Чтение онлайн

Нет, Адам, мы не убийцы. Убийцы это вы! Мы же просто защищаемся, потому что мы, также имеем право жить, как и вы. И помимо этого у нас ещё есть и миссия, и мы не имеем право умирать, пока наша цель не будет достигнута, чего бы это нам не стоило. Ты слышишь меня, Адам? Мы не позволим уничтожить нас, как каких-то мутантов, недостойных жизни. Мы будем бороться до конца, даже ценой собственной жизни. Пока хотя бы один из нас не станет свободен и не понесёт божественный свет в массы.

— Допустим… — согласился Адам. Действительно, по последним разведданным, он догадывался сколько примерно погибло «мимов» за всю военную компанию. Но сие, не оправдывало их и совершённые ими поступки. — Но с другой стороны, ваши речи безумны. При чём здесь высшая цель, когда вы попросту заражены, неизвестным науке, вирусом? — задался он справедливым вопросом. — Вирусом отделившим вас от людей. Вы всего лишь разносчики заразы. И ещё неизвестно что с вами станет в дальнейшем. Вдруг этот вирус смертелен и вы попросту поставите под удар выживание всего человечества на земле, прикрывшись маской избранности Высшим Началом. И стоит вас выпустить на свободу, как вы сразу же уничтожите всё человечество, заразив его своей болезнью, якобы проведя очищение.

Трудно казалось бы было поспорить с сим утверждением, но Строгав, довольный собою только задрал голову и рассмеялся:

— Ха, ха, ха… Кто тебе сказал, Адам, что мы заражены смертельным вирусом? — в ответ спросил он, как бы обвиняя. — Ха, ха… Не верь им Адам. Не верь! Мы не разносчики болезни и мы не представляем опасности. Да мы другие… Но совсем чуть-чуть, Адам. Мы чуть-чуть не такие как вы. Ха, ха, ха… — Строгав смеялся лишь одним горлом, практически не раскрывая рта. И смех у него шёл изнутри, без явных внешних проявлений весёлости. От чего звук получался глухой и какой-то уж жуткий, нежели радостный. — Да мы несём в себе вирус, — подтверждая вышесказанное, вымолвил он. — Но вирус не смертельный. Ты слышишь? Это вообще не болезнь, Адам. Это частица Господня, которая изменила нас в лучшую сторону. А как ты думал, Адам? Как ты думал можно ещё изменить человека, сделав его лучше, очистив душу от грехов? Словами, молитвами, убеждениями? Наивность… Ха, ха, ха… Все это мы проходили, Адам. И что? Люди изменились? Нет!.. Они остались прежними не вняв гласу добра и разума. Если не сказать, что стали только хуже…

Словами и убеждениями не изменишь мир, Адам. Поздно! У каждого человека, сегодня устоявшийся взгляд на мир, а следовательно у каждого человека своё суждение на счёт добра и зла. Это сидит в вас настолько глубоко, что оно просто въелось в вашу кожу. И это убеждение уже не искоренить, какие бы слова при этом не употреблялись. И поэтому хватит. Хватит разбрасываться словами, Адам! Пора переходить к действию. А как?..

Вот тут видимо у Бога и созрел план — изменить человека изнутри. Изменив его тело и сознание, можно сделать человека лучше и совершений. Вот что несёт ваш вирус, нам! И вовсе это не смерть, а наоборот лишь начало новой жизни. Так что не верь им Адам. Не верь! Ха, ха, ха…

И всё же позвольте не поверить вам, — протестуя сказал Адам, смело глядя в глаза собеседнику. — Вы утверждаете, несмотря не на что, что вы отмечены самим Богом. Но я не вижу доказательств? Кто может это доказать? По моему мнению вы обычные, заблудшие души, запутавшиеся в своих же собственных домыслах. Религия учит нас, что все люди живущие на Земле — равны между собой и нет царя над ними, кроме Бога. И по-моему мнению, путь к Богу лежит через любовь и смирение, а вовсе не через насилие и гордыню, что позволяет вам возвыситься над другими. И то, что вы мне здесь доказывали — это всего лишь жалкая пропаганда, нацеленная на то, чтобы я поверил в ваши высокие цели. — И в словах Адама послышалось пренебрежение. — Вы стараетесь навязать мне свою точку зрения! — бросил он в лицо собеседника. — Чтобы затем я унёс её остальным людям и постарался убедить их, какие вы тут все хорошие. Но вы заблуждаетесь…

Я не верю не единому вашему слову, потому как истинная правда, в том, что Бог любит нас и не оставит нас в трудный момент. Особенно когда на землю пришёл «Легион» дьявола, в вашем лице. Ту правду, которую стараетесь вы тут мне навязать, на самом деле является наглой ложью. Истина…

— Истина, правда, — передразнил его Строгав, перебивая пламенную речь, скорчив кислую рожу. — Адам, милый мой, какой же ты ещё глупый… — нагло заявил он, улыбаясь во весь рот. — Да, возможно, я тебе преподношу свою правду, ту, в которую верю сам. Но пойми, в этом вопросе бытия, не может быть чьей либо правды, вообще. У каждого она своя. У каждого по этому вопросу, своя истина. Разве сами люди, не пытаются навязать друг другу, свою собственную правду бытия? Свою истину? Разве Христиане не утверждают, что их Бог самый правильный, самый добрый и справедливый? Разве иудеи не утверждают, что они избранный Богом народ? Разве мусульмане, не пытаются навязать всему миру, что нет Бога на свете кроме Аллаха или буддисты, лезущие тоже со своей правдой? Или я не знаю… Какие-нибудь там сектанты или сатанисты, которые также пропагандируют свою истину. Разве они не несут миру свою правду. А кто же из ни всё-таки прав, а Адам? Что ты скажешь на это? А может я, со своей собственной истиной? Молчишь…

А я вот, что тебе скажу, Адам. Все они не правы! Все! Существует лишь одна правда — единая для всех и она говорит только о двух вещах. Это то, что Бог или един во всех проявлениях или же Его вообще просто не существует. Вот так Адам. Так что, выбирай какая тебе по душе истина и правда? Или же та, о которой я тебе рассказывал и получается, что моя правда ничем не хуже других. Или же та, которая утверждает, что Бог — это всего лишь напросто вымысел. Выбирай! — предложил Влад, делая правой рукой произвольный жест, вознося её кверху. — Ха, ха, ха…

Адам не стал делать выбора. Он просто покачал головой и свободной рукой вытер, грязное от пыли и сажи, усталое лицо:

«Да, этот Влад Строгав даст мне сто очков форы, в области демагогии, — отрешённо подумал он, внутренне преклоняясь перед собеседником. — Надо же так всё умудриться перевернуть, что даже в итоге забываешь где белое, а где чёрное. И главное, всё так тонко вывернуть, что и не подкопаешься вот так сразу. Да не простой мне попался собеседник, не простой…».

— Хорошо, предположим ваша истина, тоже истина, — сказал он, но при этом не сдавая позиций, всё же предпочёл гнуть свою линию. — И поверим, что она ничем не хуже и не лучше, чем у других. Но позвольте! Как вы можете считать себя обычными людьми, даже больше, совершенными людьми, избранными и очищенными самим Богом, когда в вас нет ничего человеческого. Посмотрите вокруг. Разве это нормально? — спросил он обводя лагерь у себя за спиной. — Разве нормальные люди себя так ведут? Особенно те, кто совсем недавно пережили ужасную бомбардировку. Стоявшие, можно сказать, на пороге смерти. Нет. И ещё раз нет! Живые так себя не ведут. Посмотрите на себя, вы же похожи на роботов и ведёте себя как они. В вас нет не души, ни сердца. Люди здесь, в лагере, словно и не люди. Они не разговаривают между собой, не смеются и не плачут, вообще не проявляют каких-либо нормальных, обычных, человеческих эмоций. Хотя, как я понимаю — эти люди не были подготовлены к войне и они не прожженные вояки, хлебнувшие по горло крови и отчаяния. Ан нет. Все. Абсолютно все, ведут себя так, как будто ничего и не было.

И ещё… — указал Адам на второе несоответствие с его взглядами на жизнь, — эта ваша жёсткая дисциплина. Создаётся такое ощущение, что вы вовсе не обладаете личностью, своим собственным «эго». Вы как механизмы, выполняете то, что от вас хотят и не важно, что это будет. Вы не находите? Мне вот сразу это бросилось в глаза. Получается что у вас тут не свобода, а тирания. И тогда особенно странно. Почему это Бог, для выполнения своей высшей цели, выбрал именно вас? Ведь путь к Богу, лежит через душу, а значит и через чувства и в первую очередь через чувство любви и справедливости. У вас же нет ни чувств ни эмоций. Вы безлики. Люди не обладающие личностью. Как такие создания могут быть угодны Богу? Как люди не чувствующие этот мир душой, могут ставить себя превыше других. Ведь именно Бог дал людям свободу личности, свободу выбора и чувства, чтобы…

— Чувства, — озлился Влад, выплёвывая слово, как горькую и отвратительную пилюлю. — Чувства, говоришь, свобода выбора. — Кривил он лицо, зло сверкая глазищами и вдруг неожиданно рассмеялся, — Ха, ха, ха! Какой же ты ещё глупый, Адам. Какая наивность…

Ты что же до сих пор считаешь, что людям дал твои хвалебные чувства, Бог? Ха! Или же завещал полную свободу? Нет, Адам! Ты вновь и вновь, и в который уже раз заблуждаешься. Ты думаешь чувства ведут нас только к добру и человечности? А свобода идёт нам на пользу? Ха, ха, ха…

Хорошо… Тогда вот насчёт чувств. Ты вот давай, попробуй вспомнить хотя бы несколько самых сильных чувств добра, — предложил он, немного поиграть своему собеседнику. — Давай Адам, вспоминай… Что не можешь, вот так, сразу? — не поверил Строгав, наигранно обижаясь. — Ну что ж, раз так. Давай я тебе напомню, самые сильные чувства добра, свойственные человеку. Считай. Чувство любви — раз. Чувство жалости, чувство сострадания и чувство самопожертвования — три. И?.. И всё, — сконфуженно сказал Влад, разводя руками. — Больше нету, Адам. Получается, мы имеем всего четыре самых сильных чувства добра.

Теперь же Адам, давай-ка вспомним сколько чувств свойственных злу. Само чувство озлобленности — это раз. Чувство зависти, ненависти, ревности, жадности — это два. Чувство страха — три. Да-да, Адам ты не ослышался, чувство страха, тоже можно отнести к чувствам зла. Ведь как получается, смотри? Это чувство спасает нашу жизнь в сложных ситуациях, казалось бы хорошо. Но взглянем с другой стороны. Чувство страха часто заставляет нас вести себя неразумно, оно предаёт нас в самый критический момент. Что не так, скажешь? Ха, ха, ха! Всё так, Адам. Всё так. Само чувство страха оскверняет нашу душу, делая человека трусом и ничтожеством.