Чтение онлайн

— Не увенчались, — согласилась чиновница.

— Садитесь на ужине рядом со мной, Инна, — велела она. — И вы Камилла тоже.

Петухова кивнула. Гордо выпрямила спину и поправила прическу.

— Разберись там с рассадкой гостей, — сказала Председательша своей помощнице даже не поворачивая головы. — Камиллу и Инну пересади рядом со мной.

Помощница в ужасе округлила глаза, но возразить не посмела. Молча отошла от них и побежала разыскивать администратора.

— Как там поживает мой любимчик Алекс? — спросила дама Камиллу.

— Все еще гастролирует по Японии, — вздохнула девушка, — но уже в субботу возвращается в Москву.

— Очень перспективный юноша, — многозначительно посмотрев на Камиллу, сказала Корнеева. — Ну да ладно, что-то мы с вами заболтались совсем. Инна, вы знакомы с супругой Главы Ордена D&G? — спросила она у Петуховой.

— Пока еще не довелось, — ответила чиновница, — но давно очень хотела с ней пообщаться.

— Пойдемте, я вас представлю, — сказала Элеонора, потом повернулась к Камилла. — Развлекайтесь, моя милая. А мы вас оставим.

Дамы растворились в толпе гостей. Камилла облегченно вздохнула. Пока все шло нормально.

Но несмотря на радушный прием Председательши Клуба, никто из «дамочек» не торопился подходить к Камилле поболтать. Пару минут девушка прогуливалась, кивая знакомым женщинам, но сама ни к кому не подходила. Она была в их мирке всего лишь гостьей. Может быть пока и в следующий раз все будет по другому. Но сегодня, согласно правилам хорошего тона, заводить разговор первой было невежливо. Ситуация переставала быть томной. Самое время было что-то предпринять, и Камилла решила пойти в дамскую комнату подправить макияж.

Открывая дверь туалета, она случайно услышала разговор. От беседовавших Камиллу отделяла тяжелая бархатная штора цвета индиго.

— Ты только подумай, — возмущенно звучал женский голос. — Первый раз сюда заявилась и уже охмурила Элеонору! Даже сфотографировалась с ней! А я как всегда со своими разговорами не угодила!

— И не говори, — вторил ей второй. — Эта девица — редкая дрянь, так подлизываться к Корнеевой. Я стояла недалеко и слышала весь их разговор. Меня чуть не стошнило от того, как Нестерова подхалимничала.

— И почему одним, как эта несносная Камилла, все достается на блюдечке с золотой каемочкой, а другим, таким как мы с тобой, приходится вкалывать каждый день, а результатов совсем не видно.

Камилла отодвинула штору и вошла в дамскую комнату. Перед большим зеркалом две девушки подкрашивали губы. Одна из них была та самая модель, с которой отказалась разговаривать Элеонора Корнеева. Другую молодую женщину в чернильно-фиолетовом плиссированном платье с шлейфом от Nina Ricci Камилла видела пару раз в светской хронике вместе с одним крупным банкиром. Учитывая специфику Дамского клуба, она скорее всего была его женой. Когда девушка вошла в туалет, обе говоривших замолчали и с некоторым ужасом уставились на Камиллу.

— Я все слышала, — весело сказала она, достала из минодьера маленькую косметичку и стала подправлять свой макияж.

— И что? — через пару минут спросила модель. Она уже пришла в себя и теперь была настроена агрессивно, решив, что лучшая оборона — это нападение. — Думаешь нас запугать? Побежишь жаловаться Элеоноре?

— Зачем? — удивилась Камилла. — Вы сами считаете себя проигравшими, а меня победительницей. Хотя я в вашей гонке участия не принимаю.

— А то и видно! — рассмеялась жена банкира. — В журналах светишься, на все тусовки таскаешься в вызывающих костюмчиках, с Элеонорой любезничаешь изо всех сил, а теперь, оказывается, что в этом ты участия не принимаешь?!

— Мы еще не говорим про По, которого ты так ловко охмурила, — ядовито добавила модель.

— Мне понятна ваша злоба, — спокойно парировала Камилла, обращаясь к последней. — У вас, кажется, был кратковременный роман с Алексом, если я правильно помню? Так что ваши чувства вполне объяснимы — ревность, неуверенность в собственных женских чарах, зависть. Но ваши… — она посмотрела на жену банкира. — У вас же все и так есть — богатый муж, молодость, красота, стильность, статус. Ваша агрессивность кажется мне совсем неоправданной.

После этих слов глаза модели вспыхнули ненавистью, она сжала кулаки, покраснела, поджала губы. У Камиллы мелькнула мысль, что она возможно переборщила. Модель была готова броситься на нее. Драка в туалете на ужине Дамского клуба было совсем не тем, чего хотела Камилла. Жена же банкира напротив была в замешательстве. На ее лице читалось сомнение, она уже сожалела о том, что напала на Камиллу. Все это тройственное противостояние длилось не более тридцати секунд.

Наконец жена банкира повернулась к модели и положила ей руку на плечо:

— Ладно, дорогая, пошли в зал. Мы все уже наговорили друг другу того, о чем потом, скорее всего, пожалеем. Давай не будем усугублять ситуацию еще больше.

Модель не хотела уступать, но и не готова была лезть в настоящую драку, так что дала себя вывести из туалета. Когда входная дверь в дамскую комнату закрылась, Камилла облегченно вздохнула и посмотрела на себя в зеркало.

«Если бы я огребла сейчас за свою несдержанность и высокомерие, — подумала она, — это было бы вполне справедливо. И кто меня за язык дернул?!»

Конечно, злить модель было очень приятно. Но с другой стороны Камилла понимала, — издеваться над человеком, который считает, что проиграл тебе — неблагородно и недостойно.

Настроение было изрядно подпорчено. И когда гонг известил начало ужина, Камилла вернулась в зал безо всякого энтузиазма. Однако все прошло замечательно. За столом Элеоноры, не считая ее самой, Петуховой и Камиллы было еще семь гостей. В основном все взрослые женщины неопределенного возраста с высоким положением в обществе и хорошо образованных, так что разговоры велись интересные, далекие от сплетен. Обсудили пару книжных новинок, Лондонский фестиваль интеллектуального кино, предстоящие предвыборные показы. Хотя за столом присутствовали представительницы всех трех ведущих Орденов споров из-за политики не возникало. О ней говорили скорее с юмором, нежели с фанатизмом.

Особенно долго обсуждали списки кандидатов на присуждение Нобелевской премии. В этом году совершенно неожиданно для всех на премию по химии была выдвинута москвичка Наташа Шмидт. Камилла была знакома с этой молодой женщиной. Она работала вместе со старшим сыном ее куратора Анатолия Куприна в известном на весь мир Институте Химических Экспериментов. У нее была своя лаборатория, где Наташа на протяжение семи лет билась над новым способом производства искусственных мехов. Наконец девушке все удалось и она представила свое ноу-хау на суд общественности. Ученый мир был поражен. Смысл нового производства состоял в том, что мех не синтезировали из искусственных материалов, а выращивали. По сути был воссоздан процесс роста волосяного покрова животных только в лабораторных условиях с применением клонированных волосяных луковиц. Этот мех было практически невозможно отличить от настоящего. Все ведущие мировые модные Бренды уже запросили себе пробные образцы. Предложений от инвесторов, готовых вложиться в открытие массового производства мехов по данной технологии, было не пересчитать.