Мое любимое проклятие
Шрифт:
Наступала ночь. Оказавшись дома, я быстро упала на диван, закинув ногу на ногу.
Мы были у себя дома, и я от этого просто горела счастьем. Уже давно привыкла к этим белым стенам в зале, и к черным в спальне. А еще к ароматам цветов, что цвели вечно.
Должна признаться, что за этот период выполнения грехов что-то во мне действительно изменилось. Это тяжело было описать, но боль в груди волновала меня все чаще. Наверное, это было связано не столько с болезнью тела, сколько с болезнью моей души.
Теперь я стала слишком безразличной ко всему, слишком хмурой и настороженной. И отношение к Яну изменилось кардинально. Выросла я в этом плане, наверное, и отвергла все веселье на второй план. Только совсем недавно смогла понять, во что ввязалась. Когда-то думала, что вызвав демона, улучшу свою жизнь и буду жить в счастье и мире. И совсем не ожидала того, что мне придется помогать ему в повышении ранга и родить ребенка. Родить этого ребенка не где иначе, как в Аду, куда попаду, умерев.
И Ян действительно изменился. Он был настолько помешан на этих грехах, что не замечал ничего вокруг. Только решал, как лучше все сделать.
Вот и сейчас сидел на кресле, глядя пустым взглядом на противоположную стену. Я выпрямилась и, подсунувшись к нему, потянулась руками к лицу. Коснувшись уголков губ, потянула их в подобии улыбки и сама непринужденное засмеялась. Демон убрал от себя мои руки и лишь громко вздохнул.
– Ян, ну почему ты в таком стрессе? Знаешь, мне хочется вернуть назад грех лень. Тогда ты такой веселый был, смеялся и с девками романы крутил. Что произошло?
– А произошло то, что мы приближаемся к финалу, - ответил он не глядя на меня.
– И чем ближе мы к нему, тем большим становится мое волнение.
– Я со всем справлюсь. Я же пообещала тебе. Нет причин для беспокойства. Я вот, например, разницы между этими грехами не вижу никакой. Они для меня все одинаковые, и только ты с каждым разом все больше становишься похож на мертвеца.
– Хочешь это изменить?
– Конечно! Говори, что должна сделать. Но и ты пообещай, что теперь хоть смеяться будешь.
Он нагнул голову и вздохнул.
– Ты еще такой ребенок, Надя. Я не могу пообещать тебе, что буду веселым, но могу пообещать кое-что другое...
Я заморгала, ожидая ответа.
– Я могу пообещать, что после этих грехов ты возненавидишь меня до такой степени, что этот общий ребенок станет для тебя наиболее ужасным испытанием за всю твою жизнь и до, и после смерти. Вот почему я боюсь и молчу. План может провалиться на середине.
Я промолчала, не находя слов, а потом подскочила с дивана.
– О чем ты только думаешь?! Нашел время для ненависти! Уже сколько времени прошло с нашей первой встречи, а ты до сих пор думаешь об этом?! Если бы я и могла ненавидеть тебя, то только тогда, когда мы встретились. А теперь уже слишком поздно думать об этом...
– Даже твоя любовь ко мне тебя не спасет!
– неожиданно повысил он тон.
– Демоны - это проклятие. А любить свое проклятие - невозможно.
– Значит, ты слишком плохо меня знаешь, если так думаешь. Нет в этом мире ничего, что бы заставило меня жалеть о том, что я заключила с тобой контракт. И если бы я могла доказать это...
– Хорошо. Значит считаешь, что я ошибаюсь? Ладно, мы это проверим. Возле лестницы стоит большая коробка. Если все, что находится в ней, ты разобьешь с ненавистью - я признаю свою ошибку. Если сможешь сделать это с настоящей яростью - мы выполним этот грех. Так что? В коробке той находится то, что ты сегодня подожгла. Итак...
– Не смей сомневаться во мне...
– только прошептала я.
Меня переполняла какая-то дикая злость. Слышать о его сомнениях было очень больно. Я никогда не считала себя слабой, и сейчас докажу это! Доскажу, что даже проклятие может быть связано с любовью! И мне все равно, что будет в этой коробке!
Развернувшись, быстрым шагом пошла к лестнице. Там действительно увидела небольшую коробку. Схватив ее в руки, услышала звон. Уже размахнулась, чтобы бросить ее, но неожиданно меня остановил Ян.
– Нет. Ты сначала открой ее. Вот тогда и увидим, хватит ли тебе силы...
Я грозно фыркнула и, придерживая коробку, раскрыла ее. А вот тогда меня будто током ударило. Я смотрела на это, и не верила своим глазам. Готова была увидеть что угодно, но только не это...
Лекарства. Большое количество стеклянных ампул, в которых виднелось несколько капель бесцветной жидкости.
– Я не буду говорить тебе, против каких болезней используют это лекарство, - раздался напротив меня голос.
– Просто скажу, что одна ампула продлевает жизнь смертельно больного человека на неделю. Если не принимать их - смерть наступает через пару часов.
«Склад... Я сожгла целый склад...»
– Они вызывают зависимость. Пару капель этой жидкости стоят бешеных денег. Больница, которая закупила их, потратила на это все свои сбережения. А ты уничтожила все запасы за пару часов. От этих препаратов зависят миллионы жизней. Вот, например, те, которые ты держишь в своих руках, могут спасти и дать надежду на жизнь более ста... детям. Да, их было закуплено именно для детей.
Мои руки затряслись, а во рту пересохло. Я будто не в этой реальности оказалась. Перед глазами всплыл экран телевизора, где так часто показывали в репортажах новостей детей, больных неизлечимыми болезнями. И вот в моих руках было спасение для них. Не длительное, конечно, но такое, что облегчит боль.
– И как, будущая демонесса? Хватает тебе силы воли для того, чтобы разбить надежду миллионов тяжелобольных? Сможешь ли ты ради себя самой сделать это? И чувствуешь ли ту ненависть ко мне, о которой я говорил? Но главное, сможешь ли ты с ненавистью и жадностью сделать это, Надя?