда не денутся — их мощи, в случае чего, с лихвой хватит на весь Тунд — просто выполнение приказа «База Дельта Ноль» займет чуть больше времени, только и всего. Он это должен хорошо понимать.

Тем временем, мы, наконец, приземлились на местном космодроме: как я понял со слов Гелона, место было закрытое для широкой публики, и предназначалось исключительно для всяких специальных мероприятий Чародеев — вроде таких вот Собраний. — Или ритуальных поединков, если так судьба повернет. Произнося эти слова, мой собеседник выразительно на меня посмотрел: похоже, кое-кто совсем не прочь, чтобы я лично разбирался с нашей общей «проблемой». — Быстрый взгляд на его подругу показал мне, что она, кажется, придерживается такого же мнения. Нифига себе, заявочки! — нет ребята, «за спасибо» я на вас работать не буду. — Вы мне за каждую калорию энергии, и за каждую сожженную нервную клетку должны потом будете. Между тем, настроение у меня, вопреки этим обстоятельствам, начало подниматься: наконец то, хоть какая-то определенность — и я даже не сердился на Совет Мудрых, чью совместную волю, как я понял, сейчас до меня довел Гелон. В какой то мере я их даже понимал: устраивать резню и чистку, особенно среди своих, это всегда плохо — ну а если кто-то согласиться на грязную работу, по выпиливать неугодных субьектов вместо них, то, что же делать — такова судьба! — Особенно, если все это более или менее законно обставить. И, похоже, у Совета имеются подходящие кандидатуры, на роль «виноватых». — Ну, тут, товарищи, не слишком быстро: не факт, что как раз среди ваших «смутьянов» и затесался мой враг. Как я уже говорил раньше, дураком этот парень точно не было — иначе у него просто не хватило бы пороху устроить всю эту бучу. Ну да ничего, будем искать — методы имеются. — И «особые приметы» врага тоже. А если будет эффективная помощь местной «власти», так вообще замечательно.

Народу нас встречать, и в самом деле собралось дофтига — полтысячи, пожалуй, не будет, но человек триста наберется точно. Кстати, никаких технических построек возле указанной мне посадочной площадки не было — какие-то строения, похожие на комплекс доков, виднелись вдалеке, за деревьями — а сама эта площадка находилась почти в центре вершины приличных размеров столовой горы. Вокруг нее располагалось что-то вроде парка — примерно такой же, с разными экзотическими деревьями и кустарниками, а так же статуями, стелами и обелисками был у нас возле фамильного замка, на Серенно. За собравшейся немалой толпой виднелось множество спидеров и байков, на которых, похоже, народ сюда и добрался. Интересно девки пляшут — тут что, собрания проводятся на открытом воздухе? — И, наверное, при этом докладчик вещает со своего личного спидера, как некий Ленин с броневика на митинге?

Выходим к народу. — Все по протоколу: сперва живой эскорт, потом я с Гелоном и Алиррой — и потом уже механическая часть сопровождающих, в виде восьмерки Магнастражей. Четыре дроида остаются внутри яхты, чисто на всякий случай — оружия, конечно, на ней не установлено, но бронированная дура, длиной полсотни с лишнем метров, сама по себе представляет неплохой такой «булыжник». — Которым, умеючи, и прибить нетрудно. Истребители сопровождения, сделав «круг почета» над площадкой, отправляются обратно на флагман. Как и положено, эскорт остается возле корабля, а мы двигаемся к отдельно стоящей группе из пяти разумных — острый глаз различает, что не все из них являются людьми, в узком смысле этого слова. Кстати, замечаю один неприятный момент: все остальные чародеи, кроме членов Совета, носят сейчас, как обычно, свои иллюзорные маски. — Что ж, господа, спасибо за доверие. Хотя, честно говоря, особой любви мне как то ожидать от местных было трудно. Однако! — Когда подходим ближе к толпе, мне, наконец-то, удается разглядеть господ советников в подробностях: здоровенный «седой» вифид, явно преклонных годов, и рядом с ним — сердце на миг даже пропустило удар, явно собираясь выскочить из груди — кто то, до ужаса похожий на Гранд-Мастера Йоду! Впрочем, при втором взгляде, сердце становится на отведенное ему место — маленький алиен выглядит явно моложе своего джедайского собрата. На фоне этих членов Совета, их спутники как то теряются, и уже не воспринимаются как экзотика — краснокожие черноволосые мужчина и женщина, похожие на моих спутников, и еще один мужчина, с кожей смуглого оттенка и темно-каштановыми волосами, чьи пронзительные, красного цвета глаза, неотрывно таращились на мою тушку. — На мне что, неприличное слово, что ли, написано, мужик?

Я даже эту мысль додумать не успел: на связь срочно вышел Далл! — Причем, вышел не через шифрованный канал комлинка, а телепатически. — Настолько важными были сведения, которые он хотел до меня донести. У телепатии много ограничений и невысокая «пропускная способность» — но все это с лихвой окупается практически полной невозможностью «подключиться» кому то постороннему к приватному разговору, и тем, что образы и мыслеформы передаются очень быстро. Короче говоря, четверку замаскировавшихся Иллюзией диверсантов взяли прямо в ангаре, когда они, следом за самозваным «резидентом», намеревались пройти дальше, внутрь корабля — четыре тычка электропосохами, и все было кончено: форсеров подвело обычное пренебрежение к «тупым жестянкам». — То, что «жести» кто-то может подсказать, куда и когда бить, и то, что простые датчики движения и объема обмануть просто так очень сложно, эти ребята не учли — за что и поплатились. Не откладывая дела в долгий ящик, Далл тут же распорядился накачать пленных «химией», и устроил им экстренный допрос крайней степени жесткости — с учетом, найденного у них блока шифратора, и специального чипа-контроллера. — Такого рода вещи в КНС находились на строжайшем учете, и местоположение каждого такого устройства непрерывно отслеживалось и контролировалось — ведь с помощью подобных вещей можно было влиять на обмен информацией, и контролировать управление боевыми кораблями и армиями Конфедерации! После такого, обнаруженные у диверсантов капсулы с какими-то толи токсинами, толи растворами, содержащими боевые вирусы, воспринималось как детская игра в шпионов. Поскольку в средствах Далл не стеснялся, то вывернули пленников наизнанку довольно быстро: двое оказались местными обитателями — а вот два других, и это заставило моего друга поспешить с докладом, принадлежали к ордену Пророков Темной Стороны. Честно говоря, мне только этого не хватало — я с большим трудом удержался, чтобы не выругаться прямо на людях, и сохранил нейтральное выражение лица.

Так же мысленно, я приказал Даллу выколачивать, из пойманных диверсантов, всю возможную информацию дальше — чем больше, тем лучше. — Мне казалось, что их задание не ограничивалось всего лишь попыткой устроить какое-то безобразие только на флагмане — для этого сверхсекретные блоки не добывают, и тайком пронести их на борт корабля не пытаются. — С лихвой хватило бы и какой-нибудь эффективной отравы в системах циркуляции воздуха. Самозваного «резидента» Далл кстати, велел просто арестовать и посадить в карцер — для дальнейшего выяснения обстоятельств его появления на Тунде, в более спокойной обстановке. Между тем, корабль моих гостей, пилотируемый Магнастражами, приземлился тут же, на этом же не то космодроме, не то арене без трибун — прямо за моей яхтой, и дроиды, оставив его, бодро потрусили по направлению к своим собратьям, стоящим рядом с ней. Только мне уже было не до этого — я, наконец, оказался лицом к лицу с остальными членами Совета. Что ж, с этими телепатическими переговорами все произошло достаточно быстро — и хозяева встречи, кажется, ничего не заметили. Может, мы и встречались с кем из них в мой прошлый прилет — тогда я под иллюзорные маски, как ни старался, заглянуть сумел далеко не у всех, с кем имел контакт. А более радикальные способы, по понятным причинам, применять, для удовлетворения собственного любопытства, не мог. Ну, вот теперь выпал шанс познакомиться с истинными владыками Тунда в более близкой обстановке.

Познакомить меня с коллегами взялась Алирра, представляя каждого из них по очереди. Старого вифида звали К'Серрим, более молодую версию Йоды — Медар Акав. — Красноглазого смуглого мужика, что так странно пялился на меня, пока мы подходили к их компании — Ла'Сиф Ит-Араг: имечко точно не староситское. Последними были краснокожие потомки истинных ситов — мужчину, довольно пожилого, звали Терик Вайкан, а женщину, тоже не молодую — Лиа Мелако. Потом, так же официально, присутствующим был представлен ваш покорный слуга. Во время взаимного представления, стоящие поодаль остальные Чародеи, незаметно придвинулись, и почти обступили нашу группу, не доходя, впрочем, нескольких шагов — словно соблюдая некую незримую дистанцию. В принципе, могли бы и не подходить — Сила давала возможность слушать разговор издали, если уметь. — Очередная местная заморочка? — сейчас, похоже, увидим. Между тем, покончив с представлением, Алирра предоставила право говорить дальше, от лица остальных членов Совета, К'Серриму.

Вот тут все потихоньку и завертелось. Как оказалось, «лезть на броневик» для местных никакой надобности не было — то ли сам докладчик, толи кто то еще, создали нечто вроде гигантского «зеркала» над импровизированной площадью, где проходило собрание — в нем, как на огромном экране, отражалось все что происходило внизу — разве что ракурс изображения был несколько иным, как будто зритель смотрел на него не снизу вверх, как было бы логично при зеркальном отображении, а скорее со стороны, сбоку: словно в воздухе повис мираж. Ну и, любой звук тоже разносился по площадке от одного края до другого тоже весьма внятно и отчетливо — даже если происходивший разговор был негромкий. Все притихли. Вифид, как оказалось, был мастером потрепать языком: так много словесной воды за раз на меня не выливали еще с бытности студентом университета на Рудриге. Начав издалека, постоянно ссылаясь на какие-то местные реалии и разборки, К'Серрим — после того, как завладел вниманием аудитории — перешел к текущим проблемам Тунда и галактики вообще. Между тем, мастера-чародеи как то слегка расслабились — ставшая на непродолжительное время напряженной, атмосфера собрания явно успокоилась. Кое-кто, похоже, даже заскучал — да и направленные на себя чужие взгляды я стал ощущать как то менее концентрированно, что ли. Таак-с! — А вот и опять Далл: удалось, наконец, вытащить из пленных главную цель их прилета. — Подключиться к корабельным коммуникациям флагмана, и взяв под контроль станции управления и боевые компьютеры, попытаться — ни много, ни мало — захватить абордажной атакой всю нашу эскадру. Или, по крайней мере, ее главные силы — под прикрытием действий диверсантов, которые должны были если и не отключить, то совершенно запутать наши средства наблюдения и связи, с планеты вот-вот готовы были взлететь абордажные суда с вражескими форсъюзерами, поддержанными наемниками. — Неплохо задумано: если бы им удалось обмануть сторожевые системы и вахтенных, у них вполне могло и получиться. Что же, не будем разочаровывать противника: даю распоряжение передать силам вторжения кодированный сигнал на начало операции, как будто бы от имени схваченных диверсантов — ну и, поскольку одного из захваченных чародеев удалось-таки склонить к сотрудничеству, продублировать все это записью его подтверждения успешности диверсии обычными словами. Далл, вскоре, докладывает о выполнении указаний, и сообщает, что у них все готово для приема новых «гостей»: и ионные пушки, и абордажные боты и усыпляющий газ — а уж кто из них кто, и с чем прилетел, разбираться будем потом, когда всех повяжем.

Так, а течение потоков Силы слегка изменилось — К'Серрим все еще продолжал растекаться мыслию по древу, а в окружающей нас толпе снова появились какие-то агрессивные всплески эмоций. Ого, а это уже интересно: глава моих сопровождающих он'гат'акэ, Легкий Туман, сообщил, что за корабль Алирры и Гелона, который стоял поодаль за моей яхтой, и перекрывал, соответственно, часть обзора ее сканерам, проскользнули несколько каких-то личностей. — Кто именно, и сколько, Легкий Туман сказать не мог: оставленные на поверхности челнока «лишние» датчики, прицепленные там Магнастражами, которые пригнали челнок обратно, давали весьма искаженную картину — таинственных товарищей кто-то неплохо прикрыл Вещественной Иллюзией, которая показывала всем, что на месте этой группы якобы пустое место. К тому же, и само расположение этой необычной засады было прикрыто корпусом тунданского челнока — и, как следствие, из окружающей меня и советников толпы, их тоже вряд ли кто сейчас мог видеть. Ну вот, похоже, что мой противник уже начал действовать, и это его «группа поддержки»? — очень даже может быть. — Только, место они выбрали что-то очень странное: их-то не видно, тем более под маскировкой, но и они стрелять никак не смогут. Или я чего-то не понимаю, или нам приготовят «дуэльную площадку» где то по ту сторону от стоящих кораблей! Тогда, сейчас кто-то попробует накалить обстановку, не иначе — пора уже переходить к обострению: просто так, без повода, драку начинать никто не будет, не кабак, однако. Собственно, накалять толпу начал как раз докладчик — он перешел в своих речах к моей персоне, и цели моего прилета на Тунд. Собрание заволновалось, а градус напряженности поднялся еще выше. Оно и ясно — я тут, понятное дело, никто и звать меня никак: приперся хрен с бугра, права качать! — А этот товарищ, кто бы он ни был, для них свой. И где же ты, господин враг — чего тебе еще нужно, чтобы начать действовать? — или я ничего не понимаю, или Совет сейчас, устами одного из своих членов, ведет дело к прямой эскалации конфликта. — Причем, мне только что пришло в голову, что если я о личности врага сужу пока чисто гадательно, то Совет Мудрых этого типа уже вычислил — и теперь готовит какую то пакость, причем не только ему, но и мне тоже. Наконец, в толпе кого-то прорывает.

— Надо же, слепой, не способный различить собственный путь, собирается указывать его зрячим! — Насмешливый голос явно имеет в виду меня.

— Обвинения надо доказывать, иначе слова так и останутся словами. — Чей-то другой голос, более спокойный по тону, доносится с другого конца площади.

Шум в толпе нарастает, и сильный голос К'Серрима с трудом перекрывает его.

— Наш гость заявил, что доказательствами он располагает. Думаю, никто из нашего Собрания не возражает, если он приведет свои аргументы?

— Пусть попробует, сначала, хотя бы указать того, кому он хочет предъявить эти свои претензии. — И потом, тот же самый голос, добавляет. — Почему мы вообще должны выслушивать какого-то заезжего болтуна, с его глупыми обвинениями? Болтать — не дело делать!

Еще когда К'Серрим только начал свое выступление, я, повинуясь скорее внутренней интуиции, чем ориентируясь на ощущения в Силе, начал понемногу увеличивать концентрацию и контроль, как за собственным телом, так и за окружающей обстановкой. Сперва разорвал ментальный контакт с Даллом, предупредив, что, возможно, сейчас мне придется вступить во что-то вроде ритуального поединка, и что информацию он пусть берет, в это время, у Легкого Тумана или его бойцов — или берет ее с терминалов Магнастражей. Потом, по мере накаливания обстановки, предоставил и он'гат'акэ самим решать, что и как делать, если тут начнется небольшая локальная войнушка. Мир для меня свернулся, скукожился до размеров моего собственного тела, в которое хлынул поток Силы: где то там, внутри меня, этот поток привычно поднял огненный вал, имя которому было Ярость. Вал этого внутреннего огня, так же привычно, разбился о несокрушимую стену Спокойствия и Воли — огненный поток, казалось, заполнил меня всего, без остатка, как красное дереллиумское вино кувшин. — И преобразился: Сила, через огонь внутренний, перешла в Огонь внешний — а потом дала мне доступ и ко всем остальным Стихиям окружающего меня мира. Позволив ощутить, чуть ли не до молекулы, все то, что находилось, в этот миг преображения, вокруг меня. Огонь отразил образ потоков Силы, расцветив ауры стоявших вокруг меня форсеров во все цвета и оттенки спектра, Земля, подобно литейной форме, придала твердые очертания изменчивой жизненной энергии, а Вода донесла ее вкус — Ветер же, для которого не было никаких преград, дал услышать отголоски чужих мыслей и оттенки намерений. Все это было привычно, и проделывалось мной уже бесчисленное количество раз — но от этого никак не становясь обыденным и приземленным. Путь Мастера Стихий: я не мог видеть через Иллюзии чародеев, большинства из них, — ни глазами, ни посредством Силы — но ничто не мешало мне чувствовать все окружавшее меня, до последней песчинки на этом куске плоскогорья, посредством связанных со мной, и покорных мне сейчас потоков Стихий. Мои учителя на Кро Варе могли бы гордиться своим учеником: никогда еще единение со Стихиями не было столь полным и всеобъемлющим — потоки Силы внутри меня, и снаружи, несмотря на свою разнородность, в этот миг представляли собой одно целое: я видел отнюдь не глазами, и слышал совсем не ушами. На короткое время мое «я» словно вышло за пределы человеческого тела, и охватило собой все окружающее пространство, которому предстояло стать ареной для боя. К сожалению, долго находиться в таком состоянии было нельзя, да и не особо нужно: все, что мне нужно был узнать, я узнал — но стоявшие ближе всего ко мне что-то все же заметили. Как позже призналась мне Алирра в разговоре, вид у меня, тогда, стал «интересным» — что именно она имела в виду под этим словом, объяснять не стала, но вот ее эмоции, отголосок которых я уловил, был далеки от ее привычного спокойного состояния. В общем, как я понял ее невысказанные мысли, рожа тогда у меня была страшненькая. Хорошо хоть никаких моих мыслей и чувств на лице, в такие моменты, не отражается — видел я, как то, свое голоизображение, сделанное со стороны в подобный момент концентрации сил. Когда оседлаешь «волну», то перенапрягаться так и дальше, нет уже никакой надобности — перешедшее в другой режим работы тело действует почти на автомате. Кстати, у остальных форсъюзеров, даже практикующих в классической манере, происходит примерно так же — разве что распределение потоков Силы совершенно другое.