Чтение онлайн

– Когда-то у меня были длинные волосы, – произнесла она, не отрывая взгляда от монитора.

– Да ну!

Она достала с полки фотографию и бросила мне на кровать.

Юная девушка с длинными вьющимися волосами, больше похожая на русалку...

– Это ты? – изумленно воскликнула я.

– Собственной персоной!

– Боже, какая ты красивая, это просто невозможно... Нет, ты и со стрижкой хороша, но... Знаешь, кого ты мне напомнила? – решительно воскликнула я.

– Керубино?

– Нет, ты как Рамедиос из романа Маркеса «Сто лет одиночества»!

– Читала лет пять назад, но как-то с трудом припоминаю...

– Да та, что была настолько красива, что обрилась наголо и носила холщовый мешок вместо платья...

– Ну спасибо, и это ты говоришь перед показом...

– Нет, я к тому, что ты в любом виде будешь красива, хоть что с собой сделай. А вот если б я, например, лишила себя волос и нацепила рубище...

– Милое дитя! – Она поцеловала меня, защекотала. – Ты всегда что-нибудь придумаешь... Ты не забыла? Сегодня к пяти. Я тебя встречу у входа. Зинаиде Кирилловне я передала пригласительный, будет сидеть на самом лучшем месте, рядом с моей мамой. Нет, приходи к четырем, я проведу тебя за кулисы. Разузнаешь все, посмотришь изнанку дефиле, поговоришь с людьми – получится прекрасный репортаж.

– А Глеб с Борисом – придут?

– Вот еще, у них своих дел полно... Нет, ты подумай, очень интересны мальчишкам их возраста показы мод?!

– Ну да... Инесса, а вдруг у меня ничего не получится?

– Попытка не пытка... Уж хоть один абзац должен выйти! – засмеялась Инесса. Она уже одевалась, и я встала, чтобы разглядеть безделушки на стеллажах, стоявшие перед книгами. В основном это были изделия тишинских мастеров – нечто подобное было и у меня, – странные, смешные звери, и вещи, которые явно были привезены откуда-то издалека. Китайский монах с качающейся головой, костяные фигурки египетских богов, пестрые куклы в национальных одеяниях – то ли Малайзия, то ли Таиланд...

– Ой, какой хорошенький! – не сдержалась я, увидев котенка из резного камня.

– Сердолик... – рассеянно бросила Инесса, она была уже почти готова.

Котенок был чудо как хорош, из серовато-рыжего камня – он весь напружинился и подобрался, словно увидев перед собой бабочку или птицу, удивительно изящная и забавная вещица.

– Боже, это настоящее произведение искусства!

– Да, довольно ценная вещь, – пробормотала Инесса. Мне показалось или нет – но она вдруг как-то погрустнела, стала серьезнее. – И еще вот что...

Она торопилась – я это знала, но вытащила из шкафчика еще одну вещь – серебряный старинный медальон, нажала на крышку. На когда-то белой, но теперь пожелтевшей эмали, покрытой паутиной трещин, был изображен молодой черноволосый мужчина в военном мундире.

– Это настоящий раритет, – с печальной гордостью произнесла она, – старинная вещь.

– Да... – прошептала я как зачарованная. – Кто это?

На миг у меня в голове мелькнуло какое-то подозрение, но тут же исчезло, когда Инесса ответила:

– Франсуа Боле, офицер наполеоновской армии.

– Откуда?

– По наследству досталось, – небрежно ответила она.

– А вот это что... – Я потянулась вверх к золоченой китайской пагоде, но Инесса вдруг вскрикнула:

– Ах, я опаздываю! Потом, потом посмотрим... Мне сейчас в редакцию, а затем в Дом мод, еще кучу дел надо провернуть. Владимир Ильич нервничает!

Я проводила ее до крыльца. Она обернулась, помахала мне рукой и крикнула:

– Смотри же, не забудь – к четырем!

– Непременно...

Это был странный день – к полудню все вдруг исчезли, Борис перестал играть на фортепьяно, стало тихо, Филипыч не шаркал над моей головой, в соседнем дворе Люсинда не кричала на Милку – город затаился. Я сидела на балконе в жарких лучах летнего солнца и напряженно думала о том, кто был отцом детей Инессы. «Я расскажу ей свою историю, расскажу о Павлике – в ней должно что-то дрогнуть, я непременно замечу... В самом деле, как все просто – первая любовь, мальчик за соседней партой...»

После полудня пришла тетя Зина и сообщила мне, что вчерашнее сочинение все написали прекрасно, даже Головатюк отличился, сделав минимальное количество ошибок – как раз для того, чтобы получить твердую тройку.

– Теть Зин, а какие они у тебя? – спросила я. – Они влюбляются? У этого Головатюка есть... герлфренд?

– Герлфрендов у него нету, – серьезно ответила тетушка, – но вот с девочкой одной он крепко дружит.

Я хотела ее спросить, была ли и у Инессы школьная любовь и не могли ли ее дети оказаться результатом столь ранней страсти, но вместо этого сказала:

– Сегодня жарко...

– Да! Говорят, весь июнь будет таким.

У Дома мод я оказалась даже раньше четырех. С собой я захватила блокнот с ручкой и всю дорогу думала, каким должно быть название моей статьи. «Возрождение легкой промышленности на местах»? Слишком официально, даже официозно, кроме того, пока еще неизвестно, как пройдет показ. И на каких таких местах? «Интрига вокруг свадебного платья» – глупо, тем более что показ затевается не ради одной Машеньки Соболевой. «Черт, ничего у меня не получится...»

– Вызовите Аристову, – попросила я охранника у входа, который заявил, что я пришла слишком рано.

Через пять минут появилась Инесса с какими-то прищепками на голове.

– Пришла? – возбужденно крикнула она. – Это со мной...

Мы прошли в огромный пустой вестибюль.

– Инесса, ты понимаешь, я боюсь, у меня ничего не получится, – стала я жаловаться, но она меня не слушала. – Я тут придумывала название...

– Просто смотри, ни о чем пока не думай, слова придут потом, – заявила она. – Рафик вне себя... Алина опаздывает, у нее дочка вчера заболела, кажется, чем-то не тем ребенка накормили.

– Бывает, – рассеянно ответила я, с трудом вспоминая, кто такая Алина.

Мы поднялись по широкой мраморной лестнице, потом по каким-то коридорам прошли в огромный зал, где царила страшная суета – в первый момент я даже растерялась, оказавшись в этом водовороте, – бегали полуголые девушки с бигудями на голове, носились какие-то тетки с вешалками на колесиках, стрекотали швейные машинки, кто-то кричал о том, что звук не идет, рабочий в синем комбинезоне хладнокровно разматывал провода, не обращая внимания на девиц, зеркала отражали свет и увеличивали вдвое суматоху, царившую в этом царстве моды...