Чтение онлайн

— Хорошо, вернемся к сути вопроса. То есть Вы, Анфиса Столыпина, управляли электромобилем в экспериментальной обуви. При этом Ваша машина, как я понимаю, не оборудована специальными педалями для обуви, — Камилла бросила взгляд на пакет с сапогами, — на платформе выше десяти сантиметров. Так?

— Да, Ваша честь, — девушка была готова расплакаться.

— Анфиса Столыпина, суд постановляет не давать Вам статуса «Жертва Моды», Ваш фэшн-уровень остается прежним, Вы лишаетесь лицензии на управление электромобилем сроком на три месяца и Вам вменяется уплатить штраф в сумме двухсот фэшн-марок в течение одного месяца. Вам понятен приговор?

Девушка кивнула, а по залу пошел недовольный гул.

— Суд высоко ценит Ваше стремление способствовать прогрессу Моды, но не с риском для собственной жизни и жизни окружающих. Хорошо, что никто серьезно не пострадал, — сказала Камилла, успокаивая публику, и добавила уже мягким отеческим тоном, — Анфиса, я Вас прекрасно понимаю. В Вашем возрасте у меня были похожие порывы. Но не наказать Вас означает дать зеленый свет таким же девушкам, как Вы. А Российское Правительство не хочет рисковать жизнями перспективных и стильных молодых людей.

Анфиса подняла глаза на Камиллу и, увидев ее улыбку, тоже улыбнулась. Даже засияла. Наказание было не слишком суровым. Штраф и все медицинские расходы ее папочка оплатит и даже не заметит потери этих денег. Человек он богатый. С руководством Университета тоже вопрос утрясет. А возить ближайшие три месяца ее будет кому, судя по пострадавшему в той же аварии Микаелу.

— У Микаела Потапова есть какие-либо претензии к Анфисе Столыпиной? — спросила Камилла.

— Нет, Ваше честь, — поспешно ответил мужчина.

— У представителей Бренда Gucci будут какие-либо возражение или предложения?

Представитель Бренда предложил Анфисе войти в состав экспериментальной группы, но только через три месяца и если с ее стороны не будет допущено никаких правонарушений. Девушка пообещала, что не будет и в сопровождении довольного адвоката и под ручку с не менее довольным Микаелом покинула Лазурный зал.

— Все бы покидали заседание с таким сияющим лицом после проигранного дела, — сказала она Луизе.

Та закивала, улыбаясь. Молодая еще, неопытная, любит такие вот романтические истории. Камилла вздохнула. Следующее заседание начиналось через пять минут. Значит передохнуть не удастся.

А вот последнее дело оказалось самым запутанным и непонятным. Две девушки поругались в зале модного ресторана с молекулярной японской кухней «До». Одна сказала что-то неприятное про стиль другой, та услышала, ответила на грубость. Началась ругань, скандал, девчонки полезли друг на друга с кулаками. Обе были со своими любовниками. Те сначала пытались своих барышень разнять, а потом переругались между собой. Началась легкая потасовка, потом драка с использованием подручных средств из интерьера ресторана. В результате, у одного парня сломан нос, у другого — запястье. Девушки пострадали меньше — расцарапали друг другу лица и повыдергивали волосы. Соответственно у обеих сторон испорчена одежда, нанесен физический урон плюс пострадала собственность ресторана. Обе стороны отказываются признать себя виновными и требуют наказать другую сторону, а им присвоить статус «Жертв Моды».

Публика в зале притихла, ожидая разбора дела, журналисты приготовили фотоаппараты и телекамеры.

После выслушивания обеих сторон, просмотра записи с камер слежения ресторана, дело не сдвинулось со своей мертвой точки.

Вообще-то, Камилле по статусу пока не приходилось разбираться в столь запутанных делах, но одна из сторон принадлежала к партии Chanel, другая — к D&G. Соответственно разбирать это дело мог только судья из Ордена Versace, чтобы его решение было беспристрастным. Но судья второй степени Люсиль Иванчикова заболела, сама получила статус «Жертва Моды» и в данный момент проходила терапию в реабилитационном SPA-санатории Versace для жертв Моды. Кажется где-то в районе швейцарского городка Гштаад. Так это дело попало к Камилле.

В подобной ситуации было всего два возможных варианта.

— Какие предложения будут у представителей Брендов Chanel и Dolce&Gabbana? — спросила Камилла. — Прошу прислать их мне в конфиденциальном порядке.

На мониторе судейского стола высветились предложения Брендов — обе стороны были готовы полностью возместить медицинские расходы своим подопечным и компенсировать потерю одежды. Это были просто неслыханно. С подобным Камилла столкнулась впервые. Обычно Бренды не поощряли столкновений с представителями партии оппонентов. Даже больше. Со времени окончания Второй Модной войны и заключения перемирия между тремя ведущими Брендами — Chanel, Dolce&Gabbana и Versace, — и их союзниками дружественными Брендами, такие драки, как эта, руководство Орденов наказывало. А тут такое поощрение. Непонятно. Камилла поняла, что с этим делом придется повозиться.

— Суд откладывает рассмотрение данного дела на три рабочих дня для сбора дополнительной информации, — объявила она. — Все участники следствия будут заранее оповещены о месте следующего заседания и его времени.

Публика разочаровано начала расходится. Все ждали по меньшей мере скандала, а возможно даже и драки, а тут все так быстро и неинтересно.

Тем временем Камилла поднялась в свой кабинет, и попросила Луизу предоставить ей все материалы дела. Помощница вставила небольшую карточку из белого пластика в гнездо на столе начальницы и тактично удалилась, чтобы не мешать.

В течение сорока минут, Камилла подробно ознакомилась со всей информацией, что имелась. Зацепок не было. Девушка еще раз проглядела все отчеты, показания официантов и охранников ресторана, фотографии с места потасовки, в том числе снимки всех четверых пострадавших.

В этот момент ее мобильный сообщил, что рабочий день закончен, и пора возвращаться домой, чтобы переодеться для вечерних мероприятий. Камилла поднялась из-за стола. И вышла из кабинета.

— Луиза, отправь всю информацию по последнему делу моему мажордому. Вечерком еще раз просмотрю, что у нас есть, — оставила она последнее указание помощнице и, попрощавшись с ней, отправилась домой.

Весь путь ее не покидала навязчивая мысль, что она упустила какую-то деталь. Что-то ее настораживало, но Камилла никак не могла понять что именно. И уже поднимаясь в сверхзвуковом лифте с подземной парковки на свой 134-й этаж ее осенила слабая догадка. Войдя в квартиру она первым делом бросилась к рабочему столу.

— Донна, выведи на экран присланную тебе информацию по судебному делу, — велела она своему электронному домашнему мажордому.

Камилла открыла фотографии потерпевших и внимательно из просмотрела. И тут она увидела, что же было не так. Ее внимание привлек снимок одного из парней из прихода Святой Коко. Одет стильно — белая рубашка, ярко-зеленые брюки, короткая серая курточка, — все от Chanel, клетчатое кепи от дружественного Chanel Бренда Valentino и простые черные ботинки с квадратными носами, так любимые мужчинами всех времен и народов. Именно эта обувь и озадачила Камиллу.

— Донна, максимально увеличь ботинки.

Камилла увидела подтверждение своей догадки. По бокам ботинок имелись небольшие вставки из искусственной кожи под крокодила. И что самое удивительное, — принадлежали они Бренду Prada, дружественному D&G, но никак не Chanel.

— Донна, мне нужна информация, — сказала Камилла компьютеру. — В мужских коллекциях обуви прошлого сезона у каких Брендов были черные ботинки с квадратными носами со вставками под крокодила.

Пока ее электронный домашний мажордом искал нужную информацию, Камилла пошла в ванную комнату. Приняла душ, вымыла волосы, уложила их в вечернюю прическу, зачесав наверх. Затем сделала вечерний макияж.