Чтение онлайн

— Неужели настолько вжилась в роль хорошей девочки?

— Я действительно хорошая.

— Ты наглое, дерзкое отродье.

Молли, втайне польщенная таким определением, фыркнула.

— С каких это пор добродетельная женщина обязана оправдывать свое поведение? Ладно, пусть не слишком добродетельная. Только не думай, что я была девственницей, пока не помешалась на тебе!

И все же она во многом оставалась невинной. Те двое, что были до Кевина, просто попользовались ею. Совершали бездумные механические телодвижения ради минутного удовольствия. Занимались сексом, а не любовью. Но и единственная ночь с Кевином не принесла ничего, кроме стыда и унижения.

— Мы ведь друзья, помнишь? А друзья привыкли всем делиться. Ты же ничего не хочешь рассказать о себе, хотя знаешь обо мне больше, чем все остальные, вместе взятые.

Молли не хотелось, чтобы он посчитал ее спятившей, как в тот раз, когда она призналась, что отдала свои деньги, поэтому попыталась принять благочестивый вид, сложив руки, как на молитве, и возведя глаза к небу.

— Не вижу ничего оранного в том, что слишком разборчива при выборе партнеров. Что такого, если женщина достаточно брезглива?

Очевидно, кое в чем Кевин понимал ее лучше, чем сестра с зятем, и скептически поднятые брови красноречивее всяких слов указывали на то, что пылкие речи не производят на него должного впечатления.

— Я… я знаю, что многие относятся к сексу как к чему-то вполне обыденному, но у меня другие взгляды. Для меня это слишком важно.

— Так вот, спорить с тобой я не собираюсь.

— И прекрасно.

— Более того, я рад.

Интересно, ей показалось или он на самом деле довольно улыбнулся?

— Рад? Чему именно? Что успел задрать юбки целому легиону баб, пока я вела себя как монашка? Вот и говори после этого о двойных стандартах! Лицемер!

— Эй, послушай, я совершенно не горжусь своими победами! Учти, это все гены! Но никакого легиона и в помине не было!

— Позволь мне коротко изложить свою точку зрения. Некоторые люди могут вступать в беспорядочные, ни к чему не обязывающие связи, но, как выяснилось, я к чековым не принадлежу, поэтому будет лучше, если ты вернешься в большой дом.

— Ты забываешь, Дафна, о тех обязательствах, которые я принял по отношению к тебе. Не находишь, что о случайной связи речи не идет? Думаю, пора платить по счетам.

— Секс не товар.

— Кто это сказал? — Его улыбка из беспечной превратилась в положительно дьявольскую. — В здешнем бутике полно пристойной одежды, а на моей кредитке еще достаточно денег.

— Какой знаменательный момент! Из автора безобидных историй о кроликах я мгновенно превращусь в шлюху!

Кевину, кажется, ужасно понравилась такая перспектива, но взрыв его смеха прервало внезапное появление супружеской пары.

— Простите, вы не Кевин Такер? Мы с женой большие поклонники…

Молли покачала головой и принялась за кофе, пока Кевин отбивался от почитателей.

Ничего не попишешь — в его присутствии она тает. Нет смысла притворяться, что это не так. А поцелуй, который они…

«Немедленно прекрати! Нельзя сходить с ума только потому, что его поцелуй так потряс тебя! Тебе не на что надеяться, и ты это знаешь! Ты едва начала выходить из эмоционального штопора, и только последняя идиотка вновь пустится в приключения!» — увещевала себя Молли.

Нужно постоянно напоминать себе, что Кевин скучает и хочет немного поразвлечься. Если быть до конца честной, следует признать, что ему просто нужна женщина, а она оказалась под рукой. Но стоит ли отрицать, что ее увлечение вернулось с новой силой?

Бывают же такие дуры!

Кевин отложил последнюю книгу о Дафне. Ну и ну! Просто невероятно! Вот тебе и кроличьи истории! Да в них самым аккуратным образом изложены все события его жизни за последние несколько лет! Приукрашены, конечно, но все же…

Барсук Бенни, несомненно, списан с него! Его красный «харлей», горные лыжи… Раздутый до невозможности чепуховый случай во время затяжных прыжков с парашютом… и Бенни, летящий вниз со Старой Холодной Горы, с серебряными «Рево» на носу. Да ему следует вчинить ей иск!

Следовало бы… не будь он так польщен. Молли в самом деле здорово пишет, а ее книги — настоящее чудо. Как здорово она понимает детей! Поразительно! Ему не понравилось лишь то, что крольчишка неизменно берет над барсуком верх.

И какой же это пример для маленьких мальчишек? Да и для больших тоже, если на то пошло!

Он растянулся на продавленном диване и стал сверлить оскорбленным взглядом закрытую дверь спальни. Хорошее настроение, в котором он пребывал во время ужина, испортилось. Нужно быть слепым, чтобы не заметить, как сильно ее влечет к нему. Так в чем же дело?

Она хочет подразнить его. Дает понять, кто тут хозяин. Решила заставить его умолять, пресмыкаться перед ней, чтобы исцелить раненую гордость. Вся эта история для Молли — просто проба сил. Сначала она показывает свой норов, пикируется с ним, чтобы продемонстрировать свое остроумие, потом вроде бы становится незаменимой и хлопочет на кухне. И в довершение всего вдруг начинает расхаживать в таких тесных одежках, что ему так и хочется стащить их с нее.

Когда же ему становится невмоготу, она идет на попятную и заявляет, будто не верит в секс без обязательств. Бред какой-то.

Он все отдал бы за душ, по возможности ледяной, но здесь есть только чертова лохань, гордо именуемая ванной.

Господи, как же он ненавидит эту дыру! И почему Молли строит из себя недотрогу?

Пусть за ужином она сказала «нет», но, когда он поцеловал ее, это сладкое маленькое тело отвечало ему «да»! В конце концов, они женаты! Именно ему, а не ей пришлось скомпрометировать себя!

Пришлось признать, что его благие намерения никогда не смешивать бизнес с удовольствием потерпели полный крах. И лучшим подтверждением тому было то, что он, как ни старался, не мог отвести глаз от двери, за которой спала Молли. Он, Кевин Такер, звезда, которой не пристало молить о взаимности.

Да женщины в очередь становятся, чтобы поймать его взгляд!

Ну так вот: с него хватит. Отныне у них будут чисто деловые отношения. Он станет работать в лагере и тренироваться до седьмого пота, чтобы к сборам быть в первоклассной форме. А эта въедливая чертовка, так называемая жена… До самого отъезда в Чикаго он и близко к ней не подойдет.