Мое любимое проклятие
Шрифт:
– Уши не трогай.
– А что с твоими ушами?
– Просто больше никогда их не трогай. Никогда ничего не говори мне в ухо, никогда не переходи на шепот и не кричи.
– А то что?
Он удивленно поднял на меня глаза. Они горели голубым сиянием так ярко, как никогда прежде.
– А ты не чувствуешь?
Я убрала руку от щеки и постаралась уловить какие-то изменения.
– Да нет...
И вдруг замерла, выпучив глаза.
– Ты что... голый спишь?
Как я это поняла? Ну... Очень странным способом поняла... И это меня пугало. Я же сидела на нем... на животе.
Он неожиданно коснулся пальцами моего подбородка и, притянув к себе, прошептал в само ухо.
– У меня стояк. И, поверь на слово, что не только от того, что ты коснулась моего уха... Ты бы еще куда села?
Я тогда чуть не до потолка подскочила и, упав с кровати, поползла к ванной с криками:
– Я лучше на улице спать буду! Но только не в одной постели с тобой! Не смей ко мне подходить! Где это проклятое полотенце?! И попробуй припереться ко мне в ванну! Уничтожу!
Когда залетела в ванную комнату, закрыла дверь на все три возможных замка и села на холодную плитку. А до ушей донесся смех. Этому демону там было ужасно весело, но он действительно сказал правду... Это странное тепло, что я почувствовала между своими ногами, нельзя было перепутать ни с чем.
Сказать, что сейчас я умирала от стыда - просто ничего не сказать. Я раскраснелась до такой степени, что даже боялась взглянуть на себя в зеркало. А еще больше боялась выйти из этой комнаты...
– Надя!
– послышался голос, от которого я вся вздрогнула.
– А какой сегодня день?
– Суббота! Демон...
– А-а-а-а, понятно. Значит понедельник послезавтра. Хах!
Я только испуганно вытаращила глаза, закрыв рот ладонью. Вот дура...
«По понедельникам и пятницам...»
А что он тогда не дописал в контракте?
Часть 15. Синдром айлурофобии
Мне снился странный сон... Сначала не было ничего, только темнота и тишина. А потом кожи коснулся ветер. Странные чувства переполняли меня. Тревога, страх, пустота в душе... Я искала кого-то, шла за кем-то. Почему я здесь? Почему именно здесь? Я бросила кого-то и пошла на поиски.
Медленно открыла глаза. Удивления нет. Все это так знакомо. В глаза бьет странное розовое сияние. Почему Солнце розовое, я не знала... Глубоко вдохнув ароматный воздух, подняла голову.
Небо налилось кровью. Оно было такое красное... И розовые облака плыли по нему. Они создавали странные фигуры...
Оторвав взгляд от неба, опустила глаза. Синяя трава движется от ветра. Какое странное место...
Синее поле и красное небо.
Это поле безгранично. Оно навевает уныние. Что-то странное таится там, внизу, под землей. Что-то сильное и мощное, что медленно теряет свое могущество...
Ступаю шаг. Ноги сами несут вперед. Куда иду... почему... зачем...
И воздух здесь наполнен каким-то ароматом... удушье. Какой ужасный дым.
Иду вперед. Даже ветра не слышно. Здесь звучит только какая-то странная, страшная мелодия.
Иду так уже долгое время и вдруг останавливаюсь.
Две тени... они далеки... но они идут мне навстречу.
Расширяю глаза от удивления и, оторвавшись от земли, лечу над синим полем, а затем снова приземляюсь.
– Туда-а-а-а...
Это не человеческий голос. Это какое-то такое ужасное завывание, похожее на предсмертный крик.
Впоследствии вижу его владельцев.
Двое детей. Двое восьмилетних детей. Они кажутся странно знакомыми...
Девочка похожа на труп. У нее бледное лицо и черные волосы, завязанные разорванной черной лентой. Ее белое платье развевается на ветру. Оно все в крови...
Она что-то шепчет, глядя на меня черными глазами. Что-то говорит, широко раскрыв рот.
А тут еще мальчик. Он словно сломанная кукла. Его кожа имеет зеленый цвет, а короткие волосы - седые. Он одет только в одну длинную желтую накидку, порванную во многих местах. Голова его наклонена, она почти падает из-за того, что половина шеи отрублена.