Чтение онлайн

Да… город этот мне не нравился – я этого и не скрываю. Люблю вкусно поесть в комфортной обстановке, а какой уж тут комфорт, если стульев в заведении меньше, чем столиков, следовательно, за стульями идет постоянная охота. Музыка орет так, что оглохнуть можно. В меню только два блюда: пельмени, которые я вообще-то не пробовал, потому что их запах отбивает всякий аппетит и, собственно, пицца – резиновая настолько, что после обеда сводит челюсти …

В общем, описания одного пищеблока достаточно, чтобы стало понятно, что я в этом Старогорске не по своей воле. Беда моя в том, что неделю назад в нашу питерскую адвокатскую контору «Фемида-гарант» обратился очередной клиент – бизнесмен средней руки, которого наш питерский Следственный комитет подозревает в убийстве компаньона. Клиент же клянется, что убили компаньона хоть и на его глазах, но убил совершенно посторонний человек. Описал, как полагается, его приметы, составил фоторобот, и даже заявил, что это убийство видел не только он, но еще и его шофер – Геннадий Севухин, который после произошедшего не стал дожидаться, когда его обвинят в убийстве или в соучастии, а предпочел просто смыться из города. Следователь моему клиенту попался такой, какого врагу не пожелаешь – не в том смысле, что дотошный, типа Ваганова, а совсем наоборот – пофигист полный. В общем, следователь, не желая ничего слышать ни о каких свидетелях, строчит обвинительное заключение, опера радуются, что быстро раскрыли дело, а адвокат, то есть ваш покорный слуга, хоть из-под земли (чего вообще-то не хотелось бы) должен достать свидетеля Севухина.

Дело, правда, не совсем глухое: выяснилось, что у Севухина есть сестра, и живет она в Старогорске, что в Московской области. Я посчитал, что большая доля вероятности, что именно туда наш герой отправился. Взял с клиента предоплату на мелкие расходы и своим ходом отправился в этот богом забытый Старогорск.

Может быть, и я преувеличиваю – не такой уж он богом забытый. Маленький, конечно: два района, по одному проспекту в каждом, проспекты пересечены ухоженными чистыми улочками. Зато городок был вполне развитый: автомобили здесь вполне конкурентоспособны с моей «Бэхой», здания рядом со Следственным комитетом современные, презентабельные – особенно выделялась аккуратная двухэтажка с мраморным фасадом, огороженная замысловатым литым заборчиком и с полуметровыми, светящими в ночи буквами над входом «Старогорск-тур».

Впрочем, наверняка это лучшее, что есть в Старогорске – этакий негласный центр. Еще я слышал, что здесь даже университет свой имеется, а рестораны и кафешки — по крайней мере, внешне — очень приличные. И зачем я уже второй день обедаю в этой Пиццерии, чтоб она провалилась?!

В сердцах я бросил кусок недоеденной пиццы, придавил тарелкой деньги за обед, и пулей вылетел на улицу. Ни ногой больше в это заведение!

…По приезду в Старогорск меня ждало разочарование: севухинская сестра из города, оказывается, давно уехала, и где искать ее я не представлял. Но и Севухин этого тоже не знал – видно общался с родственниками нечасто. Соседи Севухиной подтвердили, что мой «клиент» квартиру сестры навещал, даже с ними разговаривал – и было это утром того же дня! Я сообразил, что из города Севухин вряд ли успел уехать, значит, я еще мог его задержать. И я побежал к Юрке Ваганову, который в ситуацию быстро въехал и по старой дружбе решил кое-что сделать: фотографию моего Севухина распечатали и раздали всем постам ГИБДД в городе, также его «фейс» оставили в транспортном отделе полиции – на единственном вокзале. Таким образом, риск, что Севухин уедет из города, стал минимальным. Хотя и был.

Вчерашние сутки я ждал, что где-нибудь да объявится Севухин, но этого так и не произошло. Тогда Юрка придумал другую штуку: нашел какого-то приятеля-газетчика, фотографию «клиента» поместили в газету и написали, что «Разыскивается особо опасный преступник», а ниже мой телефончик. Мы справедливо рассудили, что газеты читает практически все население города, а рубрики типа «Ужасы нашего городка» с перечислением количества пожаров, ДТП, несчастных случаев и прочего вызывает у публики особый интерес. На фотографию «особо опасного преступника» внимание, конечно, обратят – глядишь и вспомнят, что видели где-нибудь эту «бандитскую рожу». В общем, жуя резиновую пиццу, я в мечтах уже пообщался с этим Севухиным, тот моментально согласился давать показания и…я уже был дома.

Но это в мечтах. В реальности же мне предстояло снова ехать в гостиницу, а там было скучно, хоть вешайся. Проверить бы, насколько приличны рестораны изнутри, но что я буду, как дурак сидеть там в одиночку? А так как других знакомых кроме Юрки Ваганова у меня здесь не было, я направился в СК.

— Леша, у Ваганова допрос – нельзя к нему. Нельзя я говорю! – Наташа-секретарь уже крутилась перед зеркалом, поправляя прическу – собиралась уходить, но, дабы защитить кабинет от посторонних, готова была, похоже, ночевать под дверью. Пришлось мне дать ей честное слово, что в кабинет раньше времени я не ворвусь, и не нарушу тем самым хрупкий контакт, установившийся между следователем и… кого он там допрашивает. Подперев затылком косяк двери с табличкой «Заместитель начальника следственного отдела СК Ваганов Ю.Н.», так как сидеть здесь было не на чем, я принялся ждать.

С господином замначальника я знаком ещё с тех времен, когда он был простым следователем, а господа полицейские назывались попросту ментами. Года два назад он приезжал к нам, в Питер в командировку по поводу одного довольно громкого дела. Тогда-то мы и познакомились.

Стоять под дверью было скучно, да и бас у Юрки такой, что только глухой подслушать его не смог бы. И я начал прислушиваться.

— …Значит, с Каравчуком вы знакомы не были? — спросил голос Юры.

— Этого я не говорила! – раздраженно ответил женский голос. – Я не отрицаю знакомства.

— Когда и при каких обстоятельствах вы встретились впервые? — монотонно голосом говорил Ваганов. Чувствовалось, что спрашивает он это уже не в первый раз. Это довольно распространенная практика: допрашиваемый начинает нервничать, в пятый раз отвечая на один и тот же вопрос, а раз нервничает, значит может выдать то, что тщательно скрывает. Если есть, что скрывать, конечно.

— Господи, я уже тысячу раз вам объясняла. Я снимаю у него квартиру…

— У Каравчука?

— Ну да… но свою фамилию он мне не называл.

— Не называл… — устало повторил Юрка, и я как будто сам увидел, как он со вздохом отодвинул дело, как подпер рукой подбородок и душевно заговорил с девицей: — и как же, милая моя, он тебе представился?..

— Я попрошу вас мне не «тыкать», я с вами «на брудершафт» не пила, и не собираюсь.

Вот с этого места мне стало даже интересно:

— Хорошо. Извините. Как он вам представился?

— Виктором.

— Виктором. Чудно. Значит, вы ничего не знаете о Каравчуке, кроме имени и внешних данных, но за четыре часа до смерти он звонил именно вам! Более того, за два часа до смерти он заезжал к вам домой! И вы – единственная, кто вообще знал, что из Старогорска он поехал не куда-то, а в Москву! И вы хотите, чтобы я поверил, что вы снимали у Каравчука квартиру и ничего большего?!

Ваганов, как всякий нормальный следователь, придирался к любым деталям и ясно давал понять подозреваемому, что не верит ни единому слову. А, судя по его манере разговаривать, подозреваемым был каждый второй его собеседник. Редко человеческая психика выдерживала такое общение. Сейчас, Ваганов явно пытался поймать девицу на противоречиях в показаниях и пришить ей близкое знакомство с этим Каравчуком.

— А что это вы имеете в виду под словами «и ничего больше»? – Голосом оскорбленной невинности переспросила девица. — Я не говорила вам, что Каравчук едет в Москву, я сказала, что он едет в сторону Москвы! В Шереметьево. Он мне сказал, что собирается за границу, на отдых. Или у нас поблизости есть другие международные аэропорты? – закончила она совсем нагло. Ох, зря она выбрала такой тон.

— Вы, девушка… в смысле, Татьяна Леонидовна, голос тоже не повышайте. Соблюдайте все-таки субординацию! – не остался в долгу Юрка.

— А я и не повышаю!

— Хорошо… — со вздохом закончил Ваганов очередной акт моего аудиоспектакля, – допустим, Каравчук сам сообщил, что едет за границу. А куда конкретно он собирался и с кем, он не обмолвился?

— Не обмолвился. Про приятеля, который его дожидался у подъезда, я вам уже рассказала… Да, еще – когда я снимала эту квартиру, я заплатила только за месяц…

— Вы не рассчитывали оставаться дольше?

— Нет… Так вот, я заплатила за месяц, а в тот день, за четыре часа до смерти, как вы говорите, Каравчук мне позвонил и сказал, что планы его меняются. В общем, практически потребовал с меня плату за три месяца вперед, сказал, что уезжает в отпуск и ему срочно нужны деньги за квартиру.

— Постойте-ка, — прервал ее Ваганов, — вы ведь москвичка, Татьяна Леонидовна, так?

— Так…

— Для чего же вы вдруг приехали в Старогорск? И всего на месяц? У вас здесь какие-то дела?