ЖАНРЫ

Мне нравится, что Вы больны не мной… (сборник)
Шрифт:

Стенька Разин

1
Ветры спать ушли – с золотой зарей,Ночь подходит – каменною горой,И с своей княжною из жарких странОтдыхает бешеный атаман.Молодые плечи в охапку сгреб,Да заслушался, запрокинув лоб, –Как гремит над жарким его шатром –Соловьиный гром.22 апреля 1917
2
А над Волгой – ночь,А над Волгой – сон.Расстелили ковры узорные,И возлег на них атаман с княжнойПерсиянкою – Брови Черные.И не видно звезд, и не слышно волн, –Только вёсла да темь кромешная!И уносит в ночь атаманов чёлнПерсиянскую душу грешную.И услышалаНочь – такую речь:– Аль не хочешь, что ль,Потеснее лечь?Ты меж наших баб –Что жемчужинка!Аль уж страшен так?Я твой вечный раб,Персияночка!Полоняночка!
* * *
А она – брови насупила,Брови длинные.А она – очи потупилаПерсиянские.И из уст ее –Только вздох один:– Джаль-Эддин!
* * *
А над Волгой – заря румяная,А над Волгой – рай.И грохочет ватага пьяная:– Атаман, вставай!Належался с басурманскою собакою!Вишь, глаза-то у красавицы наплаканы!А она – что смерть,Рот закушен в кровь. –Так и ходит атаманова крутая бровь.– Не поладила ты с нашею постелью –Так поладь, собака, с нашею купелью!В небе-то – ясно,Тёмно – на дне.Красный одинБашмачок на корме.И стоит Степан – ровно грозный дуб,Побелел Степан – аж до самых губ.Закачался, зашатался. – Ох, томно!Поддержите, нехристи, – в очах тёмно!Вот и вся тебе персияночка,Полоняночка.25 апреля 1917

«Нет! Еще любовный голод…»

Нет! Еще любовный голодНе раздвинул этих уст.Нежен – оттого что молод,Нежен – оттого что пуст.Но увы! На этот детскийРот – Шираза лепестки! –Все людское людоедствоТочит зверские клыки.23 августа 1917

«На кортике своем: Марина…»

На кортике своем: Марина –Ты начертал, встав за Отчизну.Была я первой и единойВ твоей великолепной жизни.Я помню ночь и лик пресветлыйВ аду солдатского вагона.Я волосы гоню по ветру,Я в ларчике храню погоны.Москва,18 января 1918

Стихи к дочери

1
– Марина! Спасибо за мир!Дочернее странное слово.И вот – расступился эфирНад женщиной светлоголовой.Но рот напряжен и суров.Умру, – а восторга не выдам!Так с неба Господь СаваофВнимал молодому Давиду.Страстной Понедельник 1918
2
Не знаю, где ты и где я.Те ж песни и те же заботы.Такие с тобою друзья,Такие с тобою сироты.И так хорошо нам вдвоем:Бездомным, бессонным и сирым…Две птицы: чуть встали – поём.Две странницы: кормимся миром.
3
И бродим с тобой по церквамВеликим – и малым, приходским.И бродим с тобой по домамУбогим – и знатным, господским.Когда-то сказала: – Купи! –Сверкнув на кремлевские башни.Кремль – твой от рождения. – Спи,Мой первенец светлый и страшный.
4
И как под землею траваДружится с рудою железной, –Всё видят пресветлые дваПровала в небесную бездну.Сивилла! – Зачем моемуРебенку – такая судьбина?Ведь русская доля – ему…И век ей: Россия, рябина…24 августа 1918
5
Молодой колоколенкойТы любуешься – в воздухе.Голосок у ней тоненький,В ясном куполе – звездочки.Куполок твой золотенький,Ясны звезды – под лобиком.Голосочек твой тоненький, –Ты сама колоколенка.Октябрь 1918
6
Консуэла! – Утешенье!Люди добрые, не сглазьте!Наградил второю теньюБог меня – и первым счастьем.Видно, с ангелом спала я,Бога приняла в объятья.Каждый час благословляюПолночь твоего зачатья.И ведет меня – до сроку –К Богу – по дороге белой –Первенец мой синеокий:Утешенье! – Консуэла!Ну, а раньше – стать другая!Я была счастливой тварью!Все мой дом оберегали, –Каждый под подушкой шарил!Награждали – как случалось:Кто – улыбкой, кто – полушкой…А случалось – оставалосьДаже сердце под подушкой!..Времячко мое златое!Сонм чудесных прегрешений!Всех вас вымела метлоюКонсуэла – Утешенье.А чердак мой чисто метен,Сор подобран – на жаровню.Смерть хоть сим же часом встретим:Ни сориночки любовной!– Вор! – Напрасно ждешь! – Не выйду!Буду спать, как повелелаМне – от всей моей ОбидыУтешенье – Консуэла!Москва,октябрь 1919

Братья

1
Спят, не разнимая рук,С братом – брат,С другом – друг.Вместе, на одной постели.Вместе пили, вместе пели.Я укутала их в плед,Полюбила их навеки.Я сквозь сомкнутые векиСтранные читаю вести:Радуга: двойная слава,Зарево: двойная смерть.Этих рук не разведу.Лучше буду,Лучше будуПолымем пылать в аду!
2
Два ангела, два белых брата,На белых вспененных конях!Горят серебряные латыНа всех моих грядущих днях.И оттого, что вы крылаты –Я с жадностью целую прах.Где стройный благовест негромкий,Бредущие через поляКупец с лотком, слепец с котомкой…– Дымят, пылая и гремя,Под конским топотом – обломкиКитай-города и Кремля!Два всадника! Две белых славы!В безумном цирковом кругуЯ вас узнала. – Ты, курчавый,Архангелом вопишь в трубу.Ты – над Московскою ДержавойВздымаешь радугу-дугу.
3
Глотаю соленые слезы.Роман неразрезанный – глуп.Не надо ни робы, ни розы,Ни розовой краски для губ,Ни кружев, ни белого хлеба,Ни солнца над вырезом крыш, –Умчались архангелы в небо,Уехали братья в Париж!11 января 1918

Ни один человек, даже самый отрешенный, не свободен от радости быть чем-то (всем!) в чьей-нибудь жизни, особенно когда это – невольно.

Ученик

Сказать – задумалась о чем?В дождь – под одним плащом,В ночь – под одним плащом, потомВ гроб – под одним плащом.
1
Быть мальчиком твоим светлоголовым,– О, через все века! –За пыльным пурпуром твоим брести в суровомПлаще ученика.Улавливать сквозь всю людскую гущуТвой вздох животворящДушой, дыханием твоим живущей,Как дуновеньем – плащ.Победоноснее Царя ДавидаЧернь раздвигать плечом.От всех обид, от всей земной обидыСлужить тебе плащом.Быть между спящими ученикамиТем, кто во сне – не спит.При первом чернью занесенном камнеУже не плащ – а щит!(О, этот стих не самовольно прерван!Нож чересчур остер!)И – вдохновенно улыбнувшись – первымВзойти на твой костер.Москва, 2 русск. апреля 1921 г. [22]

22

Здесь и далее, до цикла «Сивилла», даты даются по старому стилю.

2

Есть некий час…

Тютчев
Есть некий час – как сброшенная клажа:Когда в себе гордыню укротим.Час ученичества, он в жизни каждойТоржественно-неотвратим.Высокий час, когда сложив оружьеК ногам указанного нам – Перстом,Мы пурпур Воина на мех верблюжийСменяем на песке морском.О, этот час, на подвиг нас – как ГолосВздымающий из своеволья дней!О этот час, когда как спелый колосМы клонимся от тяжести своей.И колос взрос, и час веселый пробил,И жерновов возжаждало зерно.Закон! Закон! Еще в земной утробеМной вожделенное ярмо.Час ученичества! Но зрим и ведомДругой нам свет, – еще заря зажглась.Благословен ему грядущий следомТы – одиночества верховный час!2 апреля 1921
3
Солнце Вечера – добрееСолнца в полдень.Изуверствует – не греетСолнце в полдень.Отрешеннее и кротчеСолнце – к ночи.Умудренное, не хочетБить нам в очи.Простотой своей – тревожа –Королевской,Солнце Вечера – дорожеПеснопевцу!
* * *
Распинаемое тьмойЕжевечерне,Солнце Вечера – не кланяетсяЧерни.Низвергаемый с престолуВспомни – Феба!Низвергаемый – не долуСмотрит – в небо!О, не медли на соседнейКолокольне!Быть хочу твоей последнейКолокольней.3 апреля 1921
4
Пало прениже волнБремя дневное.Тихо взошли на холмВечные – двое.Тесно – плечо с плечом –Встали в молчанье.Два – под одним плащом –Ходят дыханья.Завтрашних спящих войнВождь – и вчерашних,Молча стоят двойнойЧерною башней.Змия мудрей стоят,Голубя кротче.– Отче, возьми в назад,В жизнь свою, отче!Через все небо – дымВоинств Господних.Борется плащ, двойнымВздохом приподнят.Ревностью взор разъят,Молит и ропщет…– Отче, возьми в закат,В ночь свою, отче!Празднуя ночи вход,Дышат пустыни.Тяжко – как спелый плод –Падает: – Сыне!Смолкло в своем хлевуСтадо людское.На золотом холмуДвое – в покое.6 апреля 1921
5
Был час чудотворен и полн,Как древние были.Я помню – бок о бок – на холм,Я помню – всходили…Ручьев ниспадающих речьСплеталась предивноС плащом, ниспадающим с плечВолной неизбывной.Всё выше, всё выше – высотПоследнее злато.Сновидческий голос: ВосходНавстречу Закату.8 апреля 1921
6
Все великолепьеТруб – лишь только лепетТрав – перед Тобой.Все великолепьеБурь – лишь только щебетПтиц – перед Тобой.Все великолепьеКрыл – лишь только трепетВек – перед Тобой.10 апреля 1921
7
По холмам – круглым и смуглым,Под лучом – сильным и пыльным,Сапожком – робким и кротким –За плащом – рдяным и рваным.По пескам – жадным и ржавым,Под лучом – жгущим и пьющим,Сапожком – робким и кротким –За плащом – следом и следом.По волнам – лютым и вздутым,Под лучом – гневным и древним,Сапожком – робким и кротким –За плащом – лгущим и лгущим…12 апреля 1921
Поделиться с друзьями: