Чтение онлайн

Сил спорить с собой просто нет. Я выжата как лимон. И душ не принес мне должного облегчения. Зато смогла уснуть сразу, как только прикоснулась к подушке.

Будильник звенел по привычке в семь. А я не могла пошевелиться. Сил нет, хотя пять часов я смогла поспать. Делаю несколько глубоких вдохов и резко сажусь.

– К черту всех, мне нужно как-то жить дальше.

Именно эти слова меня заставляют идти дальне, а не сложить руки и ждать своей кончины. Глупо, мерзко, беспросветно, но бывало и хуже. Сейчас у меня всё не ак уж плохо, как было еще полгода назад. Мне нужно держаться. А мнение Князева меня совершенно не интересует.

На кухне включаю негромко радио и готовлю себе порцию кофе. Не люблю его пить по утрам, но именно сейчас он мне необходим.

Первой в кухню спускается Агния Петровна и присоединяется к моему утреннему кофе. Мы завтракаем за незначительной беседой, каждая в своих мыслях, и постепенно притихаем, молча допивая напитки, когда в кухню входит Князев.

Он застыл, глядя на нас обеих, и буркнул:

– Не думал, что застану вас здесь.

– Хорошо, что застал, - с лёгкой улыбкой говорит Агния Петровна.
– Присядь с нами, у меня есть к вам двоим разговор. Серьёзный, я даже пригласила своего адвоката, она будет после десяти. Но, думаю, справедливо будет вас к нему подготовить.

Я напряглась. Очень сильно напряглась. Потому что такой свою Агния Петровну никогда не видела. Её что-то очень сильно угнетало. Я видимо плохая помощница, если не заметила такое кардинальное изменение. Только сейчас пристально смотрю в глаза женщины и понимаю, что сегодня же нужно созвониться с лечащим врачом моей подопечной. Пусть назначит дополнительное обследование. Уныние, которое последние сутки прослеживается на лице женщины, мне не нравится.

– Только не томите, если нужно связаться доктором, то я сейчас же это сделаю.

Я срываюсь на ноги, глазами пытаясь отыскать свой телефон. Черт! Куда я его подевала?

– Дина, сядь, - устало говорит Агния Петровна, - я прекрасно себя чувствую и не собираюсь ни в больницу, ни на тот свет. Но этой неприятной темы мы всё же коснёмся.

Она перестаёт смотреть на меня и поднимает взгляд на своего драгоценного внука.

– Дима, ты знаешь, что я люблю тебя больше жизни. Я растила тебя, я горжусь тем, что у нас получилось. Я горжусь тобой больше чем твоим отцом. Ты замечательный, умный, цепкий парень и уже сумел доказать и мне, и своим родителям, что ты можешь добиться всего сам. И не нуждаешься ни в чьей помощи.

– К чему столько дифирамб, ба?
– прерывает слегка охрипшим голосом поток ее слов Князев.

Агния Петровна говорила так искренно, что я пропустила через себя каждое слово сказанное о её внуке. Я не единожды слышала, что на внуках часто родители исправляют свои ошибки молодости. Стараются вложить в детей их детей больше сил, больше времени и, конечно же, больше любви. Я вижу, что эта женщина искренно гордится плодами. Ия как бы я не относилась ко всем мужчинам, отрицать результат на лицо просто кощунственно. Князев действительно сильный, уверенный, да и харизмы в излишестве, хоть на рынке продавай.

– Я решила переписать завещание в пользу Диночки, мой дорогой. Когда я умру, я хочу чтобы эта квартира и всё, нажитое в ней, дорогое моему женскому сердцу, перешло Дине.

А дальше мне стукнуло в голову так, что черные круги пошли перед глазами. У меня слуховые галлюцинации? Хорошо, что я до этого села, иначе давно упала в объятия пола.

– Зачем?
– шепчу одними губами, боясь посмотреть в лицо Князеву.

Знаю, он сейчас же схватит меня за волосы и вытрясет всю душу. И я его пойму, потому что дикая ситуация.

– Потому что я так хочу, моя дорогая, и имею на это полное право. Ты спасла мою жизнь, и очень разнообразила её. Никакая премия не может в полной мере выразить мою благодарность. Поэтому я хочу поступить так, и я так сделаю.

– Каждую минуту в мире медики спасают жизни пациентов, но это их работа. Агния Петровна! За что вы так со мной?! – я схватилась руками за стол, понимая, что меня накрывает отчаянием.

Да меня в землю закатают после случившегося. И первый претендент стоит передо мной. Я даже боюсь взгляд поднять на Князева. Но чувствую, что взрыв будет похлещи ядерного.

– За что?
– удивляется пожилая дама.
– Интересный способ выразить свои мысли, но я понимаю тебя. Ты в шоке, это пройдёт. Пожалуйста, не отказывай мне в удовольствии выразить свою последнюю волю так, как я считаю нужным.

Она сжимает мои ладони и смотрит мне в глаза.

В этот момент Князев молча покинул кухню, затем мы услышали, как через минуту хлопнула входная дверь.

– Не обращай внимания на него, он сердится на то, что вчера кто-то помял его симпатичные телеса.

– Но вы ведь ничего не знаете обо мне… - спазм сжимает моё горло, потому что я не достойна такого подарка от слово «совсем».

А молчаливый поступок Князева ещё больше забросил под кожу страх, который медленно, мучительно врастал в каждую клеточку и порабощал моё дрожащее тело. Я уже безумно боюсь его гнева.

– Все, девочка, разговор окончен. Обними бабушку и скажи спасибо, и я пойду прилягу. Дай мне знать, когда придет адвокат. Или когда Димка вернётся.

Я не хочу спорить, потому что ещё ничего не известно. Может будет к лучшему, если Князев сейчас вернется на драконе и полыхнет огнем и все выскажет своей бабуле? О да, такое сложно пережить, но я смогу. И очень надеюсь, что этот мужик сделает мне одолжение.

– Обязательно, вы отдыхайте, а я сварю на обед грибной суп.

Я стойко выдерживаю тот момент, пока Агния Петровна покинет кухню и только потом беззвучно рыдаю, сложив голову на руки на столе. Мне так горько, так противно от того, что чужой человек мне доверяет больше, чем отец. И да, мне безумно стыдно из-за того, что я совмещаю в себе две ипостаси. Агния Петровна видит мой светлый образ. Дмитрий знает мою темную сторону. И это пугает.

Я заглушил мотор и устало посмотрел на окно. Свет горел наверху, у бабушки, и в спальне Дины. Сжал кулаки, стиснул зубы и вышел из БМВ, направляясь к подъезду.

Открыл дверь в её комнату без стука. Никогда в жизни мне не было более плевать на формальности.

– Знакомая вещица?
– спросил у сидящей на кровати девчонки, двумя пальцами сжимая ее паспорт, который раздобыл у её отца.

Она непонимающе смотрит на меня, потом на вещь в моей руке. Слетает с кровати, вырывает документ и дрожащими пальцами рассматривает пластик. Не верит в то, что видит.