Чтение онлайн

– Здравствуйте! – сказал генерал пафосным голосом. – Давайте отойдем, Мариванна, поговорим.

Это было так смешно, что мы с Полей, не сговариваясь, прыснули, а я дурацки игривым голосом спросила:

– Зачем?

– Обсудим ситуацию, – поднял бровь генерал, мол, «ты дуру-то из себя не строй!».

– Я с незнакомыми мужчинами интимных разговоров не веду, – идиотски состроила я глазки, мол, «и не мечтай, что с тобой будут играть в твои игры!» – только в присутствии моих юристов!

– Зачем нам юристы? – пожал плечами генерал, прищурившись. – Мы прекрасно договоримся без них. Не верите?

– Совершенно исключено, – развела я руками, – я без юристов денежных вопросов не решаю. Пойдемте в офис, Людмила Трунова звонила, что опаздывает. Она в тюрьме с подзащитным.

Лицо генерала невесело откликнулось на слова «тюрьма» и «подзащитный», но он быстро взял себя в руки. Как психоаналитик, наблюдающий за лицом и текстом клиента, я такие вещи подчеркиваю для себя красным карандашом. Тюрьмы боится. Рыльце в пушку. Защищает жулика. Раньше командовал прямыми наездами, теперь не понимает, как себя вести, чтобы решить вопрос. Тем более с двумя паясничающими дамами.

– Хорошо, готов идти в контору.

Мы двинулись пестрой цепочкой. Я с Полей, приподняв длинные веселые летние юбки. За нами важной походкой генерал. За ним почтительно семенящий Отличников в отглаженном к встрече с генералом костюме. За ним Петруша в джинсах и футболке с полупристойной надписью.

Секретарь конторы предложила нам элегантную переговорную комнату, и мы важно облепили полукруглый стол. Повисла пауза, ужасно выгодная в переговорах. Такую паузу первым прерывает проигравший.

– Вот моя визитка, – прервал ее генерал и протянул вульгарную визитку, какие очень любят постаревшие силовики.

У меня коллекция таких визиток с изображением гранаты, автомата, ракеты, пистолета, красной звезды, белого черепа и черного кулака. При виде такой визитки сразу хочется посоветовать человеку: не мучайся придумками, рисуй сразу эрегированный член, раз решил презентовать себя именно в эту сторону. Фирмы таких героев называются тоже в стилистике «шок и трепет», «мрак и ужас», «круче нас только яйца». Короче, как у подростков…

…Я посмотрела визитку, передала Поле, та тактично сдержала улыбку. Потом я достала диктофон, щелкнула кнопкой.

– Вы что, записывать будете? – растерялся генерал.

– Конечно! А то у меня с памятью плохо! – улыбнулась я.

– Не понимаю… зачем вам запись? Мы ведь просто собрались поговорить… – Генерал сузил глаза.

– Для истории. А может, и в суде пригодится! По новому УК очень записи в судах пригождаются, – нажала я на слово «УК».

– Как хотите! – обиженно пожал он плечами, мол, в душу плюнули.

– Ну, вот вы серьезный человек, занимаетесь серьезными делами, в визитке написано «Ветераны внешней разведки». Почему ветераны внешней разведки приходят представлять интересы автосервиса? – мягко спросила я.

– А у нас договор с сервисом на юридическое обслуживание. Честно говоря, я очень удивился, что вы мне сразу не позвонили. Лифшиц сказал, что сразу вам дал мои координаты. Вы могли сразу встретиться со мной, – доброжелательно откликнулся генерал.

– А зачем мне было вам звонить? – выдохнула я. – Это ведь у вас проблемы. Как только вы поняли это, вы сами позвонили…

– Насколько я понимаю, у вас тоже проблемы…

– Тоже. Но масштаб не сопоставим. А к СОБРУ вы какое имеете отношение?

– Никакого.

– А вот господин Козлов говорил моим подругам по телефону, что у автосервиса крышует СОБР, – бросила я легкую приманку.

– Я абсолютно не знаю, кто такой господин Козлов, – скривил губы генерал.

– Как? Пришли защищать интересы сервиса, но вы не в материале дела?

– Нет, я в материале… – замялся генерал. – Я его лично не знаю…

– В ваших профессиональных интересах это знать, потому что все сюрпризы, которые преподнес этой компании Козлов, будут вашими, а не нашими… – томно вставила Поля Ковач.

– Козлов – это тот, который вам машину продал? – вроде бы вспомнил генерал.

– Не продал. А взял деньги и дал покататься. Продал – это когда оформил… – сделала я трагическое лицо.

– Я честно скажу, я пришел к вам с конкретным предложением. Даже с двумя. Первое: как я понимаю, вас не устраивает сумма, выставленная за ремонт автомобиля. Так что поскольку вы не в состоянии оплатить ремонт машины, то…

– Подождите-подождите, я в состоянии оплатить ремонт машины, просто считаю, что если договор был на две тысячи, а выставили пять, то это вымогательство.

– Договор был не на две тысячи, насколько я знаю…

– Может быть, вы там незримо присутствовали, но у меня нет оснований не доверять собственному сыну, которого я знаю 26 лет. И еще 9 месяцев в течение беременности. А с точки зрения Уголовного кодекса…

– Про это не надо. Я ведь пришел сделать вам два предложения, – перебил генерал.

– Но во время делания предложений вы произносите вещи, не соответствующие действительности, – ага, даже от слов «Уголовный кодекс» дергается, бедняга, – поэтому я вынуждена вас поправлять, чтобы у вас была правильная картина мира.

– Хорошо, поправляйте… Итак, первое: поскольку вы не согласны с этой суммой, то сервис готов вам вернуть машину в том состоянии, в котором вы ее сдали. Это будет за наш счет, – сказал генерал с таким видом, с каким любимым женщинам дарят даже не квартиры, а усадьбы.

– Интересное предложение, – промямлила я.

– Второе: взвесив все «за» и «против», просчитав все возможные судебные издержки и потери, мы пришли к выводу, что все равно остаемся в проигрыше. В материальном. И чтобы не тратить ни ваше, ни наше время, я готов с вами обсудить значительное понижение оплаты проведенного ремонта, – продолжил генерал.

«Все! Они поняли, что попали в полную задницу, и он даже не может потерпеть, чтобы не расколоться!» – переглянулись мы Петрушей и Полей.